Чтение онлайн

Ах, помню, как мы однажды собирались вместе выбраться в горы, чтобы покататься на лыжах… Но так этого и не дождались. В нашей жизни появилась его беременная жена. Уже бывшая…

Обидно до сих пор. Что цена, которую они заплатили за то, чтобы понять, что не пара, — наши с ним в прошлом отношения.

— Теперь понятно, почему ты выбрал заснеженные горы, а не… море на Мальдивах.

— Какие стереотипы, — закатывает глаза и открывает мини-бар. Достаёт оттуда бутылочку воды. — Как будто кроме Мальдив на планете ничего нет.

— Душно, приоткрой форточку, — смеюсь, упрекая его в занудстве. Неожиданно Сонечка начинает подпрыгивать у меня на руках и тянется в сторону Волкова. Вызывает моё недоумение. И когда я не шевелюсь, вырывается и тянется к мужчине ещё сильнее.

Впервые вижу подобное поведение у дочери…

— А, — доходит до меня. — Она, наверное, пить хочет.

А у нас вода в бутылочке кончилась.

— Она холодная, — морщится Гордей, помахав бутылкой.

— У нас в номере есть подходящая, — вспоминаю и подрываюсь с кровати. — Схожу, принесу.

— Сиди, — отрезает мою попытку покинуть номер. — А то кажется, что ты вот-вот сбежишь. Не переживай, постараюсь держать себя в руках. Места много, две комнаты. Можешь занять вторую, она свободна.

Мило с его стороны…

Зачем париться с переездом из номера в номер, если уже всё готово? Он же не будет приставать? Сказал, что не будет…

Постарается, Насть, постарается.

Так, мы просто сейчас пойдём куда-нибудь, как только мои руки немного отдохнут. Я сделала глупость… Не взяла ни коляску, ни «кенгурятник». И теперь приходится таскать малышку на руках.

Поэтому, возможно, до вечера нам всё же стоит пересидеть здесь.

— Постой, — останавливаю его. — Давай я всё же схожу, возьму кое-какие вещи, раз ты не против, чтобы мы переждали здесь.

И без его одобрения передаю просящуюся и так к нему на ручки Сонечку. Она без промедлений хватается за мужскую шею и внимательно смотрит в лицо мужчины. Улыбается так, будто уже подросла и увидела своего кумира.

А я умиляюсь и в груди словно порхание бабочек ощущаю. От того, что доченька, даже не осознавая, сейчас обнимает своего папу.

Пусть побудут вместе.

А я тем временем выскакиваю в коридор и направляюсь в наш номер за вещами.

??????????????????????????

Гордей

— Удивительно, — слетает с губ, когда смотрю на Соню. Она хлопает своими светлыми ресничками и агукает, будто пытаясь услышать от меня ответ. — Твоя мать доверилась мне.

Вздрагиваю от неожиданного смеха. И он такой заливистый, мягкий, весёлый, что я вот-вот лопну от удовольствия. Хотел бы я слышать его каждый день… от своего малыша.

Где-то в глубине души таится надежда, что эта кроха будет моей.

Пока неизвестно — я только отправил наши материалы на ДНК-тест. Из-за наступивших праздничных дней срок получения результатов оттягивается. Поэтому буду знать только завтра-послезавтра.

А пока отдыхаю. Не забиваю голову мыслями.

Конечно, я приехал сюда специально, зная, что Настя будет здесь. Думал встретиться с ней на ужине, но всё вышло как никогда лучше. Настя, как вечная катастрофа, умудряется встрять в проблемы даже здесь.

Получилось забавно…

И теперь, прижав к себе малышку, откровенно балдею. Она пахнет детским порошком и молочком. Ребёнком… которого я так хотел.

Неожиданно бьёт своей ладошкой по моей щеке, вызывая улыбку, а не злость.

Хватаю её за пальчики, перебираю каждый. Какие маленькие… Держу невесомо, боясь сжать.

А пальчики-то мамины… Длинные, красивые. Запястье тоненькое. А вот щёки — точно не её. Хотя маленькой Настьку я не видел.

— Что делать будем? — спрашиваю её, как дурак, будто она ответит.

Отель огромный, куда сходить — вариантов масса. Можно и просто отсидеться в номере, но… не хочу. Покровская закроется в своей комнате, спрячется. Но этого я ей не позволю.

Пойдём куда-нибудь втроём. Бассейн? Слишком устал. Кинотеатр? Там с Настей не поговоришь.

Экстремальные виды спорта не рассматриваю — с ребёнком не покатаешься.

Есть один вариант, конечно…

— Хочешь прогуляться? — подхожу к окну и выглядываю на улицу. Из моего номера открывается отличный вид на все уличные активности. И неподалёку располагается как раз то, что нужно.

Сонечка после моих слов неожиданно кряхтит. Напрягается вся, надувает щёчки и становится красной.

От страха за неё чуть не начинаю трясти. А потом чувствую тепло в районе руки, на которой располагается маленькая задница, и всё понимаю… Улыбаюсь, смотря на усердно справляющую нужду девочку.

Засада, конечно. Для Насти. Я-то попу мыть не умею.

Мы маму дождёмся, а то я даже памперс снять не смогу…

— Ну как, легче?

Выдыхает и мычит. Морщит носик, почуяв что-то неладное.

— Ну ты даёшь, — качаю головой. — Сама натворила, сама недовольна. Типичные женщины…

Дёргает своими ножками и хмурится.

— Маму ждём, — прошу её подождать. Но Сонечка, видимо, мои интересы не разделяет. Чувствует дискомфорт и не может сидеть на месте. Вдруг розовые щёки становятся ещё краснее. А на глаза наворачиваются слёзы.

Комнату прорезает детский плач и всхлипы.

Да твою мать, что не так?

Эта истерика из-за грязной попы?

Нет, никому не нравится ходить с таким задом, но чтобы до слёз…

Где Настя?!

Хожу с мелкой по комнате в надежде, что она успокоится. Или что Покровская вернётся. Но проходит три минуты, четыре… И я не выдерживаю. Хватаю полотенце из шкафа, несусь в ванную. С трудом собравшись с мыслями и руками, раздеваю ребёнка, настраиваю температуру воды и подставляю грязную попу под струю.

И только тогда крики утихают, а я тяжело дышу, понимая, какие эти женщины скандальные… Даже в таком возрасте.

Помыв Сонечку, тут же укутываю в полотенце. Если надо чем-то обработать — разберётся мать. Я свою работу выполнил и даже чувствую от этого… какую-то гордость.