Чтение онлайн

– Здравствуйте, Лена, - кивнула баба Клава.
– И вам, Дарья Ивановна, добрый день.

Непостижимо - каким образом она ухитрилась запомнить мое имя? Я не так часто бываю у Лены.

– Клавдия Петровна, - улыбнулась я, - не припомните, кто вчера около восьми вечера положил в почтовый ящик Гладышевой пакет?

Старуха прищурилась:

– Помню, конечно. Почтальон.

– Какой?
– в один голос закричали мы с Ленкой.

– Обычный, одна она у нас который год, Соня, татарка.

– Вы точно знаете?
– решила уточнить я.

– Естественно, - хмыкнула старуха, - больше некому по ящикам шастать.

– Может, кто посторонний прошел...

Баба Клава вздохнула:

– Дарья Ивановна, мне с этого места весь подъезд видать, а ящики - вот они. Кто к ним подходит, всегда гляжу, чтобы чужой не открыли. И за почтальоншей приглядываю, хоть и работает давно, всяко бывает. Сейчас журналы дорогие, не доложит кому, скандал. Нет, я все записываю. Вот смотрите... Учет как в аптеке.

– Ну еще другие приходят, - не успокаиваюсь я, - с бесплатными изданиями. "Экстра-М" приносят, каталоги всякие, "IKEA", к примеру.

– Я таких не пускаю, - скривилась лифтерша.
– Возьму стопку и сама разложу. Мне неприятности не нужны. Эти, которые с бесплатными газетами, люди непроверенные, бог их знает, может, по подъездам воруют.

Не успела она договорить, как из лифта вылетел мальчишка лет восьми с клюшкой в руке. Баба Клава нахмурилась:

– Роман, ты куда?

– На пруд, в хоккей играть, - ответил паренек.

– Пропуск давай!

– Нету, - тихо сказал Роман, - мама забыла оставить.

– Иди домой, уроки делай, - спокойно ответила лифтерша.

– Я уже все сделал...

– Роман, - железным голосом сообщила дежурная, - наш разговор бесполезен. Ступай домой. Позвони матери на работу, пусть она со мной соединится и отдаст устное разрешение выпустить тебя.

Мальчик побрел к лифту, волоча клюшку за собой.

– У вас имеются документы на выход?
– обалдев, поинтересовалась я.

Баба Клава без тени улыбки пояснила:

– Роман - двоечник и прогульщик. Отца нет, мать целый день на работе, а бабушка с ним не справляется, старая. Ляжет поспать, а внук на улицу бежит и дотемна пропадает. Вот и придумали ему пропуск. Мать перед уходом на работу бумажку пишет и мне оставляет. Только сегодня она предупредила, чтобы я его не выпускала. Он с утра в школу не пошел, больным сказался и должен уроки учить. Так-то!

Закончив речь, баба Клава поправила воротничок у блузки и добавила:

– Видела я, как Соня конверт в ящик впихивает, он туда с трудом влез, пухлый очень. Я еще подумала, что за странное письмо, без адреса и марок.

Зоркости старухи мог позавидовать горный орел. Я повернулась к Ленке:

– Ты иди домой. Лучше я одна схожу на почту.

– А может, вместе?

– Нет-нет, эта Соня еще испугается. Подожди меня дома, я скоро вернусь.

– Ладно, - без энтузиазма согласилась Ленка, - ты уж расспроси ее как следует.

Узнав у бабы Клавы, где местное отделение связи, я выбралась на улицу. По календарю февраль, в воздухе мороз, а под ногами слякоть. Как у всех автомобилевладельцев, у меня совершенно не приспособленные для прогулок ботинки, на тонкой скользкой подметке. Но почта - с обратной стороны дома и подъехать туда просто невозможно. В зале почты было пусто: ни служащих, ни посетителей. Постояв минуту у окошка, я крикнула:

– Есть кто живой?

– Во народ, - раздалось из глубины, - чего орать? Уж и постоять не могут.

Я повернула голову и увидела сухощавую женщину лет пятидесяти, с крайне недовольным выражением лица.

– И что у вас за спешка?
– продолжала злиться служащая, подходя к окошку.

– Мне нужна Соня.

– Какая?

– Которая разносит корреспонденцию по домам, татарка.

– Она газеты разнесла и домой ушла, все, рабочий день окончен.

– Но сейчас только двенадцать!

– А чего ей за копеечную зарплату тут сутками сидеть?
– окрысилась тетка.
– Сами-то, небось, не на службе!

– Подскажите, пожалуйста, ее адрес.

– Правов таких не имею, адреса сотрудников всяким раздавать!

Захлопнув рот, она чеканным шагом двинулась внутрь почты.

– Эй, подождите, - закричала я, но тетка даже не обернулась.

В полной растерянности я осталась у окошка.

– Зачем вам Соня?
– прошелестел тихий голосок.

От неожиданности я подскочила. Потом вгляделась и заметила у стены маленькую девушку, размером с нашего мопса, только худенькую, как кузнечик.

– Соню зачем ищете?
– повторила она.

– Живу в этом доме. Сегодня утром Соня по ошибке сунула мне в ящик два журнала Cosmopolitan.

– Можете лишний у нас оставить.

– Нет, журнал дорогой, хочу лично в руки отдать.

– Вольному воля, - философски вздохнула "кузнечик", - она через дом живет, в пятиэтажке, внизу еще магазин "Лаванда", квартира один.

– Спасибо!
– обрадовалась я и пошла к двери.

Глава 5

По улице я прошлепала вперед до уродливой пятиэтажки, обнаружила нужную квартиру и позвонила.

– Вам кого?
– донесся детский голосок.

– Соню, почтальона.

– Баба!
– завопил ребенок, громыхая замком.
– К тебе тетенька пришла!

Дверь распахнулась, я увидела крохотную прихожую и маленькую черноглазую женщину, вытиравшую руки посудным полотенцем.

– Вы ко мне?
– настороженно поинтересовалась она.
– С претензией? Пропало что? Журнал сперли?

– Что вы, - мило улыбнулась я, - просто кое-что узнать хочу.

– Идите на кухню, - велела Соня.

Я втиснулась в пятиметровое пространство и подавила тяжелый вздох. Это сейчас у нас двухэтажный кирпичный особняк и домработница с кухаркой, но большая часть моей жизни прошла в Медведково, на такой же кухне, где между холодильником и столиком оставалось место лишь для одной табуретки...

– Садитесь, - предложила Соня, вытаскивая из-под стола табуретку.

Я осторожно опустилась на колченогое сиденье и решила схватить быка за рога:

– Я Лена Гладышева. Вчера вечером, около восьми, вы разносили почту?