Чтение онлайн

– Тебе пора, Торренс.

– Да, конечно. А как его зовут?

– Э-э, не знаю, - седой маг смутился.

– Тогда я назову его Изумруд. Ты не против?
– обратился юноша к коту, а тот согласно заурчал, словно поняв, о чем ему говорят. Юноша рассмеялся.

– Это отличный подарок. Сэй-йе Торгор, передайте Грину мою благодарность и слова прощания. Жаль, что мы не смогли проститься.

– Ему тоже было жаль, но ведь каникулы. Родня очень настаивала на его возвращении домой.

– Я понимаю, - Торренс покивал и грустно улыбнулся.
– А знаете, что у орков в языке нет слова «каникулы»? Они говорят семарино гэиеро - «большой выходной». Это мне Грин рассказывал.

Седой маг вместо ответа обнял юношу, похлопав его по спине:

– Удачи тебе, сынок. Легкой дороги.

– Спасибо.

Вскочив в седло, Торренс взмахнул на прощание рукой и направил коня к воротам. Боевой кот, оглянувшись на миг, бросился следом за ним, а седой маг зашептал молитву, прося богинь присмотреть за его правнуком и не оставить его в своей милости.

– Береги его, Грин. Я верю в тебя, - прошептал он в конце молитвы.

Ворота скрипнули, выпуская всадника из города, и захлопнулись за его спиной. Тяжело вздохнув, седой маг отправился обратно домой, ссутулив плечи. Теперь ему оставалось только ждать и надеяться.

***

Когда полуденное солнце начало сильно припекать, одинокий всадник остановился в тени большого дерева, растущего недалеко от дороги.

– Маленький привал, - провозгласил он, ослабляя подпругу и отпуская коня пастись.
– Здесь рядом есть родник, прибавляющий сил путникам. Так, по крайней мере, о нем рассказывают бывалые путешественники. Наполним здесь фляги, перекусим и отдохнем.

Боевой кот, поведя ушами, выслушал своего хозяина, согласно рыкнул, быстро оббежал поляну, убеждаясь в безопасности, а затем юркнул в кусты, за которыми явственно слышалось журчание совсем крошечного родника. Торренс прихватил пустые фляги и устремился за Изумрудом.

Вода в роднике и правда оказалась вкусной, а еще ее прохлада приятно остужала горло в летнюю жару.

– М-м, наслаждение, - стоящий на коленях перед родником Торренс запрокинул голову и провел влажной рукой по лицу, ощущая, как прохладная вода стекает по коже, даря наслаждение. Капли скользнули по горлу, скрываясь за белым воротничком рубахи, а кот жадно глядел на эти капли и облизывался, мечтая о чем-то своем, и глаза его загадочно мерцали.

Напившись и наполнив фляги, Торренс взглянул на боевого кота и улыбнулся.

– Пить хочешь? Держи, - Торренс набрал воду в ладони и протянул коту. Изумруд жадно слизал все и благодарно мазнул шершавым языком по пальцам. Торренс рассмеялся, почувствовав такое выражение благодарности, а затем поднялся с колен и отряхнулся. – Пойдем, перекусим. Холодное мясо будешь или предпочтешь поохотиться?
– Изумруд рыкнул и мотнул головой, показывая, что готов разделить с хозяином мясо, а поохотится в другой раз.
– Вот и ладно, перекусим - и вперед.

***

Вечер застал путешественников у излучины небольшой речушки. Пока Торренс обихаживал коня и собирал хворост для костра, Изумруд исчез, отправившись на охоту. Меньше чем через час он уже сидел возле хозяина, держа в зубах пару куропаток.

– О-о, спасибо, шикарный подарок, - Торренс улыбнулся, забирая подношение.

Практически незаметное движение пальцев - и перо осыпалось с птиц, чтобы тут же унестись прочь, подхваченное легким ветром. Дальше Торренс выпотрошил тушки, вымыл их, подготовил к жарке, насадил на прутья и подвесил над костром.

– Теперь немного подождем - и можно будет есть.

Дожидаясь, пока мясо приготовится, Торренс выбрал из маленького мешочка несколько щепоток ароматной травы и сушеных ягод и кинул все в горячую воду. По поляне тут же поплыл приятный запах. Изумруд, облизнувшись, улегся у костра, положив голову на лапы, и устремил свой загадочно мерцающий взгляд на хозяина.

– Что смотришь? – Торренс протянул руку и потрепал боевого кота по голове. – Разделишь со мной трапезу?
– Изумруд согласно заурчал.
– Вот и хорошо, а пока… хочешь, я расскажу, как мы с Грином познакомились?

Кот заинтересованно поднял голову и насторожил уши, показывая, что готов слушать. Торренс невольно рассмеялся, настолько выражение кошачьей морды было похоже на заинтересованность, что появлялась на лице его друга Грина, когда тому рассказывали что-то увлекательное.

– Ну, тогда слушай. Это было шесть лет назад. Грин, как ты, наверное, знаешь, полукровка. Его мать - орчанка, причем дочь шамана, а отец – человек-маг. А тот орк, которого он зовет родителем, принял его в семью и назвал своим сыном, когда ему было около трех лет. Это Грин мне сам рассказывал, когда мы познакомились. Так вот, орки магией не владеют - у них свое колдовство, вернее шаманство. Это особый вид колдовства, требующий неких ритуалов и длительной подготовки, но зато выпущенная в результате магия не обессиливает шамана так, как было бы с обычным человеческим или эльфийским магом. А поскольку Грин был сыном мага, в нем, впервые за всю историю существования орков в нашем мире, соединились две силы: магия и шаманство. И если шаманству его учил дед-орк, то магии обучить никто из кочевников-степняков не мог. Вот приемный отец и привел Грина в магическую академию, ведь не умеющий контролировать силу маг – это стихийное бедствие. Впервые я его увидел в коридоре, когда Грин, нагруженный книгами, шел к своей комнате. Один из шутников подставил ему подножку, и Грин оступился, едва не упав, но книги, разумеется, уронил. Я помог ему собрать все, а потом и донести до комнаты, а он пригласил меня на чай. Вот тогда я впервые попробовал этот чудный напиток, столь любимый всеми орками. У нас больше любят перемолотые и жареные ягоды, которые надо немного заварить, а потом пить с молоком, чтобы смягчить их горьковатый привкус, а мне очень понравился напиток кочевников. Грин научил меня, какие травы и ягоды использовать, как заваривать и пить. Так мы и подружились. Потом я помогал ему с учебой - все-таки Грин довольно сильно отставал по общей программе, - а он рассказывал мне о шаманстве, о степи и о том, как они кочуют. Но это я тебе пересказывать не буду, сам знаешь.

Кот согласно заурчал, а потом насторожился, вглядываясь в темноту.

– Что там? – Торренс прислушался, но, кроме далекого уханья совы, ничего не услышал. – Никого нет.

Однако боевой кот не успокоился. Наоборот, он поднялся и настороженно напрягся, словно готовясь ринуться в темноту леса. Торренс, понаблюдав за его поведением, пробормотал заклинание, усиливающее зрение и слух, а затем вновь прислушался. Тут же где-то далеко послышался то ли вой, то ли плач. Торренс тут же вскочил и, не раздумывая, устремился туда, откуда слышался странный звук. Через пару шагов его обогнал Изумруд и огромными прыжками бросился вперед.

Звук становился все громче, и через несколько минут оба выскочили к небольшому оврагу, а в следующее мгновение, перепрыгивая поваленное дерево, Торренс понял, что падает в яму, прямо на острые колья. Где-то рядом яростно взревел боевой кот. Раньше чем успел испугаться, Торренс инстинктивно выкрикнул заклятие левитации и завис над самыми остриями. Тут же рядом оказалась лапа, подцепившая его острыми когтями за одежду, и распластавшийся на самом краю ямы Изумруд потянул хозяина к себе из ловушки. Извернувшись, Торренс уцепился руками за края ямы и выбрался наружу, отменяя заклятие.

– Ох, спасибо, Изумруд. Сейчас отдышусь и чмокну тебя в нос, в знак благодарности. И какая сволочь тут ловушки наставила?

Торренс поднялся, оглядываясь, и заметил метрах в десяти точно такую же яму, полуприкрытую ветками. Именно из нее в следующее мгновение и раздался жалобный плач. Осторожно приблизившись к краю, Торренс заглянул в яму и увидел на дне между кольев…

– Олененок?

Малыш снова жалобно закричал, и тут же совсем рядом хрустнула ветка, заставив Торренса оглянуться в поисках опасности и вскинуть руку, готовясь спустить с пальцев боевое заклинание. Однако опасности не было – позади, под сенью деревьев, стояла олениха, глядя глазами, полными испуга и мольбы. Изумруд тихо рыкнул, предупреждая, что шуток от встревоженной мамаши не потерпит, но Торренс шикнул на боевого кота, призывая его к терпению, а затем внимательно осмотрел олененка. Насколько было видно сверху, он не был ранен, видимо, удачно свалился между кольями, а вот вылезти самому ему было не по силам, да и олениха ничем не смогла бы помочь своему детенышу.

– Не волнуйся, малыш, сейчас мы тебя вынем.

Пошевелив пальцами, Торренс сосредоточился, призывая свою магию, подцепил воздушными щупами олененка и медленно поднял брыкающегося и кричащего в испуге малыша. Олениха, слыша крики, сделала несколько шагов вперед, волнуясь, а в следующее мгновение освобожденный от колдовских пут олененок бросился к ней со всех ног, инстинктивно ища защиты. Олениха обнюхала малыша, внимательно взглянула на Торренса, словно желая отблагодарить, а затем неспешно развернулась и потрусила вглубь леса, сопровождаемая своим малышом.