Чтение онлайн

— Для первого раза сойдет! — прокричал он в истончаемое кольцо. Гордый тем, как быстро его подопечной удалось воплотить едва освоенное заклинание, старик стал собираться в дорогу. Его тяготили неотложные дела и думы, разрешать которые придется в самое ближайшее время. И пусть старик немного побаивался новой встречи с диким зверем, только выбора у него не было. Порассуждав о бренности всего сущего, он отбросил в сторону черные мысли, отпил немного крепкого отвара из глиняной кружки, прихватил с собой дорожный набор кочующего чародея, запечатал пещеру и бодро посеменил к лесу, пополнять запасы истраченного сырья.

Отшельник никогда не практиковал приема смертных — алчущих правды, мести, защиты и покровительства. Поиск славы остался для него в далеком прошлом, впрочем, как и многочисленные заслуги перед Силой. Чтобы сводить концы с концами и без помех продолжать любимое дело, он держал несколько лечебных лавок сразу во всех окрестных городах, вложив в это предприятие скопленные за активную практику средства. Это были приличные заведения с хорошей репутацией и особой лояльностью к покупателям. Где найти товар по себе, могли бы и простолюдины, и привилегированные сословия. В работники, маг всегда нанимал скромные, дружные, честные семьи, которые проживали в лавке, и с виду походили на хозяев заведения.

Поддержанные магией снадобья лечили людей. Порошки и мази спасали маленьких детей от жара и сыпи, останавливали кровотечения, сращивали переломанные кости, облегчали уход стариков, заживляли раны воинов. Магия спасала жизни некоторым безнадежно больным. Казалось бы- благое дело на благо смертных? Но нет, творить чистейшее Добро, впрочем, как и Зло, было чревато Исчерпанием. Требовалось восполнять Противостояние, сглаживая продолжение спасенных жизней за счет сомнительных делишек. И таких было с избытком.

Например, когда в лавку заходила смущенная девица, невинность которой с виду не вызывала никаких сомнений, опытный взгляд продавца должен был с порога определить цель, ради которой посетительница решилась заглянуть в гости.

Со своей деликатной просьбой скромнице легче было обратиться к опытной женщине, поэтому остальные члены семьи исчезали из лавки, словно по волшебству. В торговом зале оставалась лишь мать семейства — отзывчивая женщина, не читающая проповедей и не желающая оглашения забористых подробностей.

Для такой было сущим пустяком найти общий язык с девушкой, попавшей в затруднительное положение. После пары фраз и протянутой монетки, деревянная скамейка замирала аккурат у дальней полки стеллажа, срытого от посторонних глаз.

Пухлая рука снимала неприметную баночку, пристроенную под потолком. В конвертик отсыпалась крошечная порция серого порошка, который девица принимала на ночь, а утром плод сотворенного греха освобождал место для последующих, возможно более желанных младенцев. Эта жуткая услуга отбрасывала, куда подальше сострадательное милосердие и добро, сотворенное магом ранее.

Как ни печально, порошок с дальней полки пользовался определенным спросом. Некоторые благодарные особы становились постоянными клиентками, продолжая прием снадобья уже будучи замужними дамами и счастливыми матерями семейств. Избавительная слава порошка, хоть и была тиха, словно шепот травы, но передаваемая из уст в уста, громыхала по округе сильней весенней стихии.

Изредка, продавцы проявляли снисходительность к молодым домохозяйкам, желающим избавится от обнаглевших крыс. Правда, по роковому стечению обстоятельств, после покупки отравы, пышущие здоровьем клиентки поголовно вдовели, открещиваясь от опостылевших брачных уз с престарелыми мужьями.

Особая, пожалую самая доходная статья сбыта магического товара- это тайное посещение лавок местной аристократией. Развращенные рыцари в блестящих доспехах, теряющие былую хватку на полях любовных сражений в обязательном порядке злоупотребляли настойкой для увеличения мужской силы. Настойка стоила безумно дорого, но на нее, из-за особо стойкого эффекта, у рыцарей всегда была припасена кругленькая сумма.

Не были обделены вниманием и статусные герцогини, капризные маркизы, и прочие прекрасные, но увы стареющие леди. Мешочек золотых монет был при себе у каждой светской львицы, отправляющейся на тайную охоту за волшебной мазью, омолаживающей лицо и тело или пузырьком надежного приворотные зелья. Получив гарантированный результат круговорот элитных настоек делал закономерный виток. Очередь за снадобьями, разгоняющими черную меланхолию и скуку расписывалась на месяцы вперед и отбоя от желающих не было.

Не брезговали господа и заказом ядов особого назначения, которые приносили жуткие мучения их дегустаторам. Или же наоборот, обещали безболезненный и скорый уход. Такой порошок элита часто приберегала для себя. Так, на всякий случай.

Не смотря на скромный наряд и жилище, Отшельник был сказочно богат, впрочем, как и любой уважающий себя маг, не желающий выставлять на показ свое благополучие. Капитал рос день ото дня, благо у старика был тот, кому он мог передать свои несметные богатства.

Ветер сменил направление, что обещало и скорую перемену погоды. Отшельник остановился, рассматривая тучи, скопившиеся над низиной. Свинцовым покровом к горизонту стягивало облачность. «Быть дождю. Надо поторопиться, чтобы управиться в срок и не вымокнуть до нитки. Хорошо, если Соня не заставит себя ждать» — подумал старик. Он чувствовал, что скоро ему предстоит важная встреча, маг был готов к ней. Только на этот раз никаких зубастых незнакомцев.

На полянке, забурившись одинокими ногами в рыхлую землю, рассыпалась по траве дружная семейка бледных поганок, упустить которую Отшельник не отважился. Складывая грибы в сумку, он услышал, как со спины его окликнул женский голос.

— Здравствуй, Карл!

Отшельник резко обернулся.

— Здравствуй, Соня. Хорошая погода, не правда ли? Вот решил немного прогуляться, пока не затянут дожди.

— Я тоже Карл, я тоже! — ответила Одноглазая.

— Может, пройдемся вместе? Кажется, нам пора кое- что обсудить.

— А мне кажется, что нам пора начать действовать. — ответила ведьма.

Отшельник хитро улыбнулся и отложил сбор грибов до лучших времен.

— Выходит, я не ошибся, и ты сможешь мне многое рассказать.

Соня, а именно так звали Одноглазую, пожала плечами и кокетливо произнесла:

— Ты мне льстишь, Карл. Я знаю далеко не все, но о многом догадываюсь.

— Отбросим в сторону аферу с влюбленной принцессой и вытекающие из этого права на престол, это хотя бы объяснимо. Но зачем Хеллен было спешить с рождением ведьмы? — спросил он.

Одноглазая подняла седую бровь уставилась на Отшельника.

— Поздравляю, слух у твоего хорька отменный! Да, дочь Треллы — ведьма. В свой срок она станет самой могущественной из всех ныне живущих. И Хеллен спешит. Да, она дико спешит перенести на Новорожденную свое Исчерпание! — произнесла Одноглазая, огласив фразу словно приговор, услышав который потрясенный Отшельник отпрянул.