Чтение онлайн

— Почему моя стихия именно вода? — я сосредоточилась на стакане, наблюдая за тем, как он трясётся от моего взгляда.

— Потому что, когда твои эмоции на пределе, вода начинает буянить. Природу каждого мага ещё не до конца изучена, и не всегда ясно, почему человек рождается с тем или иным даром. Могу лишь сказать, если в роду, например, был метаморф, как у Эллы — бабушка, то в семье через несколько поколений может родиться метаморф. И чем реже дар, тем чаще вероятность, что есть кто-то в потомках, владеющий этой способностью. А вот со стихийщиками совсем не ясно.

Кивнула. Становилось понятнее. Магнус тоже пытался заставить меня управлять водой, но ничего не стал объяснять. А затем плюнул, надел брошь, которая утихомирила мою силу и успокоился.

— Сосредоточься на стакане, — только и повторяла Энжина.

Я пыталась что-то сделать, но магии в моём родном мире никогда не было, и я совершенно не знала, что делать.

Может… паниковать? Вдруг я не смогу обучиться?

В какой-то момент мозг просто начал дразниться «сосредоточься на стакане». Вся ситуация невыносимо раздражала, и стакан от этого дёргался. А вода настойчиво не хотела двигаться относительно него.

— Так, успокойся. Обуздай стихию, и обуздаешь магию, — Энжина всячески пыталась меня поддержать, но я лишь одарила её злым взглядом.

— Как это вообще мне может помочь? — разозлилась я. — И как долго этому нужно учиться? У Магнуса были иные методы.

— А ты больше веришь ему или мне? — загадочно улыбнулась она.

В то же мгновение я засомневалась. Всё-таки ранее я считала, что они на одной стороне, но, похоже, я слишком много не знала. Вдруг… это было далеко не так?

— Магнусу было проще закрыть твою магию под замок. Но тебе будет ли от этого проще? Или, напротив, ты будешь злиться на саму себя? — она, как не странно, зрила в корень, и это пугало. — Всё-таки незнакомый мир, незнакомые люди, и ты понятия не имеешь, кому можно верить, а кому нет.

Вздёрнула нос. Хотелось признаться, что она права, но не хотелось об этом говорить. Двоякое чувство.

— В любом случае, обуздать стихию, которая твоя по праву магии, не так сложно. Важно лишь сконцентрироваться. У молодых магов это получается в течение нескольких часов после того, как их магия пробуждается. Ты же была перенесена в более позднем возрасте, оттого и все эти проблемы.

Кивнула. Несмотря на то, что это было обидно, звучало логично, правдоподобно и даже правильно. Чем позже ты получил магию, тем сложнее тебе обучиться. Но одна вещь не давала мне покоя.

— Почему магия Эллы проявилась уже на Земле? Почему не здесь? — устало поинтересовалась я, потеряв надежду взять контроль над водой.

— Потому что у стихийщиков источник магии здесь, в этом мире, и находясь в другом, они будут беспомощны. Но те, кто владеет редким даром, типа метаморфмагии, или некромантии — другие законы. Зачастую их сила внутри них же, — Энжина говорила медленно, словно проверяя, каждое ли слово из её монолога, я поняла.

Кивнула, соглашаясь с каждым. Мне не помешало бы знать о магии этого мира всё, если я собираюсь здесь остаться.

— Знаешь, давай я буду тебя учить? Рею, конечно, тоже повластна стихия земли, но он вечно в своих цветочках, или не совсем трезвый, — Энжина поморщилась, одним выражением лица показав своё отношение к этому. — Аврора же не стихийщик и вряд ли сможет тебя обучить.

Нахмурилась, потому что меня не улыбали уроки магии от Энжины, но я понимала, что это, по сути, правильное решение.

— А теперь вернись к стакану, — властно заметила она, отчего я вздрогнула, и стакан, что стоял на столе подпрыгнул и упал на пол, разбившись вдребезги.

А я точно стихийщик воды, а не разрушитель?

Стояла посреди комнаты, хлопала глазами и качала головой. Ужасное чувство несправедливости овладело мной. Энжина не то, что бы была приятной женщиной, но учить меня магии такими варварскими методами…

Это ж сколько мы посуды в доме перебьём!

Но моя недо-наставница флегматично взмахнула рукой и поставила целый стакан на стол. Воду, разлитую на полу, она осушила взмахом второй руки.

— Бытовая магия, основы, — пожала она плечами.

— Это здорово, конечно, — согласилась я. — Но я смею напомнить, что воду надо было не осушить, а вернуть в стакан, чтобы ею я смогла управлять.

— Это вне моих компетенций, — пожала женщина плечами. А затем прошла далеко к шкафу, открыла его и достала кувшин с зелёной водой.

Напряглась, потому что она выглядела крайне омерзительной.

— Эта старая вода для поливки растений. Давно хотела её вылить, но боялась загубить и без того загубленные цветы, — поморщилась, услышав эти слова.

Энжина же невозмутимо налила воду в стакан и вернула в шкаф кувшин.

— А ты не думаешь, что я могу взорвать кувшин с той водой? — буркнула я, боязливо.

— Не думаю. Он сейчас изолирован и вне поля твоего зрения. Но, к счастью, когда научишься контролировать энергию, то сможешь и не такое, — с улыбкой заметила она.

Покачала головой. Сосредоточилась на стакане. Сам факт того, что эта вода должна была мне подчиниться, а не хотела — раздражал невыносимо.

В итоге всё пришло к аналогичным последствиям. Стакан сорвался с пола, разбился и разлил зелёную жижу, называемую водой.

Энжина вновь собрала стакан и высушила жижу, которая, в этот раз, при сушке невыносимо пахла. И также невозмутимо она подошла к шкафу, взяла кувшин, налила воду, убрала кувшин в шкаф.

И тогда я поняла, что это надолго. Или, как минимум, пока в стакане не кончится вода. Захотелось выругаться.

После сотни бессмысленных попыток, Энжина проворчала:

— Может, попробуешь рукой поводить?

— Это ещё зачем? — нахмурилась я, отведя глаза. Если честно, надоела взглядом буравить бессмысленный стакан, с водой, что не хотела подчиняться.

— У каждого мага свои способы управления магии. Кто-то делает это силой мысли, кто-то взглядом, кто-то направляет магию в руку и при помощи этого управляют стихией, — сухо заметила она.

— Раньше нельзя было сказать? — буркнула в ответ я, покачав головой.

— Я думала ты знаешь… — начала она оправдываться.

— Я из другого мира, ты помнишь? — пробурчала я.

Начинала думать, что учиться у Рея не такая уж и плохая идея. Если, конечно, он не будет постоянно говорить, что отец моей девочки некромант, которого нужно сжечь на костре.