Доктор-попаданка для хозяина фазенды
Шрифт:
Он похож на актёра из сериала. Черные брови вразлёт, загорелый, с явными испанскими или итальянскими корнями. Широкие плечи, узкая талия. Кожаный ремешок на жилистой, фактурной шее.
Только под глазом и сверху, на лбу - два шрама. Ещё не побелевших и грубых.
И само лицо ужасно злое - всё это портит красоту.
– Лау-ра, - чеканит он.
Вздрагиваю от того, что он произносит моё имя. Хотя ни тело, ни всё остальное вокруг совершенно не моё.
– Правда думала, что сбежишь?
– наступает на меня этот злой красавец.
– Интересно, как? Успеешь добежать до города? Окрутишь отправленных за тобой солдат? Или “думала” - слишком сильно для твоей смазливой, дешёвой, пустой головы?
Морщусь. Интересно, почему “я” всё-таки бежала? Я преступница? Судя по одежде - девушка я совсем бедная. Украла у господина кусок сыра и цепочку от часов? И за это должна получить плетей?
Словно отзываясь на мои мысли, сеньор подаётся ещё вперёд. Нависает надо мной так, что чёрные волосы падают с его лица и почти касаются моего, зеленовато-карие глаза вспыхивают. От него терпко пахнет мужчиной. С губ идёт жар, когда он шепчет мне в висок:
– Смотрю, смерть тебе милее, чем быть моей рабыней. Не соврала. Но ты моя. И я свою собственность портить не позволю.
И меня вдруг, несмотря на жар, касается что-то липкое и холодное.
Рабыня?! Ещё раз вспоминаю слова ловчего - о каких-то прихотях господина. Внутренности перекручивает.
Ладно, хватит.
В помойную яму этот сон.
Рабство, жизнь в неволе - это совсем не для меня. Уж лучше привычная, мрачная реальность с болью, чем такие галлюцинации, где надо мной издевается собственный мозг.
Я решаю проснуться.
Пытаюсь.
Обычно достаточно просто подумать, даже дети с этим справляются. Но… почему-то у меня не выходит.
Зато сознание внезапно подбрасывает нечто совсем другое.
Голова тяжёлая, как свинцом залита.
Пальцы больше не слушаются. Всё. Полный паралич.
Тишина в ушах, сердцебиение где-то далеко, будто в другом теле.
“Так вот как это… вот так уходят?” - мысль без эмоций, чистая, пустая.
И… всё.
У моего странного, непривычного тела начинают подрагивать пальцы.
Я не сплю?
Это по-настоящему? Я просто… умерла?
Глава 2
Мысли о смерти оглушают. И поглощают меня гораздо сильнее, чем весь хаос, что творится вокруг!
“Сеньор Игнасио” так и не дожидается моего ответа. Просто раздражённо командует, чтобы меня усадили в повозку, привязанную к другой лошади, неподалёку, и следили в оба.
Я падаю на жёсткие доски.
Быть не может!
Пытаюсь придумать хоть какое-то логичное объяснение! Но все “симптомы” выглядят… убедительно.
Я всё вокруг чувствую. И мне больше не кажется, что это проекции или случайная блуждающая боль.
Чувствую, как пахнет трава вокруг! Одуряюще, если подумать… И звуки, здесь очень шумно! В листве стрекочут цикады, орёт какая-то птица, в кронах наверху кто-то копошится. Цвета вокруг - такие глубокие, изумрудные! Сквозь просветы в листве жарит солнце, и воздух горячий и влажный, как в бане.
Я не сентиментальна. Но тут на глаза наворачиваются слёзы.
– Реветь будешь в своей конуре!
– скользкий Жулиану падает на лавку напротив и смотрит на меня с ненавистью.
Дурак! Знал бы ты… это слёзы счастья. После трёх лет борьбы с онкологией, после химий, операций, боли, неуверенного оптимизма и уверенного отчаяния, после месяцев, когда уже всё моё тело отказывало…
Неужели мне дали второй шанс?
Никогда бы не поверила, даже если бы все шарлатаны мира меня в этом убеждали! Но как ещё объяснить?
Я снова живу. Более того, я молода! Судя по виду кожи, мне не больше двадцати пяти, а если судить по пренебрежительным обращениям мужчин - то и двадцати нет! Рабыня? Это, конечно, гораздо хуже.
Но мне внезапно уже даже этот статус не кажется ужасным.
Я и рабыней пожить готова! Надо только узнать, куда я вообще попала. Девушка-то, место которой я заняла, похоже, свалилась в овраг и погибла? Бедная…
Как получить объяснения, будучи беглой рабыней - я не знаю. Злой сеньор впереди молчит, его лошадь машет хвостом.
– Я ударилась головой. Мне нужна вода, чтобы промыть рану, - открываю рот, не в последнюю очередь для того, чтобы услышать свой голос.
Он мягкий, красивый! Но ожидаемо хриплый.
– Может, тебе ещё портвейна?!
– Не стоит. Но если не дадите тратить воду на рану - хотя бы дайте попить.
Глаз надсмотрщика дёргается. Он разражается гневной тирадой.
Наверное, так свободно рабыни себя не ведут. Мне надо будет перестроиться, и сильно! Но сейчас солнце жарит. Адреналин отступает, и я всерьёз думаю, как скоро у меня начнётся обезвоживание. Если я и правда ещё и морила себя голодом вдобавок…
Это тело - невероятный подарок.
Я собираюсь его холить и лелеять!
Но “лелеять тело” предполагает и больше не лезть в драку с разъярёнными мужчинами. Так что когда Жулиану меня грубо посылает, приходится проглотить.
Где-то через час изматывающей дороги меня привозят в…
Это особняк. В латиноамериканском, наверное, стиле…
Кованые ворота с массивными столбами. За ними - огромный сад. Пальмы, фруктовые деревья! Дорожки, мощёные белым камнем, и утрамбованная красная земля. Мы подъезжаем к двухэтажному дому с широкой лестницей у входа.
Я вдруг ловлю какой-то ностальгический флешбек - как сейчас говорят.
Солнце, пальмы, фазенда… мне всё это напоминает бразильские сериалы, которые любили все на свете. Я помню, как смотрела их совсем молодой. Как обсуждала с подружками, что хочу выйти за горячего Антонио Карлоса! Давно это было… но ведь та девочка ещё жива где-то у меня внутри!
И настроение ползёт вверх. Я улыбаюсь - вот только это замечает злой сеньор:
– Нашла причины для радости? Правда?!
Жулиану грубо вытаскивает меня из повозки, явно желая угодить господину. Да что же с ним делать! Вдруг замечаю, что нас “встречают”... К сеньору подбегает конюх, а из окон дома, из-за пристройки и даже из-за деревьев в саду выглядывает несколько смуглых, бедно одетых людей.