Чтение онлайн

— В чём ты меня обвиняешь, Магнус? — фыркнула я. — Лучше скажи, что за артефакт ты мне дал? Почему в самый опасный момент он потеплел и начал контролировать мой разум?

— Да ничего он не контролировал, — Магнус отмахнулся. — Я всё-таки стихийщик, а не менталист. Просто я подсматривал за тобой через него. Мне было важно узнать, что Демитрий тебя не узнает.

— Но таки он узнал. И почему он думает, что я мертва? Что за хитрые заговоры у вас во дворце? — я прищурилась и сделала шаг вперёд.

Уж очень хотелось стукнуть этого идиота. Но я сдерживалась — правда была в приоритете. Мне было важно узнать правду.

— Это не мои полномочия. Я не знаю сколько у Демитрия во всех мирах были девушки, скольких он обрюхатил и кого там считал мёртвым, — буквально прошипел Магнус.

Ну, змея, змеёй. И кого я пригрела на своей шее? Кому поверила? Как опрометчиво!

— То есть ты мне соврал? То есть «Тёмный Лорд», — сделала в воздухе кавычки, тем самым показав, как презрительно я к этому относилась, — и вовсе не знал о том, что мы с дочкой живы и не брюхатил никого по другим мирам?

Магнус буквально задохнулся от гнева и ничего мне не ответил.

— Отлично. Я опрометчиво поспешила в другой мир, вместо того, чтобы дождаться Демитрия и услышать от него объяснений! — вспылила и мой артефакт вновь отозвался теплом.

На этот раз он работал по назначению: пытался сохранить мою магию на уровне, чтобы ничего не вышло из-под контроля.

Но я была зла. Очень зла. Как минимум на себя, что так быстро поверила Магнусу и перенеслась в другой мир вместе с дочкой. Зла, что поверила первому колдуну, постучавшемуся на порог нашего дома. Как можно быть такой идиоткой?

Но с другой стороны у меня не особо был выбор. Элла научилась колдовать и не особо контролировала свои фокусы. Если кто из того мира узнал бы о её силе, то мою девочку могли бы сдать на опыты.

— Я разберусь, — наконец, после долгой паузы, сказал Магнус. — Пробью кто заставил Демитрия поверить в том, что вы мертвы. У меня была несколько иная информация, — последнее он сказал, чтобы успокоить меня.

Это я поняла и без слов.

— И поторопись, — фыркнула я. — Иначе я не смогу тебе доверять, — фыркнула и, развернувшись на каблуках, покинула зону защитных чар.

Мне нужно срочно успокоиться. И научиться контролировать магию. Иначе… кто-то обязательно пострадает.

После всех приключений дня, вечером спешу в комнату своей маленькой принцессы. Та увлечённо во что-то играет, и я прошу её последовать за мной в мою комнату.

Моё сердце неспокойно, и единственное, что я хочу сейчас, чтобы моя дочь ночевала со мной. Я прошу её об этом, и она моментально соглашается.

Время позднее, и мы обе уходим ко мне.

— Мам, прости, что я прервала твой разговор с Тёмным Лордом, — последнее она сказала с придыханием, и я тяжело вздохнула.

Страх перед именем ведь усиливает страх перед его владельцем. А вдруг Демитрий не такой уж и плохой?

— Ничего страшного, доченька. Демитрий не такой уж и злой, как мы думали, — улыбнулась ей и помогла переодеться.

И сама оделась в ночное платье.

А глупое наивное сердце так и хотело вспомнить, как нам некогда было хорошо вместе. Когда я не считала его злодеем, да и не был он им тогда.

В этом мире было много секретов и тайн, заговоров и сплетен, и мы вместе с дочерью должны их разгадать. Для нашего же блага.

— Но он же повелитель мёртвых, — законючила девочка, устроившись на кровати.

— Брось. Кто тебе такую ересь сказал? — покачала головой. — Да, у него есть дар к некромантии. Это воскрешение мёртвых. Но ведь совершенно не обязательно, что он им пользуется, верно? Ты вон у нас метаморф, и твоя способность к трансформации не делает тебя злой, пока ты управляешь магией.

Элла задумалась, нахмурив свой носик. Мне так хотелось стукнуть взрослых, которые её запугивали! Но, с другой стороны, я не знала, вмешиваться ли или нет. Вдруг, он действительно стал злодеем? Вдруг от того Дмитрия, которым я его помнила, не осталось и следа? Или, напротив, тогда он прикидывался?

Сколько вопросов, на которые предстояло найти ответы…

— Но все вокруг говорят, что… — Элла прервалась и вздохнула.

— Предлагаю пока наматывать на ус, остерегаться его и искать причины почему люди считают его злым, и почему он злой. Кажется, доченька, нам снова придётся верить только друг другу, — печально улыбнулась я, обнимая девочку и прижимая её к себе.

Она — единственное, что у меня осталось.

— То есть, мы будем как две супершпионки? — последнее слово она еле выговорила, и я усмехнулась. У детей в нашем мире всегда было столько мультфильмов и фильмов, связанных с этой темой.

Даже в моём детстве этого было полным-полно. Что уж говорить про мою девочку.

— Да, дорогая. Мы с тобой на спецзадании. И наша цель — узнать, кому можно доверять, а кому нет. И, самое главное, можно ли доверять Демитрию, — чмокнула девочку в макушку.

Та мурлыкнула в ответ и прижалась ко мне всем телом. На одно короткое мгновение я вновь почувствовала себя счастливой. Так ли много нужно для этого?

Демитрий

Я не рассчитывал на то, что Мария кинется в мои распростёртые объятия, и мы начнём отношения заново. Но я и представить не мог, кто являлся предателем. Кто соврал мне о смерти дорогих мне девочек.

Некроманту соврали о смерти. Забавно. И некромант поверил, не стал проверять.

А теперь он из-за своей оплошности наблюдал за воскресшими для него мертвецами. Настоящая жуть.

Конечно, Элла была магически защищена, и я не видел в ней своей дочери. Возможно, это была не она, а возможно, какие-то затуманивающие взор чары. В любом случае, рядом со мной затесался предатель. Предатель, который соврал мне о смерти. Предатель, который либо стёр воспоминания Марии, либо совравший им, что я — угроза.

Во второе верилось куда больше, учитывая, как всё моё королевство возненавидело меня только от мысли, что некромант взошёл на престол. И я бы ни за что бы этого не сделал, будь я уверен, что Мэри жива.

Собрал Магнуса и Артемиуса — своих братьев в переговорной. Пожалуй, они были единственными, кому я хоть как-то мог доверять.

— По какому поводу собрал нас, брат? — Артемиус вальяжно развалился на стуле.

Вот кому я искренне завидовал. Он был младшим в семье, на престол не претендовал, а значит по жизни ему быть принцем. И это сплошное удовольствие — королевская жизнь без, почти, забот.