Чтение онлайн

Феникс появляется снова, темные глаза смотрят на Тристана.

— Не проблема. Мы с женой продолжим разговор в другом месте.

— Не надо со мной соревноваться, — отвечает Тристан, сжимая челюсть в дурном расположении духа.

— Сильвер! — кричит Рис, появляясь за диваном, на котором сидят Тристан и Феникс.

Тайер садится с другой стороны от меня, и я вижу, как ее лицо появляется на экране камеры рядом с моим.

— Да?

— Он может называть Сикстайн своей женой, — говорит он, указывая сначала на Феникса, а затем на Тристана. — А он может называть Неру своей невестой. А я тем временем могу называть своей девушкой только тебя. Тебе не кажется, что это хреново?

— Очень хреново, — соглашается она.

— Тогда позволь мне что-нибудь с этим сделать.

— Не сейчас, — отвечает она, качая головой. — Сначала мне нужно понять, изменит ли тебя слава.

Рис выглядит оскорбленным.

— Прошу прощения?

— А что, если, став звездой футбола, ты сделаешь очень дерьмовую стрижку? Или начнешь неиронично носить отвратительные мужские сумочки Louis Vuitton? Любой из этих вариантов может стать разрывом сделки, знаешь ли, и это еще до того, как я добавлю полчища обожателей, через которых мне придется пройти, чтобы привлечь твое внимание.

Рис смотрит на Феникс.

— Мне кажется, или она больше беспокоится о мужской сумочке, чем о поклонницах?

— Это потому, что я знаю, что на самом деле мне не нужно беспокоиться о поклонницах. Но мужской кошелек? — вздрогнула она. — Это настоящий убийца женского возбуждения.

— Ладно, если я соглашусь на отсутствие мужских сумочек, я уже могу на тебе жениться?

— Это хорошее начало переговоров. Проверь через несколько лет.

— Через несколько лет, любимая? —

— Могу я поговорить со своим женихом сейчас, пожалуйста? — Наконец-то я вклинилась и спросила.

Рис издает звук отвращения.

— Не нужно выпендриваться, Нера. Ты можешь забрать его.

Сикс, Тайер и я поворачиваемся на звук открывающейся двери, и в комнату возвращается Беллами.

— Хорошо, мне наконец-то удалось его успокоить.

— Я так понимаю, ты больше не будешь устраивать розыгрыши? — спрашивает Тайер.

— Я свяжусь с тобой по этому поводу завтра. Зависит от того, как пройдет секс в гриме, — заканчивает она, подмигивая.

— Фууууу, — говорит Рис по FaceTime. — Никогда больше не представляй в моем воображении образ Роуга, Беллами.

— Это моя девочка, — с гордостью говорит Тайер, игнорируя своего парня.

— Ой, извини, Рис. Не знала, что ты разговариваешь по телефону. Я готова вернуться к девичнику, если вы, ребята, готовы.

— Мы готовы! — говорит Сикс, прежде чем снова повернуться к своему телефону. — Поговорим завтра, Никс.

— Поговорим завтра, дикарка. Люблю тебя до звезд и обратно.

— Люблю тебя до луны и обратно. — Когда он уходит, она целует меня в щеку. — Прости, что отвлекла тебя от FaceTime, Нерита.

Сикс присоединяется к Тайер и Беллами на кухне, пока они наливают следующую порцию напитков.

— Мне тоже пора, Тристан.

— Что ты собиралась сказать до этого? — спрашивает он. — Что сегодня?

Я смотрю на время в левом верхнем углу экрана.

— По состоянию на двадцать одну минуту назад до нашей свадьбы оставалось ровно одиннадцать месяцев.

Глаза Тристана горячо блестят, его взгляд прожигает интенсивную дорожку по моему лицу.

— Я отсчитываю дни, детка.

— Я тоже.

— Хорошо, — говорит он со вздохом. — Думаю, я позволю тебе вернуться к этому. Развлекайся и помни — следи за своим смехом для меня.

— Повеселись с мальчиками. Увидимся завтра.

— Я буду ждать тебя с завтраком. Люблю тебя очень сильно.

— Я тоже тебя люблю.

Я вешаю трубку и убираю телефон, как раз когда девочки возвращаются, чтобы присоединиться ко мне вокруг кофейного столика. Они садятся, и Сикс протягивает мне свежий бокал шампанского.

— Ладно, мы позволили себе немного отвлечься на мальчиков, — начинает Беллами.

— Моя вина, — вклинивается Тайер.

— Но теперь мы вернулись к девичьему вечеру. Поэтому я хочу произнести своеобразный тост, — говорит она, поднимая свой бокал. — Это будет наполовину тост, наполовину речь, так что потерпите.

Мы поднимаем свои бокалы вслед за ней.

— Год назад я жила в Чикаго. Я могла сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз я летала на самолете и ни разу не выезжала за пределы страны. Моя жизнь была рутиной. Безопасной и комфортной. Вероятно, я была бы очень довольна, не зная, что еще есть на свете. Поэтому я хочу поблагодарить вас, вас троих, за то, что вы показали мне, что именно я упускаю. За то, что открыли мне глаза на мир. За то, что всегда прикрывали мне спину и поддерживали меня. За лучший год в моей жизни на данный момент. — Она улыбается нам с Сикс: — Я встретила Роуга, но я также встретила вас двоих, и это значит для меня не меньше.

— Би красноречива, поэтому я не буду много добавлять к тому, что она уже сказала, разве что повторю, что это был самый лучший, самый дикий, самый веселый год в моей жизни. Для меня безумие, что мы знакомы всего год, а не всю жизнь, потому что кажется, что ты всегда была рядом, — добавляет Тайер.

Слезы застилают уголки моих глаз. Еще несколько месяцев назад я годами не плакала. А теперь, кажется, и пары дней не могу прожить, чтобы не пролить несколько слезинок, к счастью, в основном от счастья. Оглянувшись, я вижу, что Сикс так же поражена.

— Мы должны благодарить тебя. Ты научила меня быть храброй...

— А ты научила меня быть уязвимой, — вклиниваюсь я.

— Не думаю, что кто-то из нас понимал, что чего-то не хватает, пока мы не встретили вас обоих. И тогда мы как будто собрали последние кусочки пазла. Мы идеально подходим друг другу, потому что нам всегда было суждено найти друг друга и вместе составить целостную картину. В это я верю, — говорит Сикс.

— Что бы мы ни нашли в наших мальчиках, мы нашли друг в друге столько же. Платоническая любовь реальна, она сильна, и это то, что мы имеем вместе. Ничто и никогда не изменит этого, и я так счастлива, что нашла это. Надеюсь, когда у нас появятся дети, они будут знать друг друга и, надеюсь, тоже это почувствуют, — заканчиваю я.

— Конечно, будут! — говорит Беллами.

Мы соединяем наши фужеры, и звук звенящего стекла наполняет комнату, когда мы наконец-то поднимаем бокалы.

— За наш последний сон в загоне, — говорит Тайер.

— За нашу последнюю ночь, но не последнюю, — добавляет Беллами.

— За нас четверых, — добавляю я.

— И до конца наших дней. Вместе, — говорит Сикс, глядя каждому из нас в глаза по очереди. — Это только начало.