Чтение онлайн

Впервые. Сам…

Помню, как представлял, каким буду отцом. Самым заботливым.

После родов я не скинул бы всё на женщину. Взял бы отпуск и смотрел, растил ребёнка в полной мере. Если надо — помыл, укачал, уложил спать. Приготовил завтрак… А потом отвёл в сад. А когда он станет чуть постарше — ломал бы рядом с ребёнком голову, решая задачи по математике.

— С боевым крещением, — вдруг слышится за спиной. Настя, судя по интонации, еле сдерживает смех. Оборачиваюсь — и правда. Закусывает нижнюю губу, пытается скрыть ликующий вид. — Теперь тебя можно смело оставлять с ребёнком.

— Ты чего так долго? — никак не реагирую на её похвалу, а только злюсь. Мы перенервничали жёстко.

— Администратор задержал, — всё ещё в хорошем настроении пребывает она. Наклоняет голову набок, поглядывая на свою дочурку у меня на руках. — Но вы и без меня неплохо справились.

— Я на стрессе, — признаюсь честно. Молчу про клокочущее удовольствие внутри. Я сам помыл малыша… Один пункт из своего отцовства я выполнил.

Опять раздаётся этот бархатистый и приятный смех.

— Принести тебе выпить? — игриво говорит она.

— Пошли лучше на улицу, — выдыхаю, чувствуя, как задыхаюсь от пережитых чувств.

Сам. Сам справился с ребёнком.

Настя в ответ на мои слова задумчиво смотрит на Сонечку, укутанную в ткань. И одобрительно кивает:

— Десять минут, и мы готовы.

??????????????????????????

Настя

— Да я и сама могла её понести… — чувствую какой-то укол совести от того, что Соня всю дорогу сидит на руках у Волкова. Наступаю в снег и в ту же секунду после своих слов поскальзываюсь и так же быстро восстанавливаю равновесие.

Да ёшкин кот!

— Нет, я тебе не доверяю, — летит мне серьёзно в ответ. Неловко отвожу взгляд в сторону. Вот же «случайность» эта злодейка. Не могла я в другой день поскользнуться?

Зло поправляю шапку и, хрустя снегом, стараюсь поравняться с Гордеем.

— Помедленнее, пожалуйста, — прошу его. Мужчина сбавляет темп, и мы наконец-то идём вровень. Я поглядываю вперёд, всё пытаясь узнать, куда он нас ведёт.

Когда пыталась спросить, он только и кидал типичное: «узнаешь». Гордей вообще сюрпризы не любит, а тут решил сохранить тайну до конца.

И только подойдя ближе… я понимаю, во что влипла.

— Снежный лабиринт, — читаю красочную надпись на яркой вывеске перед входом и впадаю в панику. — Ты издеваешься?

— Почему же? — насмешливо звучит от него. Поглядывает на меня с ожиданием и игривостью. Нравится ему надо мной издеваться! Потому что в курсе моей слабости!

— Ты же знаешь, — в обиде топаю на снегу.

— Не заблудишься ты. Я же с тобой.

— Ага. С чего такая уверенность, что этого не сделаешь ты?

— Мы в лабиринте будем не одни.

Оглядываюсь по сторонам. Есть ещё люди, но их не так много. Всё же уже время идёт к вечеру, и все наверняка на той шумной вечеринке, устраиваемой в отеле. Предновогодние гуляния начались ведь.

— Никому не нужны случайные смерти на базе отдыха. Успокойся, ты накручиваешь себя.

Пытаюсь прислушаться к его словам.

Действительно, чего я переживаю? Да подумаешь, могу заблудиться в трёх соснах и дико ненавижу лабиринты. Что уж говорить — на права я не выучилась по одной причине — с навигатором я не дружу, как и не запоминаю местность вокруг. Хотя было бы удобно ездить на работу на машине, да и вообще передвигаться с ребёнком по городу.

Но не моё.

Под аккомпанемент моих вздохов мы заходим внутрь. Сонечка тут же ахает, широко раскрывает рот и показывает на воздвигнутые вокруг огромные стены. А я, наоборот, натягиваю на голову шапку и надеюсь спрятаться в ней.

Да тут высота — выше Волкова! У меня была надежда, что он со своим высоким ростом заглянет наверх и поможет нам выбраться, но нет….

Не успеваем мы пройти и пару метров — как в лабиринте нужно сделать выбор.

— Направо или налево? — спрашиваю сдавленно, взглядом бегая от одной тропинки к другой.

— Пошли направо.

— Почему туда?

— Отчего-то мне показалось, что ты выберешь лево. А если это делаешь ты… значит, там точно тупик.

Я должна оскорбиться, но тут он прав.

— Направо так направо, — уверенно поворачиваю в сторону и пытаюсь запомнить, откуда мы пришли. Мало ли? Я стольких фильмов насмотрелась, пока беременная ходила… И подобный там был. Как вспомню — аж мурашками вся покрываюсь.

Отчего-то раздаётся какой-то смешок за спиной.

— Бедовая Настя, право в другой стороне.

Резко останавливаюсь. Вся пунцовая поворачиваюсь к Волкову на пятках.

Всё! Больше ни одного самостоятельного шага! Буду ходить только хвостиком!

От вида Волкова с дочкой на руках и кучи снега вокруг чувствую подступающую панику. Подскакиваю к мужчине, хватаю его за пальто. А именно — оттягиваю в зоне локтя. Он всё же Соню держит. Боюсь, что уронит, если не так возьмусь.

— Страшно? — с какой-то заботой спрашивает мужчина.

— Нет, — хмыкаю и отворачиваюсь. — Я подержусь тут. Ну, думаю, так проще будет для нас обоих…

Да кого я обманываю? Боюсь заблудиться.

Но пока этого не происходит. Мы шагаем по лабиринту, перекидываемся фразочками. Я начинаю восхищаться окружающей красотой и задавать пришедшие в голову вопросы:

— Интересно, они прямо из снега? Лабиринт же не делают каждый год? Он ведь тает.

— Попробуй, — пожимает плечами. — Дотронься языком — начнёт таять, значит, настоящий.

Нахмурившись, останавливаюсь посреди лабиринта и с сомнением смотрю на белоснежную стену. Не может она быть из настоящего снега.

Пока никого нет — подхожу к преграде, высовываю кончик языка и дотрагиваюсь до холодного снега. И тут же отрываюсь.

— О, настоящий.

Мужской хохот бьется о снежные преграды, отскакивает эхом от стен, и я оборачиваюсь, не понимая его реакции.

??????????????????????????— Ты как была наивной, такой и осталась, — вдруг щёлкает меня по носу. И, продолжая смеяться надо мной, идёт вглубь лабиринта. Не поняла… — Я пошутил. Могла и перчатки снять, пальцем дотронуться.

Это уже второй раз, когда он подшучивает надо мной и издевается.