Чтение онлайн

Испуганная лань в которую обратилась рыжеволосая дева, пробив сильным телом хилую дверь гномьего жилища вырвалась на волю, ища спасения в прохладе леса. Гномио, пошатываясь и кряхтя с трудом поднялся на ноги, почесывая низкий лоб на котором сквозь глубокие морщины проступил серповидный шрам, он заорал:

— Ах ты мерзкий хорек. Обманула! Наслала морок! Ну, погоди у меня!

***

Лес остался позади, при свете дня он казался дружелюбным, скорей от того, что едва заметная тропинка уходила вдаль, пробиваясь меж стволов и теперь ее можно было разглядеть. Местные алчущие крылатые зазывалы отсыпались после ночной смены и не обращали на двуногую никакого внимания, да и последняя, осмелев, начала воображать, будто стала частью большой семьи. Как- никак, вчера умела летать.

Разнобой кустарника не посмел расцарапать в кровь руки и лицо красавицы, или разорвать её скромное платье. Лишь колючий сухостой, цепляясь за подол, обнажал алый подъюбник. Принцесса была настойчива и скоро добралась до волшебного луга, который так манил ее. Как только впереди раскинулся изумрудный ковер, надоевшие башмаки слетели с уставших ног.

Крошечные ступни погрузились в прохладу травы. «Как спокойно, как вечно» — подумала Трелла, ей захотелось оборвать этот прекрасный день, остановить его, чтобы остаться в нем навсегда. Отречься от суетного мира с его ударами, пощечинами и потерями. Зачем бороться, если можно стать частью этой красоты.

Небесный свет, яркие краски, свежий ветер, и прекрасная долина. Стоит позавидовать тому, кто постоянно прибывает в этой безмятежности и красоте. Хотелось ревновать к каждой изумрудной травинке, произрастающей из мягкой податливой земли.

Трелла опустилась на колени, сраженная магией этого места, а потом почувствовала невероятную усталость и упала в траву. Несколько минут она лежала неподвижно, наслаждаясь тем, как Светило согревало лицо и тонкую шею. Сомкнутые веки удерживали яростные лучи, а в голове отзывался набатом стук растревоженного сердца, заглушающий остальные звуки. Но скоро исчез и он, тело отделилось от сознания, осталось лишь ощущение потери себя.

Трелла не паниковала, решая больше не возвращаться. Она почувствовала, как трава стала поедать ее, присваивая предложенное с особым рвением. Кисти рук сковали изумрудные путы. Настырная мощь пробивалась сквозь голубые русла вен, прибивая добычу к земле. Это была чудовищная извечная сила. Природа забирала себе никчемную человеческую жизнь. Остатками разума девушка понимала, что скоро луг поглотит ее целиком, исполняя тем самым заветное желание.

Тело будет изъедено, тлен скроет земля — зато душа обретет крылья, смешиваясь в небе с прелым ароматом леса и простором недоступной долины. Ночью ветер заберет душу себе, и это будет чудесно — вечно проноситься над лугом, растрачивая неиссякаемое желание парить. «Как можно отказаться от этой надежды? Я остаюсь!» — подумала Принцесса напоследок. И тут началось …

— Трелла! — знакомый голос не уставал повторять опостылевшее имя. Голос звучал все громче и настойчивей, пока не вывел из себя ту, к которой взывал.

Пришлось возвращаться назад в этот бесконечный летний день, открыть глаза, оторвать от изумрудного ложа то, что поддалось и … чихнуть. Ноздри девушки заполнила пыльца, которая высыпалась из тонких колосков, зависая ярким облачком над травой. Щеки Принцессы горели словно от ожога, а нос вообще пылал.

— Трелла, я здесь! — рассмеялся звонкий голос прямо в ухо. Принцесса нехотя поднялась, обернулась, покрутила головой, но никого не обнаружила.

— Где ты, я тебя не вижу?

— Теперь я невидима и безнаказанна! — тишина луга исказилась голосом Стузи, — смотри, от меня осталась лишь тень.

Трелла вздрогнула. На траве рядом с темным отпечатком ее фигуры был виден еще один до боли знакомый. Тень, которая была на голову выше тени Принцессы начала размахивать руками, изображая ветряную мельницу.

— Стузи, ты меня пугаешь. Давай превращайся обратно.

Невидимка не унималась, раззадоренная новой потехой, она стала носиться из стороны в сторону, подражая голосам птиц и зверей, наслаждаясь их отзывом. Натешившись, высокая тень заскользила по траве, быстро отдаляясь к обрыву. Трелла натянула башмачки и поспешила следом, она знала где искать.

Стузи сидела на уступе, свесив ноги над бездной. Трелла смело присоединилась к подруге, подсев рядышком. Ее больше не пугала высота, хотя порывистый ветер угрожал столкнуть в пропасть обоих.

— Поздравляю, у тебя получилось перехитрить гнома.

Белобрысая кивнула и задала неожиданный вопрос.

— Трелла, зачем ты думала о смерти?

Рыжеволосая девушка отвела глаза, бросив печальный взгляд на прекрасный покинутый изумрудный луг.

— Понимаешь, я решила, что мне вновь предоставили право выбора, и я не устояла. Не спрашивай меня почему? Я чувствую в себе силы, но они пока уходят на борьбу с самой собой. Да, я хотела остаться здесь. И все из-за того, что я до сих пор не могу поверить, что все что происходит со мной — это реальность.

Стузи горько вздохнула, заглянула в зеленые глаза и уже привычным задорным голосом, сквозь ухмылку предложила:

— Хочешь, сделаю выбор за тебя? Мой совет — выброси глупые мысли и чувства из головы и сердца, и вперед в Чаззию! — скомандовала Белобрысая, указывая направление, уходящее за линию горизонта, — но до того как мы приступим к форсированию дворца короля Ревера нам не помешает сходить кое к кому в гости.

— Навестим еще одного гнома? — с намеком спросила Трелла.

Стузи бесстыже рассмеялась.

— Положа руку на сердце, лучше бы это было гномье стадо, чем она. Слишком уж непредсказуема эта особа, но к ней придется идти на поклон.

— А может не надо?

— Нет! — оборвала сомнения Стузи, — от этой дамы не уйдешь, иначе затаит обиду. Если повезет, посоветует что путное. А может, даже поспособствует! Она тетка своевольная, хамоватая, немного с придурью и себе на уме, но власть над Предгорным краем пока находится в ее руках. Только для визита нам нужны глаза.

— Что? — переспросила Трелла

— Глаза!

— Зачем?

— Чтобы видеть!

Массивная дверь сотрясалась от ударов.

— Хеллен, открой немедленно. Я хочу видеть свою дочь, слышишь! Почему ты прячешь ее от меня?

Приказной тон короля Алдера вносил долю ужаса и в без того мрачную обстановку той части замка, где безраздельно господствовала его сестра.

Леди Хеллен отвела печальный взор от окна, за которым высились прекрасные горы. Это зрелище никогда не меняющее своей сути успокаивало и завораживало пылкую натуру ведьмы, запертую в тощем теле.

«Сдерживать себя, не выдавать чувств!»- это девиз их старинного рода, ревностно почитаемый поколениями. Лишь один потомок никак не желал следовать традиции и это обстоятельство давно выводило Хеллен из себя.

Ее младший брат с раннего детства отдавался любимым забавам целиком, без остатка, и с тех пор Алдер совсем не изменился. Он мог весь день провести в седле, сбежать в горы на неделю или без устали отрабатывать боевые приемы, доводя противника до исступления. Но чтобы его настолько поглотила страсть к иноземке? Такое просто не укладывалось в голове. Хеллен расценила эту слабость, как своего рода предательство. Она негодовала даже сейчас, когда проклятая чаззийка была обезврежена.