Чтение онлайн

– Ну и что?
– не понял я.
– Берешь, выключаешь двигатель, привязываешь к машине ослов или вообще ручками толкаешь.

– Ага, - подтвердил он.
– И ручками в гору по всей длине аномалии - два с лишним километра. Мы зачем в горы идем? Всегда можно пройти не только по дороге. Есть тропинки, по которым ходят разные горные бараны и прочие козы. Местные жители их прекрасно знают. Значит надо их перекрыть вдоль всей долины. высоко в горы орки не уйдут - снег и следы. Летом нам было бы все не перекрыть. А так, в подходящих местах будут сидеть засады. То есть они вдоль всего хребта, но начальство с основным отрядом на самом перспективном направлении. Закрыть долину, чтобы все остались внизу, и сбежать не могли задача первоочередная, удачное время для нас.

А внизу остается куча техники почти без охраны. Тут торопиться не надо, нам главное не ордена получить, доложив о больших потерях и взятым в героической атаке городе, а выполнить дело. Так что можно и дополнительную дорогу на будущее проложить, пока остальные подтянутся.

Два самолета на такой район слишком мало, не удастся показать себя во всей красе, - прикидывал я, глядя, как готовятся бойцы. Ботинки тщательно смазывают жиром из специальной банки, чтобы ноги не промокли. Потом натягивают на себя кучу вещей, включая две-три майки и шерстяной свитер на форму. Мерзнуть никому не хочется. Кроме оружия, боеприпасов, а патронов много не бывает, гранат, воды и сухпайка, всякой мелочи вроде спального мешка и разных иголок, ножиков и прочего необходимого в походе, еще и парочка мин по четыре с лишним килограмма. Такие вещи лишними не бывают. Все вместе весит столько, что непонятно, как вообще ходить можно. Общий вес, не считая оружия, переваливал за 40, а порой и 50 килограммов. Дополнительно пулеметчик нес на себе пулемет, а радист - радиостанцию. Еще у каждого шприц с обезболивающим, бинты, антисептические пластыри и специальная местная примочка вроде гипсовой повязки. Мягкая как пластилин, она при соприкосновении с телом принимает его форму и застывает. У нас такого делать не умеют, а вещь полезная

На роту всего два 81мм миномета, можно взять и больше, но тогда стрелять будет нечем. Всего четыре нагруженных по самое не могу лошадки. В этом недостаток поездки на машинах. В горы они просто не потянут, а вот ехали бы на лошадях, имелось бы, куда грузить дополнительную амуницию. С конями здесь вообще большой напряг. Их мало и они дороги, хорошая ситуация для торговли, уж это Клан вполне может обеспечить. Для перевозки грузов используют все больше ослов.

А количество двуногих несунов ограничено. Собственно то, что мы грузим на себя - это мизер, потом обещают согнать со всего района местную живность в лице ослов и подневольных орков из местного населения, и пригнать нам с дополнительными минами. Это только кажется, что толку от ослов немного. Каждый маленький ослик может унести больше сотни килограммов груза и пойти там, где лошадь не потянет, а недостающее количество восполняется за счет солдат. Солдаты - это, известное дело, прекрасные заменители ослов.

А карты у них очень подробные, подумал я уже вечером, валясь без ног, как только услышал команду на отдых. По-прямой здесь не больше 35-40 километров, но в горах прямых дорог нет. Путь-дорога легко превращается и в 60, и даже больше. А они как по компасу выходят на нужные точки. Кто-то здесь изрядно походил заранее и вполне возможно по всей котловине тоже - предусмотрительные парни служат в местной разведке.

Взвод, в отличии от меня, деловито долбил каменистую землю и обкладывал огневые точки камнями. Сгрузив притащенные на хребте мины, они изрядно повеселели в надежде, что назад нести не придется.

Минометчики за их спинами готовили себе отдельную позицию. Сейчас ребята спешно монтировали свою трубу.

Рядом забулькала рация. Я с интересом прислушался.

– Зуб, я первая рота!

– Хр, хр, хр, - один треск в ответ.

– Я первая рота, вышел на место. Прием!

– Хр, хр, хр.

Снова старается.

– Я первая рота, вышел на место. Прием!

– Хр, хр, хр.
– Ничего не слышу, - неожиданно внятно отвечает рация.
– Сплошной треск как всегда.

– Я первая рота, вышел на место, - радостно орет связист.
– Прием!

– Хр, хр, хр.

– С каким удовольствием я бы тебя оттрахал по возвращении за то, что заставил эту бесполезную вещь тащить, - со злостью говорит связист.
– Теперь слышишь?

– Хр, хр, хр, - отвечает батальон.

На самом деле радист сказал гораздо грубее, но половину слов я просто не понял, не смотря на выученный язык. В армии очень часто использовали массу сокращений и профессиональных жаргонизмов. А с ругательствами у меня вообще были напряженные отношения. Почему-то страшно модным было ругаться на африкаанс, языке буров, который в мои познания не входил.

– Капитан, - позвал я командира роты.
– Сюда иди!

Он, не переспрашивая, поднялся и подошел. Еще один пес по имени Габриель, сокращаемый подчиненными для удобства до Габи. Спортивный атлетически сложенный парень моего возраста, с точными движениями хорошего убийцы.

Странное дело, знакомы мы с ним всего ничего, но воспринимаю его как старого проверенного в деле приятеля. Бывает такое. Редко, но бывает. Все равно как встретились девушка с парнем. Бац и любовь первого взгляда. И объяснить невозможно. Все сразу сходится. И интуиция кричит - он это, и запах приятный. То есть на самом деле воняет точно также как от всех прочих мужиков оружием и потом, но для девушки запах единственный и неповторимый. Я не девушка, но подсознание упорно сигналит - свой. И дело даже не в том, что оборотень. Вокруг их хоть в штабеля складывай, да и не считаю я местных собак своими соплеменникам. Какие мне на фиг псы родственники?

– Тебе что не сказали, что я могу связаться с полком?
– спрашиваю, доставая телефон.

– Армия, - выматерившись, отвечает он.
– Все спланировано до мелочей, но самое важное довести до сведенья забыли. Ни один нормальный план еще не выполнился полностью, как только доходит до реальных действий. Всегда что-то не предусмотрели, но главное, противник совершенно не желает действовать так, как ты запланировал.

– И как много у тебя таких штучек?
– терпеливо дождавшись пока я доложу, и внимательно наблюдая за действием, спрашивает он.
– Совсем не лишняя вещь в нашем деле. Хотя, - добавляет задумчиво, - иногда в отсутствии устойчивой связи есть свои преимущества. Можешь сам на месте решать, как правильно поступить и никто не сидит у тебя на шее с указаниями. Только это хорошо для тех, кто готов брать на себя ответственность. Лейтенантов с капитанами, чем выше должность и звание, тем больше желания отправить проблему выше. За неудачу могут и наказать, ни к чему это. Вот будет резолюция вышестоящего, тогда совсем другое дело.

– Насчет приборчиков - это к начальству. На сегодняшний день я вашим армейцам продал только десять. До рот дойдет еще очень не скоро, но в будущем, почему нет? Платить только надо. Ты дави на начальство, докладные пиши и всем будет замечательно. Мне - куча денег, вам нормальная связь. И страшную тайну открою. Через самолет можно говорить с другим, тем, что у второй роты на противоположном гребне. Будут дополнительные в каждой роте, совсем прекрасная жизнь настанет. Разговор почти как по телефону. Понятное дело самолет должен работать, а не в мешке разобранным лежать. Сейчас, - показывая на лейтенантов, - они соберут, запустят, и можешь узнать как дела на той стороне.

– А вы ребята хваткие, - с неопределенной интонацией, говорит Габи.

– Мы - да! Только так и можно - брать земную технику и добавлять к ней свои умения, применяя оставшиеся от предков Вещи. Соревноваться в строительстве заводов, производящих технику, не стоит. Все равно обставят, у людей опыта больше и они знают, что с Земли тащить. Так что надо умело работать на стыке. Берешь электродвигатель и повышаешь его время работы и КПД. Потом продаешь в два раза дороже. Нормальный бизнес.

А вы что - нет? Много я про собак слышал. Клыкастая то, Клыкастая се. Странно, что многие оборотни на людей работают.

– Э, - скривился он, - да что ты понимаешь. Два месяца поболтался в Городе и думаешь, что все знаешь. Со стороны кажется, что оборотни монолит - стена, а на самом деле все совсем не так просто.

Мы лет двести, с прихода в котловину с юга, беспрерывно воевали со всеми окружающими. Не только с крысами, с зелеными и гномами резались постоянно. Только с егерями жили почти дружно. Ну, бывали иногда недоразумения, но мы в лес почти не совались, а они к озеру. Нечего делить.