Чтение онлайн

— Привет, придурок, — отвлекается он, не отрывая глаз от своей жены. Она садится в машину, и они уезжают, помахав нам рукой.

Его тело напрягается, как только они исчезают из виду, и я слишком хорошо понимаю это чувство.

— Не волнуйся, приятель. Я присмотрю за ними.

— Как?

— Я тебе сейчас покажу. Остальные здесь?

Феникс ведет меня по коридору и вниз по лестнице, где находится их игровая комната.

— Тристан внизу. Он приготовил какие-то сложные изысканные закуски для вечера покера.

Я закатываю глаза, когда мы входим в комнату.

— Надменный придурок.

— Я знаю. Я хотел его за это отругать, но, к моему раздражению, они на самом деле чертовски вкусные.

— Придурок, — говорю я, глядя в глаза этому человеку.

— Можешь остаться при чипсах и сальсе, Роуг, — отвечает Тристан, небрежно показывая мне средний палец. — Я не хочу, чтобы твой неискушенный вкус испытал шок при контакте с чем-то изысканным.

— Учитывая, что каждый раз, когда я ем твою еду, это что-то нелепое, вроде деконструированного утиного мусса или желе из дельфиньего носа, то, что я все еще стою здесь с неповрежденным вкусом, — это маленькое чудо.

— Странно. По-моему, я помню, что твое имя было первым в списке бронирований, когда открылся мой новый ресторан, — замечает он, небрежно похлопывая меня по плечу.

— Это не имело к тебе никакого отношения, — спорю я, фыркнув. — Я хочу, чтобы лучшая подруга моей жены имела определенный уровень жизни, и, к сожалению, это означает поддержку тебя.

— Понятно.

— Никаких других причин.

— Ага. —

— Это было незапоминающимся.

— Конечно.

— Едва съедобным.

— Поэтому ты заказал еще один столик через две недели?

Игнорируя его, я беру крекер с соусом, кусочек копченой форели и ломтик огурца и кладу их в рот.

— Это не самое худшее, что я когда-либо ел, — говорю я с набитым ртом, беру еще один и сую его в рот, не доев первый.

— Извини, можешь повторить? Я хочу записать это на диктофон, — говорит он, поднося свой телефон к моему лицу.

Я отталкиваю его.

— Отвали.

Прежде чем он успевает ответить, за моей спиной раздается звук падения носорогов по лестнице.

Я оборачиваюсь и вижу, что это всего лишь Рис, издающий больше шума, чем, как мне казалось, способен издать один человек, врываясь в комнату с гордо поднятыми вверх кулаками и восклицая:

— Поздравьте меня, придурки, я стану отцом. Моя жена беременна!

— У тебя нет жены, — возражает Феникс.

— Пошел ты, Феникс. Это семантика. Через несколько месяцев она станет моей женой.

— Но пока она еще не твоя жена.

Рис, кажется, не реагирует на попытки Феникса подразнить его. Широкая улыбка остается на его лице, а руки расправляются еще шире.

— Она может быть еще не моя жена, но она беременна. Мой ребенок растет в ее животе прямо сейчас, чего у тебя пока точно нет.

— Тайер беременна? — спрашиваю я.

Он сияет.

— Да. Три месяца и один день. Мы подождали, пока не пройдем этот рубеж, чтобы сообщить вам.

— Поздравляю, приятель, — говорит Тристан, подходя к нему и похлопывая его по спине. Боже, он будет невыносим. Не только потому, что в течение следующих шести месяцев он будет говорить только о том, что Тайер беременна, но и потому, что он будет первым из нас, кто это сделает.

— Последнее, что нужно миру, — это еще больше таких, как ты, — замечаю я.

— Почему? Я красив, весел, умен, лоялен и чрезвычайно талантлив. У меня есть некоторые эмоциональные проблемы, но моя невеста в основном их исправила. На самом деле, если подумать, я идеален.

— И скромный, — сухо замечает Феникс.

— Спортсмены мирового класса не должны быть скромными. Это непривлекательно и не соответствует имиджу.

На губах Феникса появляется улыбка, прежде чем он пожимает ему руку в знак поздравления.

Как бы невыносим ни был Рис, он заслуживает этого. Он внезапно и неожиданно потерял родителей в автокатастрофе, когда мы были подростками. Это событие вырвало из-под него землю, унеся единственную семью, которая у него была. Если кто-то и заслуживает создать свою семью и познать счастье таким образом, то это он.

Я сжимаю его руку в своей, и наши глаза встречаются.

— Они бы гордились тобой, — бормочу я достаточно громко, чтобы только он меня услышал. — Хотелось бы, чтобы они были здесь и видели это.

Его губы на мгновение дрогнули, но он взял себя в руки. И тут он обнимает меня, обнимает так, как не обнимал много лет.

— Спасибо, брат.

Через мгновение я отстраняюсь и прочищаю горло.

— Ты знаешь, кто это — мальчик или девочка?

— Не знаю. Мне все равно. Этот ребенок связывает Сильвер со мной на всю жизнь, пол для меня не имеет значения.

— Хочешь проверить, как они там? — предлагаю я.

— Как? — отвечает Феникс, с интересом делая шаг вперед.

Я достаю телефон и легко запускаю приложение для наблюдения. На экране появляются различные ракурсы камер, и я нажимаю на ту, что направлена на кухню. Он занимает весь экран, показывая девушек, разбросанных по помещению. Нера и Беллами сидят у стойки, Сикс рыщет в холодильнике, а Тайер прислонилась к раковине.

Тристан впечатленно свистит мне за спиной.

— Камеры новые?

— Да, с вчерашнего дня, — с гордостью отвечаю я.

— Здорово. Какую компанию использовал?

— Я пришлю вам их информацию. Возможно, они сделают скидку на пакет услуг, если остальные заинтересованы?

— Я в деле, — говорит Рис. — Определенно.

— Я тоже, — говорит Тристан. — Очень досадно, что я сам об этом не подумал.

— Я тоже в пакетном предложении, — добавляет Феникс. — Хотя, я думаю — я думаю — мы можем себе это позволить даже без скидки. Я давно не проверял свои счета, но если мой баланс не упал на девять цифр с тех пор, то все должно быть в порядке.

— Говори за себя. Я скоро стану отцом, мне нужно начать копить деньги.

Тристан бросает на Рис незаинтересованный взгляд.

— Ты подписал в прошлом году контракт на 500 миллионов фунтов, и это даже без учета твоих рекламных контрактов.

— Да, но что, если у меня будет дочь? Я хочу, чтобы моя принцесса имела все, что она хочет, когда она этого хочет.

— Справедливо, — соглашается Феникс.

— А 500 миллионов с лишним не хватит? — спрашивает Тристан. — Удачи бедному парню, который женится на твоей гипотетической дочери. Лучше надеяться, что он богат.