Чтение онлайн

– Заплатишь, - отмахнулся он.
– А порода здесь не та, только внимание ненужное на себя обращать.

Ты мне и так массу всего должен, не вспоминая, кто из нас начальник. Я вам, между прочим, не извозчик, чтобы бегать туда-сюда когда Дашка рожать начнет и носить посылки. И проще всего не мучаться в будущем дурью, а каждого в дальнейшем официально в городе регистрировать и получать пластик с фотографией.

– Тогда и жизняк?

– А вот выпускать из рук контроль за торговлей опасно. Или тебя монополия не устраивает?

– Все равно вечно так продолжаться не может.

– Вечно нет, - согласился Зверь.
– Лет пять, пока к людям не привыкнут. Пока не разберутся, что продать можно не только вещь, но и себя с потрохами. Остановить это невозможно, но про честь и слово забывать нельзя.

Ну как?
– спросил Зверь у Теда.

– Да вроде нормально, - ответил тот, морщась и держась одной рукой за голову.
– О чем говорите, понимаю.

– Вот!
– сказал Зверь, обращаясь ко мне, - мы с тобой много не предназначенного для его ушей болтали?

– Да вроде ничего такого, - напрягся я.

– Тогда ладно. Сам с ним разбирайся, а я пошел.

Он, рисуясь, щелкнул пальцами и шагнул в появившуюся черную дыру. Через десяток секунд проход исчез. На той стороне Леха вышел к лесу.

– А что это было?
– оторопело спросил Тед.

– При чтении особо секретных документов, - доверительным тоном сообщаю, - сверху ставится гриф Х-00-99, где цифры 00 заменяются на продолжительность ознакомления, а 99 - на максимальное количество лиц, имеющих в каждый конкретный момент допуск к этому грифу. То есть если написано Х-01-2, значит читать можно только в течение минуты и двум посвященным. Все остальные даже случайно увидевшие документ расстреливаются на месте. Это именно тот случай.

Тед уставился на меня, открыв рот. Неужели на такие подначки здесь ловятся? Наивный парень.

– Это шутка, - на всякий случай пояснил я.
– На одном Интернет форуме люди развлекались, вот я и запомнил. Но болтать об этом не надо. Ты только что познакомился с главой Клана.
– Я на мгновенье задумался, как бы пояснить, - он парень очень не стандартный и... в славянской зоне это называется меченые - обладающие странными способностями. Собственно для этого мне и нужна была аномалия. Можно пересекать границы незаметно, но вот если об этом станет известно кому-то помимо нас, могут быть проблемы. Это понятно?

– Да, - моментально ответил Тед.

– Вот и помалкивай. Не стал бы я это раньше времени демонстрировать, но ему нужен местный язык. Жене тоже обо всем рассказывать пока не надо. Ходили смотреть на яму вместе, потому что требовался проводник. Все. Подробности ни к чему.

– А ты думаешь, она не заметит, что я вдруг начал понимать ваш язык?
– насмешливо спросил Тед.

– А ты скажи, что первый шаг к превращению из чужих в своих сделан, когда клятву дали, теперь второй - дали авансом язык. Придет и ее очередь, но со здоровьем лучше не шутить, так что после родов. Третий и последний будет, когда попадем в Треугольник. А там уже, от вас зависит.

Специально поясняю еще раз - постарайся говорить на Языке как можно больше по поводу и без повода, даже сам с собой разговаривай, что сказать хочешь, сначала на Языке мысленно произнеси, а не то из головы выветриться все, что туда вложено.

А по поводу прочего, вернемся домой, там и вопросы задавать будешь. Пока еще рано. Пошли назад на базу...

– А теперь еще один круг, - сказал полковник.

– Принято, - ответил Летчик и самолет начал разворачиваться.
– Задолбали, грустно сказал он мне в наушник. Совместными усилиями мы все умнели и умнели. Теперь наши разговоры подслушать было гораздо проблематичнее. Вставляешь в ухо микронаушник, и даже оборотень рядом не услышит. Спасибо земной промышленности за идею. Приемной комиссии я сказал, что отслеживаю состояние самолета и говорил он для меня отдельно, люди ничего не слышали из своих 'Говорилок'.

– Сколько можно?
– пожаловался он мне.
– И так понятно, что лучшего приобретения просто не может быть. Где они еще возьмут хоть что-то отдаленно похожее? Нигде.

А когда вернемся, - добавил он специально для меня, - посмотри покрытие на левом крыле. Надо что-то делать с обледенением. К подобным температурам я не готов. Можно нагревать, но очень много энергии теряется.

Тут что-то странное, - неожиданно сказал для всех Летчик.
– При выборе района исходили из отсутствия больших групп людей, а эти находятся прямо за горой.

Полковник лихорадочно увеличивал картинку, еще двое влезли чуть ли не в экран. На нем была видна большая группа двуногих и животных.
– Ближе, - сказал Кремер, - подойди ближе.

– Орки, - уверенно заявил он, через минуту, - и груз перегружают. Эти кто?

– Уверенно опознать нельзя, - сообщил самолет.
– Или люди или ... хм ... крысы. О!
– удивленно сказал он, - а они в меня стреляют. Картинка резко дернулась и стала двигаться рывками.
– Чуть не попали. Ухожу в сторону.
– Было видно, как поворачиваются наблюдаемые, стреляя из самого разнообразного оружия.
– В будущем, - спокойно сказал Летчик, - необходимо предусмотреть маскировочную окраску. Если бы они среагировали сразу, могло бы кончиться гораздо хуже.

– Караван, - яростно выругавшись, сказал единственный из присутствующих пес с капитанскими погонами.
– А я вам говорил!

– Значит, очень удачно вышло, - пробормотал себе под нос полковник.
– Что ты такое сделал, что он не просто команды выполняет? Можно считать, что свои обещания даже перевыполнил. Хочу еще сотню... Там выход только один?
– спросил он в 'Говорилку'.

– Насколько я успел осмотреть - один, - уклончиво ответил Летчик.
– Перекроете долину, никуда они не денутся. Там, - он на мгновенье задумался, - 182 ослика, сорок два орка и тридцать восемь возможных крыс. Может они вовсе люди. Шанс есть.

– Шанс!
– вскакивая, сказал Кремер.
– Десять перекрывают выход из ущелья назад. Мики, - обращаясь к капитану, - бери остальных и вверх. Вы?
– он посмотрел на меня. Следак уже стоял рядом, радостно скалясь. Я кивнул.
– Взять патронов и гранат, сколько способны унести. Вперед!

Бегом, бегом, бегом. Все время вверх из всех сил. Кто первый успеет, тот и победил. Если они первые - на подходе расстреляют. Думать некогда, сердце уже в горле стоит, груз давит на спину, и дышать невозможно. Все вверх, бегом и бегом. Большой рост и вес в такой ситуации только минус. В горах хорошо быть маленьким и легким. Неумение бегать в горах еще один большой минус. Камни выскакивают из-под ног и летят вниз. Кто-то падает. Сил уже нет, но надо и без сил, через не могу. На третьем, на десятом дыханье. Показать, что не потянул? Сесть и плюнуть, все равно это нас не касается? Никогда! Мы не люди, мы можем больше. Вверх, вверх, быстрее, быстрее. Глаза уже ничего не видят, ноги переставляются на чистом автоматизме, только вверх и вверх.

Мы успели. Только выскочили на гребень - навстречу оскаленные зеленые хари. Я с трясущихся рук открыл огонь из пулемета. Никуда не попал, но они шарахнулись за камни. Теперь есть время. Я устраиваюсь поудобнее, пытаясь привести дыхание в норму. Остальные за моей спиной торопливо выкладывают из камней хоть какое-то подобие бруствера.

С вершины по каравану - очередь, очередь, еще очередь. Не важно, люди или животные, пока не кончилась лента. Наша задача зажать их и не выпустить. Их интерес - увести ослов с грузом. По одиночке могут и уйти, но груз останется здесь. Бьются на земле раненные ослики, дико вопя, мечутся в свалке, пытаясь вытащить уцелевших, двуногие фигурки. Прямо у выхода из ущелья я навалил кучу трупов. Тед торопливо сует новую ленту, совершенно не помню его бегущего рядом, щелчок - и опять очередь за очередью по скоплению бегающих внизу фигур. Некоторые пытаются стрелять, но снизу вверх попасть не просто. Сплошная слепая стрельба, попасть в цель можно только случайно. Потом один встал на колено, держа на плече трубу гранатомета. С особым удовольствие прошелся по нему свинцом. Выстрелил он, уже падая, и снаряд полетел куда-то в небо, безвредно разорвавшись на склоне.