Чтение онлайн

– С каких пор ты это пьешь?
– Саннио с изумлением уставился на любимый напиток Бернара в руках северянина, который раньше и легкое эллонское цедил мелкими глотками только за обедом и ужином.

– С сегодняшнего вечера.

– А это точно можно пить?

– Не имею ни малейшего представления. У тебя тут бокалы есть? Впрочем, неважно, я вижу кружки.

– Огненное вино. Из кружек. Посреди ночи. Альдинг, с тобой все в порядке?

– Не уверен...
– бульканье, еще раз бульканье, потом в руках у хозяина спальни оказалась кружка, доверху наполненная крепчайшим пойлом.
– Будь со мной все в порядке, я не стал бы тебя беспокоить средь ночи.

Саннио подвинулся, и северянин уселся рядом с ним на кровать. Решительный глоток, еще один. Наследник тоже отхлебнул, едва не поперхнулся и задохнулся жидким пламенем.

– Ты мне задал вопрос. Я могу тебе ответить. Это решение от противного, конечно, но я могу сказать, чего это существо не хотело бы больше всего на свете. Мне...
– Гоэллон потянулся и зажег свечу: ему нужно было не только слышать голос, но и видеть лицо; увиденное заставило передернуться: белая маска с черными провалами.
– Мне даже тяжело об этом думать, говорить же...

– Поставь кружку. Повернись спиной, - юноша положил ладони Альдингу на виски, на ходу вспоминая науку герцога, попытался нащупать источники боли.

В пальцы ударило чем-то мерзким, колючим и больно бьющимся; к заурядной головной боли, так знакомой юноше, это никакого отношения не имело, не могло иметь... Мигрень кусаться не умеет. А вот всякие пакостные дряни, по ошибке считающие себя равными богам; хотя это разобраться еще надо, кто хуже, кабы не все четверо хуже, что ж за беда такая...

Саннио стащил с шеи медальон со святой реликвией и надел цепочку на шею товарищу.

– Что это?

– Лекарство, - хмыкнул молодой человек.
– Надежное. Скажешь, когда отпустит. Мне быстро помогло.

Альдинг развернулся, стискивая в кулаке осколок черного камня. С лица медленно уходило неживое выражение; Саннио думал только об одном: "Как же ты сюда дошел, как же ухитрился, и ведь еще болтал - по шее, точно, и не один раз, вот погоди, вот станет тебе лучше, я же тебе эту шею отобью всмятку..."

– Благодарю.

– Реми Алларэ поблагодаришь. Ты сразу не мог сказать?!

– Привычка...

– Так чего бы там не хотело это... невесть что?

– Чтобы мы ехали на запад.

– Почему именно на запад?

– Не знаю. На запад...
– отчаяние в глазах, немая просьба поверить или хотя бы не спрашивать.
– Я не могу объяснить... кольцо!

Перстень, давешний подарок, который Альдинг так и носил, не снимая. Родовая реликвия, знак связи между двумя Старшими Родами. Камень со ступенчатой огранкой, в серебряной оправе. Тяжелая древняя вещь, пришедшаяся юному барону Литто по руке так, словно Альдинг точь-в-точь походил на дальнего предка.

– Да верю я, верю! Значит, едем на запад. А привычку такую ты себе засунь в неудобосказуемое место!
– с наслаждением добавил Саннио и ребром ладони двинул другу по шее.

Тот почему-то не оскорбился и на дуэль обидчика вызывать не стал.

Может быть, родовой девиз "Истина в молчании" стал барону Литто несколько тесноват?

5. Брулен - Собра - Церковные земли

Ель рухнула внезапно, хлестнув разлапистыми колючими ветвями по лицу, но куда больше досталось коню. Тот встал на дыбы. Хорошо еще, что ночью по лесной дороге ехали шагом...

"Докатались!
– подумал Араон, вцепляясь обеими руками в лошадиную гриву.
– Этого следовало ждать..."

Более всего его испугала не засада в ночном лесу, не перспектива оказаться под копытами кобылы Ханны, а собственное ледяное равнодушие. Тело делало свое дело, удерживало коня, балансировало в седле; разум бесстрастно просчитывал варианты. Преследователи из столицы? Но зачем бы им рисковать жизнью тех, кого им поручено вернуть в Собру? Еретики? Может быть, но кто из троих представляет интерес для "заветников"? Пожалуй, никто. Значит, просто грабители - и это наихудший вариант.

Сзади - он не видел, но слышал, - упала на колени кобыла Ханны. Девушка вылетела из седла, но приземлилась умело; и тут же ее кто-то схватил за руку. Должно быть, не слишком сильно - послышалась оплеуха и сердитая реплика, в ответ басовитый смех.

– Повежливее!
– приказал брат Жан; кажется, его послушались.

На всю компанию разбойников факел был только один, и то плохонький, поэтому нельзя было даже сосчитать противников. Явно больше пяти - и это только спереди...

Рука в кожаной рукавице перехватила поводья коня.

– Слазь!

Юноша покорно спешился, отшагнул назад, оказавшись рядом с Ханной.

– Монахи?
– спросил тот же голос.
– Мать и Воин, дурная добыча...

– Блюдущие, - ответил второй, хриплый.
– И баба с ними?

Факел описал петлю вокруг лица Араона; слишком близко - пламя едва не лизнуло волосы.

– А кони знатные...
– голос повыше, помоложе.

– Дальше пешком пойдете, - сообщил первый.
– Хотите - пожалуйте к нашему костру, а не хотите - так скатертью дорожка. Кошельки, конечно, придется отдать... да и оружие тоже.

– И сапоги!
– добавил хриплоголосый.
– Сымайте.

– Мы принадлежим к ордену Блюдущих Чистоту, - спокойно сказал брат Жан, опустив руку на плечо Араона.
– Грабить нас - большая ошибка.

– Да поплевать!

– Ах, да неужели?
– старший в банде говорил куда грамотнее прочих.
– К утру, если не будете сворачивать с дороги, выйдете из леса. Встретите своих - жалуйтесь. Не забудьте сказать, что с вами обошлись со всем почтением.

– На кого же нам жаловаться?
– поинтересовалась Ханна.

– На Якоба Эйка и его веселых молодцов.

Араон расхохотался, едва не согнувшись пополам. Многочисленное бруленское семейство не переставало изумлять многообразием своих талантов. Один тайной службой его величества - Араона, что самое забавное - руководил, другой в это же время Реми Алларэ доносил на брата, третий вот, извольте, по лесам промышляет. Дернул же Противостоящий пересечь границу Брулена, а не ехать через Сеорию, как предлагала Ханна...

– Привет вам от братьев, - отсмеявшись, сказал юноша; Ханна ткнула его в спину, но Араон не понял, в чем дело - уж больно смешно было.