Чтение онлайн

– Мы будем тебя ждать. – Обращался Сава ко мне, но смотрел на Александра Ивановича. – Вы же недолго, да?

Александр Иванович выдержал его угрожающий взгляд и ничего не ответил.

– Яре тоже нужно поесть, – не унимался Сава. – Она потратила много сил.

– Разумеется, я об этом помню. Савелий, не доводи до греха.

Сава повернулся ко мне.

– Яра, ты спрашивала, сможешь ли ты стать мне таким же другом, как Матвей. Забудь то, что я ответил. Не знаю, осталось ли твое желание прежним, но я сочту за честь быть твоим другом.

Он быстро вышел, а я почувствовала горечь во рту. Не ожидала, что Сава попрощается именно так. Лестно, конечно, но и невыносимо больно.

– Не хорони себя раньше времени, – нарочито бодро произнес Александр Иванович.

Я хмуро на него посмотрела и вцепилась в Карамельку. Она чувствовала мое настроение и настороженно наблюдала за Александром Ивановичем. Кто этих химер знает, а вдруг бросится? Ведь меня арестовывать пришли, а не утешать.

– Я понимаю, что нарушила закон. И приму любое наказание. Но, Александр Иванович, мне действительно нужно сказать вам кое-что важное. Я узнала это… от Вахи.

– Говори, – велел Александр Иванович.

Мы будем беседовать здесь, а не в его кабинете. Не в управлении. Это означает, что меня сразу заключат под стражу? Как опасную для общества преступницу. А ведь я могу сбежать. Мне ничего не стоит… хотя бы попробовать. Александр Иванович – сильный эспер, но вдруг я… сильнее?

Отмахнувшись от искушения, как от надоедливой мухи, я сосредоточилась.

– Они зовут его Дуки. Его ждут, он возглавит бунт.

– Бунт? – переспросил Александр Иванович.

– Они называют это борьбой за независимость Ичкерии. – Я тщательно выговаривала слова, выуживая их из чужой памяти. – В планах – создание Кавказского государства на территориях, что Российская империи незаконно отобрала у горцев.

– Чего?! – Александр Иванович не скрывал своего изумления.

– Я озвучиваю не свои мысли, – напомнила я.

Не хватало еще, чтобы на меня государственную измену повесили.

– Это понятно, что не свои. – Он махнул рукой. – Дуки? И никак иначе?

– Он пилот разума, генерал, боевой офицер, – перечислила я. – Он служит Российской империи. Или служил. А, вот еще… У него жена – русская. Вахе это не нравилось.

– Твою ж… – Александр Иванович взглянул на меня и осекся. – Яра, это очень ценная информация. Ты просто… чудо.

– Это зачтется на суде? – пошутила я, криво усмехнувшись. – Я даю согласие на ментальный допрос. Не знаю, почему не заметили то, что творится в городе. Возможно, не хотели замечать. Но вооруженные мужчины на улицах – не только горцы, но и наемники. Ваха был одним из командиров.

– Местный эспер перешел на сторону бунтовщиков, вот и весь секрет, – сердито произнес Александр Иванович. – Ничего, разберемся. Яра, ты умница. Если дело дойдет до суда, я сделаю все, чтобы тебя защитить.

– А может… не дойти? – спросила я.

Тихо прикопают в ближайшем лесочке? Ой, нет. Тут же горы. Сбросят в пропасть.

– Если Разумовский убедит императора, что ты неопасна. Тебе дали время на отдых, но не более того. Так что нам пора.

– К императору?

– К Разумовскому, – вздохнул Александр Иванович. – Сейчас он не может покинуть императора, поэтому требует, чтобы тебя доставили к нему немедленно, до того, как завертится машина правосудия.

Легко предположить, что князь потребует в обмен на помощь.

– Александр Иванович, вы не можете его ослушаться? Лучше суд, чем…

– Не лучше, – перебил меня он. – Поверь, Яра, не лучше. Все сильно осложнится, как только узнают, чья ты дочь.

– Мне нужно привести себя в порядок.

Звучит так, будто я хочу оттянуть неприятную встречу. Но мне просто необходимо снять с себя чужие тряпки. Противно!

– Не нужно, – жестко возразил Александр Иванович. – И химеру оставь при себе.

– Куда хоть мы… Ай!

Он грубо схватил меня за руку и дернул за собой, в Испод.

– Я, по-твоему, шучу? Да, вы спасали ребенка. И ты молодец. Не растерялась, справилась. Я на твоей стороне. Но закон не на твоей стороне! Люди боятся сильных эсперов. И тебя будут бояться сильнее, чем Разумовского. Нужно объяснять, почему?

Александр Иванович выговаривал мне, сворачивая пространство в Исподе. И ответа не ждал. Да и я не стремилась к диалогу. По всему выходило, что моя дальнейшая судьба зависит исключительно от князя Разумовского. А Александра Ивановича было откровенно жаль.

Из Испода мы вышли в библиотеку – небольшую, но уютную. Из окна второго этажа просматривался то ли сад, то ли лес, за деревьями блестела гладь пруда или озера.

– Подмосковная дача императора. Он тут рыбу ловит, – соизволил объяснить Александр Иванович.

– Наконец-то! – В библиотеку быстрым шагом вошел Разумовский.

Он взглянул на меня, и брови его взметнулись. Я крепче прижала к себе Карамельку.

– Как ребенок? Все живы? – спросил Разумовский, обращаясь к Александру Ивановичу.

А я даже не поинтересовалась здоровьем Любы. Была уверена, что с ней все в порядке?

– Наши – все, – ответил Александр Иванович. – Девочка в столице, ею занимаются лучшие врачи. Состояние тяжелое, но стабильное. Жить будет. Сергей…

– Не сейчас, Саша, – остановил его Разумовский. – Яра пока останется у меня. Я приду на завтрашнее совещание, там все и обсудим.

Саша? Я не предполагала, что они в таких отношениях. Впрочем… Может, они учились вместе?

– Я в порядке, Александр Иванович, – произнесла я. – И ребятам передайте, что я в порядке.

Губы Разумовского тронула кривая усмешка. Александр Иванович коротко кивнул и исчез в Исподе.

– Мда… – Разумовский развернулся ко мне. – Иди за мной… красавица.

Он снял с себя куртку – легкую ветровку – и набросил ее мне на плечи. Карамелька вела себя спокойно. Вроде бы даже обрадовалась старому знакомому. Означает ли это, что мне ничего не угрожает?

Насколько я поняла, находились мы в обычной усадьбе. Или в необычной, учитывая, что она принадлежала императору. Меня повели полутемным коридором, предназначавшимся для слуг, и по дороге мы никого не встретили.