Чтение онлайн

– Ничего я не думаю!
– отозвалась Вера.
– А просто тяжело выработать две нормы. Тут одну и то еле-еле к вечеру закончишь, а две, как подумаю, так поджилки заранее трясутся.

– Это сперва кажется трудно, а как втянешься, так ничего, как по маслу пойдет, - примерительно сказала Оля.
– Я чувствую по себе, что две нормы осилю. А ты почему думаешь, что не осилишь? Ведь ты намного плотнее меня.

– Ты на внешность не смотри, она обманчива, уклоняясь от прямого ответа, говорила Вера.

– И знай, сама Дуся, может быть, и не взяла бы на себя такую ответственность, как две нормы, - стала говорить Мотя.
– Это я подбила ее на такой шаг. Так что она здесь не при чем.

– По-твоему выходит так, если бы ты сказала Дусе иди и топись в речке, то она и это бы сделала?
– наседала Вера теперь уже на Мотю.
– Что-то я такого за Дусей не замечала?
– добавила она.
– Я так поняла, вы, вся троица, и Олю туда же втянули, заодно, вам бы прославиться, а то, что здоровье здесь многие загубят, вам наплевать. Посмотрим, что женщины скажут. По-моему, они вам спасибо на блюдечке не поднесут.

– Ладно, девочки!
– примиряюще произнесла Дуся, - теперь уж шуми не шуми, не вернешь те слова, которые я произнесла на трибуне.
– Назад, на попятную не пойдем. Давайте лучше подумаем, как будем выполнять взятые обязательства.

– Ты брала, ты и выполняй, - не унималась Вера.
– А что касается меня, то я руки умываю.

– Ох, Верка, какая же ты вредная!
– сказала Оля.
– Смотрю я на тебя и думаю, что ты за человек? Неужели тебе не понятно, для кого мы строим дорогу? Ведь мы строим, чтобы нашим отцам, братьям легче было бить проклятого фрица, который пришел к нам, чтобы рабыней тебя сделать. Он пришел к нам непрошенным гостем и все лучшее что было у нас растоптал, загадил, надругался над нашим народом и оставил многих сиротами. Тебе ли говорить об этом? Ты же сама все видела, на твоих глазах все проходило. Ведь в Успенке ни за что ребят расстреляли, твоего соседа, а может и бывшего мужа. А брат твой и отец, где теперь они? Да на фронте, и может быть, как раз на этом направлении, куда мы и ведем дорогу. Они теперь ждут с нетерпением, когда начнут им подбрасывать по этой дороге пополнение и боеприпасы. А ты здесь распустила нюни, плачешь - тяжело!

– А кому сейчас легко? Той же Кондратьевне, у которой сын в пятнадцать лет от гранаты погиб или родителям покойницы Раи, подорвавшейся на мине, да и многим другим... Всех и не перечислишь. Неужели ты не хочешь помочь быстрее изгнать из нашей земли этого зверя? Да ты понимаешь, что ты говоришь, и за что сердишься на Дусю? Нет, не понимаешь, а может, и не поймешь!

– Все это я понимаю не хуже тебя, но я не выдержу такой нагрузки, - отрешенно произнесла Вера.
– Утром просыпаюсь, а у меня все косточки болят, за ночь не успевают отойти. И это не первая и не вторая ночь, когда болят мышцы по непривычке, от физической работы, а уже прошло, считай две недели, а они до сих пор не приняли соответствующую форму. Значит, я думаю, больные они у меня.

– Ты думаешь, у нас они железные, тоже все болит, а поработаешь и как-то становится легче.

– На такой работе еда должна быть сытной, а на этой баланде много не наработаешь. Быстро копыта отбросишь.

– Ну знаешь, хватит ныть! Всем нам не легко!
– поднимаясь с матраца, сказала Дуся.
– Давайте лучше поговорим, как с завтрашнего дня будем перестраиваться. Как бы нам не осрамиться. Дали слово, так надо держать.

– А о чем тут разговоры вести?
– Меньше отдыхай, а больше работай.
– Вот весь и сказ, - предложила Мотя.

– Я понимаю, ты права, но поймут ли нас женщины всего отряда?
– произнесла Дуся.
– Вот в чем я сомневаюсь.

– Поймут! А куда они денутся!
– твердо произнесла Мотя.
– Сейчас не мирное время, а идет беспощадная война. И вопрос стоит - кто кого! А мы будем здесь рассуждать, ставить на голосование: много ли две нормы для нас или мало. Так мы строительство и до зимы не кончим. А немцы нам только спасибо скажут за такое разгильдяйство.

– А сейчас, я думаю, пока у нас есть время, написать боевой листок с призывом ко всем женщинам нашего отряда, где указать ежедневную двойную норму выработки на человека, чтобы закончить земляные работы, отведенные нашему отряду, за две недели, - убежденно говорила Мотя, глядя на Дусю.

– Правильно!
– поддержала ее Оля.

– Ох, девочки, как бы нам не провалиться с таким призывом, - засомневалась Дуся.
– Вы представляете, что будет?

– Не провалимся! Я верю в своих девчат, - продолжала на своем настаивать Мотя, доставая школьную тетрадь из своего чемодана.
– На, пиши!
– подавая тетрадь Дусе, сказала она.

Дуся взяла из рук Моти тетрадку и, примостившись у старенького стола, задумалась, с чего начинать, ведь она ни разу не писала таких призывов.

"Дорогие женщины!" - написала она и снова задумалась, машинально грызя карандаш.

– Мотя!
– обратилась она к подруге, - советовать ты горазда, а как призыв написать, не подскажешь.
– Что-то не получается.

– Да очень просто, - ответила та и тут же задумалась над первыми словами.

– Кажется, просто, а возьмешься писать не получается, - посматривая задумчиво на Мотю, сказала Дуся.

Подошла Оля, а за ней Полина и, окружив стол, стояли в задумчивости.

– Дорогие женщины!
– начала Мотя.

– Это я уже и без тебя написала, - сказала ей Дуся, усмехаясь.
– А вот дальше как...

– Дорогие женщины!
– повторила Мотя, не обращая внимания на реплику Дуси.
– "В настоящее время наши мужья, братья, сыновья, а у девушек женихи бьют ненавистных нам Фрицев и Гансов и всякую фашистскую нечисть, пришедших поработить наш народ!"- Она снова задумалась.

– Мы, труженики тыла, своим беспримерным трудом стараемся изо всех сил помочь им в общем священном деле, - продолжила Оля мысль Моти.

– О, молодец Олька! Выручила меня, - с благодарностью произнесла Мотя.

– Пиши дальше, - продолжала Мотя.

Но Дуся, не слушая ее, писала: «В честь того, что вы освободили нас от немецко-фашистских захватчиков и в честь будущей нашей победы, берем на себя обязательство вырабатывать ежедневно по две нормы земляных работ на строительстве железной дороги «Старый Оскол - Ржава» на отведенном нашему отряду участке. И обязуемся закончить фронт работ за две недели!»

– Браво , браво! закричала хлопая в ладоши Полина, прочитав концовку призыва из-за плеча Дуси.

– Читай?
– приказала Мотя.
– Послушаем, что ты там написала.

Дуся начала читать вслух и когда кончила, Оля сказала: "А по-моему, слово "женихи" надо опустить. Там и так хорошо сказано."

– Почему же опускать?
– стала возражать Полина.

– Это же правда! сколько молодых ребят воюют, расставшись со своими невестами.

– Пусть останется, - решили девчата.

– Это не боевой листок, а целое воззвание, - подвела итог Мотя.

– Какая разница, как мы его назовем, был бы результат, - поправила ее Оля.