Чтение онлайн

— Речь не о сексе.

Да, конечно, черт возьми.

— Тогда чего же ты хочешь? — Потому что секс… я отдалась бы ему в мгновение ока, если бы был способ. Но он хочет чего-то другого… чего-то опасного в совершенно новом смысле. Некое слабое чувство трепещет у меня в груди.

— Сегодня? — Он натянуто улыбается мне. Нежность — не та маска, которую Макс может носить долго. — Я хочу свидание — платоническое свидание, если настаиваешь. Мой лучший друг беспокоится, что я чахну, и мне велено явиться и выпить с ним. И настоятельно рекомендовано взять с собой пару.

И снова мысль о свидании с Максом выворачивает мне желудок.

— Твоя личная жизнь меня не касается, — слабо возражаю я, но кульбиты в животе не прекращаются.

Его глаза темнеют.

— Конечно, нет. Сегодня вечером мы можем обсудить это более подробно. Уверен, Гэвин и Элли оценят.

Гэвин и Элли. Его обеспокоенные друзья — премьер-министр и его невеста. Я не могу играть в игры перед ними — и вообще не должна играть ни в какие игры, не со своим клиентом. Чувствую, как бледнею, а ладони становятся скользкими от пота.

— Макс…

— Ну, по крайней мере, так ты называешь меня по имени, — мягко говорит он. Его уверенность вернулась, и, боюсь, на этот раз она останется. — Да брось. Они лучшие компаньонки, какие только могут быть. Я буду паинькой, иначе Гэвин снесет мне голову.

— Он не король.

Он отмахивается от этого протеста.

— Я уже сказал им, что ты приедешь.

— Нет!

— А за это я понесу твою корзину с овощами.

— Вряд ли это одно и то же.

Но он берет ее у меня, его рука касается моей, и единственная причина, по которой я не чувствую на коже ожег от контакта, — то, что мы оба в куртках.

Ясно, что Макс намерен провести со мной день. Заняться покупками. Вероятно, последовать ко мне домой, чтобы помочь донести продукты.

Оттрахать на кухонном столе, потому что сейчас я очень слаба.

Этому не бывать.

Так почему же у меня учащается пульс?

И когда трусики успели намокнуть?

Глава 10

МАКС

Когда я сказал Гэвину, что не приду на хоккей, он пригласил меня выпить.

Возможно, я чуть приврал Вайолет о требовании к свиданию. Но пока она выбирает фрукты, я пишу Гэвину, и ответ такой, как я и ожидал.

Соколиный Глаз: Сегодня я кое-кого приведу.

Би Джей: Женщину, которую ты добивался конфетами?

Соколиный Глаз: Все прошло не очень хорошо.

Би Джей: Значит, другую?

Соколиный Глаз: Нет, эту же женщину. Я все еще ее… добиваюсь.

Би Джей: Насколько тебе при этом неуютно?

Соколиный Глаз: Перестань смеяться надо мной. И веди себя сегодня хорошо.

Би Джей: Я всегда веду себя хорошо. Шальная пуля у нас ты. Постарайся не обломать себе кайф.

С Вайолет это всегда серьезный риск.

Не то чтобы я мог думать одновременно о своем члене и о ней. Мы так далеки от того, чтобы снова потрахаться, что мне больно лишь от одной мысли, каким сладким был ее ротик, как хорошо она выполняла мои приказы и как великолепно выглядела ее задница…

— Макс? — Стоя с пакетом груш в руке, она смотрит на меня. — Можешь взять это?

Я засовываю телефон в задний карман и беру фрукты.

Конечно, нам нужно поговорить. Но сначала я должен показать ей, что не представляю угрозы для ее работы. Что в первую очередь могу быть другом.

Например, могу помочь ей выбрать гранаты.

Я беру один ярко-красный фрукт, и она пожимает плечами.

— Слишком много мороки с зернами.

Ну, теперь я знаю, что нам нужно купить парочку. Я расплачиваюсь с продавцом и кладу их в корзину.

— Что дальше?

Вайолет закатывает глаза.

— Не знаю. Ты явно здесь главный.

Не могу сдержать улыбку.

— Вот именно. Думаю, нам нужен хлеб.

— Что ты делаешь?

— Решаю, что из продуктов нам нужно?

— Нам?

Я пожимаю плечами. Звучит неплохо.

Она колеблется, потом указывает на булочную в конце прохода.

— Это хорошее место.

— Любишь сэндвичи?

Мы идем рядом, и на протяжении всего пути она покусывает нижнюю губу.

— Вопрос не такой уж сложный, — сухо говорю я.

— Какой же ты заносчивый, — говорит она как бы невзначай, и я не могу винить ее, потому что это правда. Но на самом деле она не знает и половины.

— Обычно даже больше.

— Мне достается мягкая, нежная сторона Макса Донована?

— Типа того.

Она вздыхает.

— Да, я люблю сэндвичи. А еще я люблю четкие, упорядоченные свидания, которые не угрожают моей работе.

— Принято во внимание по обоим пунктам. — Я могу сделать ей сэндвич, который компенсирует большую часть раздражения.

Но вот свидания…

Не то чтобы это было моей целью. На протяжении всей моей взрослой жизни это было моей антицелью.

То, что мы вторую неделю подряд вместе ходим на фермерский рынок, ничего не значит.

Свидания были бы…

Черт.

Шоколадные конфеты и непринужденная беседа за итальянской едой.

Думать о женщине, когда я не с ней.

Из кожи вон лезть, чтобы снова с ней встретиться — хотя это может быть расценено как преследование.

Может, у меня и нет большого опыта в этой области, но я не идиот.

Может, Вайолет и не хочет со мной встречаться, но это уже происходит.

Это, наверное, самые долгие отношения, которые у меня когда-либо были. Этот факт ее тоже не развеселит.

Вероятно, в ее списке десяти лучших качеств, что она ищет в парнях, с которыми хочет встречаться, значится не ее клиенты и определенно не парни, которые принимают ее за девушку по вызову, а кто-то, кто продемонстрировал бы способность справляться с отношениями, как взрослый.

Моя способность справляться с чем угодно решительно относится к моей карьере в медицине. Это отчасти реальность сделанного мной выбора, а отчасти следствие решений, принятых другими до того, как у меня появился выбор.

Но я могу показать ей, как чистить гранат, и сделать ей сэндвич.

Начнем с малого.

Когда я провожаю ее до машины, она колеблется.

— Я собираюсь напроситься к тебе домой, — говорю я. — Потому что тогда тебе не придется решать, хорошая это идея или плохая.