Дневники 1932-1947 гг
Шрифт:
Был у нас режиссер кино Калатозов. Он провел полтора года в Америке. Рассказывал свои впечатления. Высокий, большеглазый, солидный, в сером костюме.
Войны средний американец не чувствует. Бешено разрослась промышленность, безработицы почти нет, все работают на войну, и все боятся кончится война, что тогда делать, опять безработица. Живут крепко, некоторые ограничения только на обувь, сахар и еще кое-что.
Заводы всюду. Даже в Калифорнии, около Голливуда, авиазаводы "Дугласов". О Советском Союзе знают по-прежнему мало, считают все происходящее чем-то вроде чуда. Очень популярен Сталин, Рузвельт популярен, Черчилля не любят. Пресса Херста весьма сильна, недавно съела Чаплина, обвинили его в совращении девушки и прижитии ребенка. Грозило 10 лет, он нанял адвоката за 100 тыс. долларов, еле вывернулся, Рузвельт его бросил на съедение Херсту.
В кино военной тематики нет. Американцы уже два года перестали делать военные фильмы, говорят - народ устал от войны. Газеты выходят в прежнем объеме. Читать - мало читают, Хемингуэя у нас знают больше, в Америке его считают нереалистом. Русских писателей не знают. Среди белогвардейцев громадный раскол. Большинство - за Советский Союз, руководят всеми сборами в пользу СССР и т.д. Но есть и сильные враги, издается даже газета "Русский фашист".
С неграми дело полегче, есть театры негритянские, берут их и в армию.
Театра в нашем понимании почти нет - ревю. Большинство артистов актеры одной роли, нашего перевоплощения в роли героев - очень мало и очень немногие. Киношники боятся русской кинематографии: ее методов, исканий, будущего. Русские картины идут в 80-100 кинотеатрах, второэкранных (из, кажется, 18000 киношек).
Ближайшие годы, по мнению Калатозова, - годы цветного кино. Было бы раньше, но патенты цветной съемки скупила одна фирма и не дает другим.
Мультипликатор Дисней делает чудесные картины, но ярый фашист.
Очень много театров кинохроники. Программа - 10 минут дикторского обзора (что случилось в мире за неделю - не надо читать газет), и потом всякий кино-обзор. Кино - переполнены, это - быт. В среднем, каждый американец тратит на кино долларов 30 в год, билет от 50 до 120 центов.
25 февраля.
23-го февраля, как раз в День Красной Армии получил орден Красного Знамени. Вручали в Кремле. Вручал Калинин. Сначала Горкин огласил фамилии трех Героев. Затем - сразу меня. Потом еще около 150 человек.
Вручение происходило в небольшом круглом, но очень торжественном зале. Высоченный, с уходящими в высь, прозрачным, с льющимся, каким-то проникающим светом. Массивные колонны, между ними на стенах горельефы - античного торжественного характера. Строгая тишина, и голос Горкина.
Михаил Иванович очень постарел. Я его не видел несколько лет. Стал совершенно седой. Лицо очень усталое, глаза сощурены так, что их почти не видно. Стоит слева у стола, согнувшись, делает шаг, полшага навстречу, протягивает левой рукой орден с коробочкой, правой пожимает руку, говорит "Поздравляю Вас". В первом ряду сидели на костылях. Он делал им навстречу два-три шага.
Быстро. Горкин выкликал пункт из Указа (указы сведены вместе по группам и орденам), вызываемый подходил, получал, отвечал Калинину, уходил. Вручение всем заняло (со съемкой) 45-50 минут.
Большинство получающих - военные. Я был в штатском. Подошел. Калинин вручил, поздравил. Вместо обычного "Служу Советскому Союзу" я ответил: "Спасибо, Михаил Иванович". Он сразу вскинул голову, посмотрел на меня пристально и улыбка пробежала по его лицу. Видимо, он вспомнил меня.
Потом снялись вместе (по группам) с Калининым. День был морозный ( -27), но солнечный, яркий. Очень хороший день!
Наступление продолжается, но темпы уже стали, естественно, иными. В Восточной Пруссии немцам, как будто, удалось проложить от Кенигсберга дорожку к морю, к Пиллау. Но много ли уведешь морем - там их 40 дивизий.
Левое крыло 2-го Белорусского рвет на Данциг, правое 1-го Белорусского (Жуков)- на Штеттин. Намечается второй гигантский котел. Жуков форсировал Одер южнее Кюстрина и ждет. Конев правым флангом уже подпирает Жукова, а середкой приближается к подступам Жрездена. Слева он окружил Бреслау.
Прошел слух (пишут немцы), что союзники, наконец, начали наступление в районе Аахена. Начали, вроде, позавчера, но сообщение пока не печатаем.
В отделе - тяжко. Золин уехал на 1 БФ, Иванов - болен, в Архангельском, генерал - болен. Паримся с Яхлаковым каждую ночь. Не вынимая. Да тут еще передовые (сегодня - моя).
6 марта.
На фронте опять оживление. Пошел левым флангом Рокоссовский и правым Жуков. Плечом к плечу вышли к Балтике, к Кольбергу, и учинили позавчера котел в Померании. Таким образом, все побережье Балктики в котлах Прибалтика, Восточная Пруссия, Померания. Так Германия скоро станет сухопутной страной. На остальных участках тихо. О прорыве к морю написал передовую.
Союзники действительно начали 23-го наступление. Идет довольно успешно, хотя темпы и не наши. Находятся сейчас в 5 км. от Кельна. Начали они, наконец, долбать авиацией Дрезден и другие пункты, лежащие в ближнем тылу нашего фронта.
Сенька Гершберг рассказал хороший анекдот по поводу Крымской конференции:
Прощаясь, Рузвельт и Черчилль говорят:
– До встречи в Берлине.
– Милости просим! - ответил Сталин.
Это очень хорошо сказано. Рыклин собирается обыграть это в "Крокодиле" (сделав сцену между освобожденным англичанином и нашим бойцом или т.п.).
Популярный ныне бытовой анекдот:
– Кто твой муж?
– Газовый монтер. А твой?
– Повар. А у Машки?
– Инженер.
– Так ей, стерве, и надо!
Вчера чествовали в Серебряном бору Рыклина - в связи с его 50-летием и Баратова - в связи с награждением орденом Ленина за безупречную выслугу лет в армии. Были: Сиротин, Поспелов, Малютин, юбиляры, Сиволобов, Гершберг, Азизян, Кирюшкин, Шишмарев, Объедков, Лукин, Потапов, Корнблюм, Креславский, Заславский.
Пили крепко. Говорили спичи. Здравицы. Пели песни.
Рыклин рассказал, что в его городке - Стародубе - были три профессии часовщик, портной, сапожник - "интеллигентные профессии", по которым отец хотел его пустить.
Заканчивал свою речь Гриша фельетонно: "Как говорится в таких случаях: Уважаемый товарищ редактор! Не имея возможности лично отблагодарить всех поздравивших меня с юбилеем, разрешите в Вашем лице..." Раздался хохот, Гриша и Поспелов облобызались.
Позавчера на заседании редколлегии Гершберг, наконец, был утвержден зав. экономотделом. В течение нескольких лет он был ВРИО. Вчера в Серебряном выпили по этому поводу.