Чтение онлайн

Черная кошка на мгновение зависла в воздухе и приземлилась на груди Савелия. Он вскочил, подхватывая химеру на руки.

– Карамелька, веди.

Савелий рвался в бой. Он выпрыгнул из Испода с катаной в одной руке и огненным шаром – в другой. Его ждали. Едва взглянув на Яру, он понял, что воевать не с кем.

Я наивно полагала, что мы с Катей останемся в доме Асламбека до утра, но ошиблась. Он торопился вручить «подарок», поэтому нас без церемоний запихнули в машину. Однако на сей раз обеим завязали глаза. Я не успела отвести Катю в безопасное место.

Оставалось надеяться, что везут нас все же к Вахе, и что там я смогу найти девочку, вызову Саву, и он вытащит нас всех из этой передряги.

Своей одежды нам с Катей не оставили. Выдали восточные шаровары и тонкие полупрозрачные рубашки. Волосы оставили распущенными. А перед тем, как вывести на улицу, накинули на голову мешки с прорезями для глаз. Потом и глаза завязали. Но я ощущала Катю, знала, что она рядом. И гнала от себя сожаления о том, как необдуманно подвергла ее жизнь опасности. Рефлексировать буду потом. Сейчас только от меня зависит, сможем ли мы спастись.

Чеченцы разговаривали на своем языке, я не понимала ни слова. Их эмоции были ровными, без всплесков чрезмерной радости или ненависти. Кажется, мы для них – пустое место. Мелькало сожаление, что-то вроде «девками не удастся попользоваться», но никого это сильно не расстраивало.

Ехали недолго, от силы пару минут. Кто-то взвалил меня на плечо, понес. Катю несли рядом. Хлопнула дверь. Чей-то недовольный голос спросил, внезапно – на русском языке, хоть и с сильным акцентом:

– Что происходит? Кто это?

Отвечать начали на чеченском, но тут же замолчали. Я почувствовала чье-то сильное раздражение.

– Асламбек, ты не видишь, у меня гости из Петербурга? Прояви уважение.

«Уж не Мишка ли с Асей?» – заволновалась я.

В свои дела мы их, разумеется, не посвящали. Матвей только предупредил, что мы все путешествуем инкогнито и сообщил, на всякий случай, наши вымышленные фамилии. Так что Миша и Ася с равной долей вероятности могли как помочь, так и помешать освобождению Любы.

Асламбек проявил не только уважение, но и сообразительность. Он определенно собирался торжественно вручить подарок, но услышав о гостях из столицы, передумал.

– Прошу прощения, что помешал беседе… бла-бла-бла…

Лишенная возможности видеть, я прислушивалась к эмоциям тех, кто находился рядом со мной. Катя, Асламбек, два его прихвостня, стоящие позади. Тот, кто говорил с Асламбеком. Мужчина был сильно раздражен, даже зол. Его гости испытывали любопытство. Все, кроме одного, узнавшего меня по эмоциональному фону. Мишка тут, а Асю я не чувствовала. Как подать ему знак? И какой? Чтобы вмешался? Или, наоборот, сидел тихо?

Речь Асламбека свелась к тому, что он, недостойный ишак, подождет, когда ему смогут уделить время. Странно, что при таком подходе его пропустили к хозяину дома.

– Хорошо. Иди, тебя проводят. Жди, – велели Асламбеку.

– Ваха Магомедович, простите, что вмешиваюсь…

Я замерла, услышав Мишку. Он определенно что-то задумал!

– Но вы зря стесняетесь того, что естественно для вашего народа, – продолжил Мишка.

Бессмертный он, что ли!

– Этих наложниц привели к вам в подарок, я правильно понял? – не унимался он. И, получив неохотный, но однозначный ответ, добавил: – Не обращайте на меня внимания, примите подарок. Я и сам с удовольствием взгляну на лица девушек. Это так интересно и необычно.

Если он всерьез так распинается, я ему лично наваляю, как только выберемся отсюда. Впрочем… Нет, Мишка волновался, даже нервничал.

– Ну, хорошо, – сдался Ваха. – Асламбек…

Повязку сдернули с глаз, и я зажмурилась от яркого света. Потом меня выдернули из мешка.

– Катя?! Мила?! – возопил Мишка, подскакивая из-за стола, ломящегося от яств.

Самое интересное, что сильного удивления он при этом не испытывал. Катя всхлипнула и закрыла лицо руками. Я постаралась изобразить оглушенность, потому что еще не поняла Мишкин замысел.

А он тем временем с негодованием обрушился… на Алана, сидящего тут же, подле Вахи.

– Да как ты мог?! Я тебе верил! Ты подло ударил в спину! – доносилось до меня сквозь внезапно возникший гул в ушах.

Мишкины вопли прервал Ваха. Он был в ярости. Однако сумел меня удивить, так как принял нашу сторону. Все шишки и проклятия полетели в Асламбека. Я глазом не успела моргнуть, а он уже ползал в ногах у Вахи, вымаливая прощение.

Стараниями Миши мы с Катей из рабынь превратились в почетных гостей. Асламбека и его людей Ваха велел высечь плетьми, но меня это не заботило вовсе. Мишка лично отправился проводить нас до женского дома, где, по его словам, находилась и Ася.

Мне не удалось с ним поговорить. Но Мишка и не пытался что-то выяснить, он же не знал, что Мила – это Ярик, то есть, наоборот. Для него мы с Катей – обычные девушки, нуждающиеся в защите.

Ася проводила время весело, за чаем со сладостями в компании молодых богато одетых чеченок. И, мягко говоря, сильно удивилась, увидев нас. Мишку к женщинам не пустили.

К столу нас пригласили после того, как мы переоделись в приличную одежду. Сопровождающая нас чеченка сказала, что Михаил Всеволодович попросил подождать буквально полчаса, после чего заберет нас всех в гостиницу, где остановился.

Предоставив Кате рассказывать о том, что с нами случилось, я улучила момент и шепнула Асе, чтобы она задержала Мишку в доме Вахи.

– Нам нельзя уходить. Здесь мы гости, на улице станем добычей. Но это не все. Здесь держат пленницу, мне нужно ее найти.

Я доверилась Асе не от отчаяния, а потому что чувствовала, что она поймет и поможет. И не ошиблась. Ася одарила меня внимательным взглядом, прищурилась и шепнула:

– Будет исполнено. Но после ты мне все расскажешь… Ярик.

– Все, что смогу, – согласилась я.

Как она меня узнала? Даже любопытно. Но об этом я спрошу позже.

Я выбралась из шумной комнаты под предлогом, что мне нужно в туалет. Одна из девушек вызвалась меня проводить.

Хадижа, так ее звали, не мешала. Я предполагала, что девочку держат среди женщин, поэтому прислушивалась к эмоциям тех, кто находился в доме, а Хадижа молчала, показывая дорогу. Однако едва мы дошли до ванной комнаты, к слову, роскошной, Хадижа нырнула следом за мной и плотно закрыла за нами дверь.

– Что? – Я изобразила испуг. – Что случилось?