Чтение онлайн

– Да, мы нисколечко не сомневаемся в этом, - вдруг вступил в разговор третий - самый молодой, из них.

– Ну, если в разговор вступил и Саша, то мы пас, складываем лапки. И он показал руками, как складывает "лапки".

– Наконец, мы выявили у вас тайну, узнали, как звать одного из вас, - рассмеялась Мотя.

– Пардон, я извиняюсь!
– произнес старший, наклоняясь в реверансе.
– Ведь мы действительно еще не знакомы, хотя и говорим уже прилично.

– Ну что ж, ребята, будем раскрывать свои секреты.
– Меня зовут Миша, - представился он, а это Гриша, - указал он на другого военного.
– А этого, молодого человека, вы уже знаете.

– А теперь, будьте добры, представьтесь и вы, - попросил он, повернувшись к девчатам.

– Это Дуся, а это Мотя, - представила Полина подруг, - А меня зовут Полина.
– Вот и познакомились, - добавила она.

Вдруг вдали заиграла военная труба, и на трассе все зашевелилось.

– Ну вот, только познакомились, а они подъем играют, - недовольно проговорила Полина, взглянув на молодого военного, как бы оправдываясь перед ним.
– И поговорить не дали. Вы приходите к нам вечерком, и если есть, прихватите с собой гармонь.
– Страсть, как люблю танцевать под гармонь, - говорила Полина, скользя по лицу Саши игривым взглядом, вздохнула: "Бывало, как заиграет гармонь, так и все затрясется во мне".

– До встречи!
– сказал старший, и они пошли дальше. Вдогонку им полетели девичьи шутки, приглашения и смех.

– Да, постой, чуть не забыл, - вспомнил Михаил и, вернулся назад.
– Чуть не забыл, - повторил он, подходя к девчатам.
– А где вас найти?
– спросил он, подойдя к ним ближе.

– Вон, видишь на пригорке полуразрушенный домик?
– произнесла Полина, указывая рукой в сторону поселка.

– Вижу, - ответил он, всматриваясь в ту сторону, куда показывает Полина.

– Так мы поселились рядом, справа.

– Теперь вижу, - повторил он и, повернувшись, быстро зашагал, догоняя своих товарищей.

Девчата стояли и смотрели в их сторону, думая о внезапной встрече. Военные отошли на приличное расстояние и, разом, как по команде, обернулись, помахали руками и пошли дальше.

– А тот молоденький, красивый паренек, - чему - то улыбаясь, сказала Полина.

– Тю ее, втрескалась!
– раздался насмешливый голос Моти.
– Молодые, они все красивые, да что толку с них. Военные, что перелетные птицы, сегодня здесь, а завтра неизвестно где, не угоняешься;

– В такого не грех и влюбиться, - поддержала Полину Дуся.

– Ты смотри, и эта туда, - с пренебрежением произнесла Мотя.
– С военными связываться, это так... Им бы совратить девчонку, а там-ищи, свищи в поле. А ты потом ходи поглядывай на живот, как Настя.

– Интересно, а кто мог живот ей набить?
– перестав копать, спросила Полина.

– Из военных кто-нибудь - по животу еще рано, солдаты пришли в феврале, никак кто-то из местных.

– Дед Минай, - сказала Дуся и расхохоталась.

– А что вы думаете?
– отозвалась Полина.
– Дед еще в силе, а бабка его все хворает. Может, вполне. Ведь больше некому.

– Ну, ты выдумаешь!
– не соглашалась Мотя.
– Деду сколько? Лет под шестьдесят. А Насте? Если есть двадцать пять, то хорошо...

– Ну и что?
– продолжала Полина стоять на своём.
– Ты думаешь, дед Минай не сможет? Он видишь, какой красный как бугай.

– Согласна с тобой, что дед еще здоров, ну, а Настя!
– не соглашалась Мотя.

– Тебе сколько? Восемнадцати еще нет. И то ребята снятся. А ей уже двадцать пять. Неизвестно еще, как ты будешь себя вести в такие годы.

– Как сейчас, так и тогда, - спокойно ответила Мотя.

– Поживем - увидим, - сказала Дуся, и в ее голосе слышалось сомнение. Копали несколько минут молча. Земля чем глубже, тем становилась тверже, и часто приходилось брать в руки кирку. Работа подвигалась медленно, но норму, видать по вырытой земле, они должны выполнить.

– А все - таки интересно, от кого она забрюхатила?
– вновь вернулась Полина к прерванному разговору.

– Как родит, тогда и узнаем, - откликнулась Мотя, - приглаживая выбившиеся из-под косынки волосы.

– Не всегда, - не согласилась с нею Дуся.- А если на нее ребенок будет похож или, допустим, на кого-то из родственников.

– Да хватит вам промывать Настины косточки!
– вдруг стала заступаться Полина за Настю.

– У нее своя голова есть на плечах. Вот и пусть болит, а нам что...

– Тебя, сам черт, в ступе не поймает, - рассердилась Дуся. Сама же начала разговор о Насте, а мы теперь остались виновниками, - Давай о тебе поговорим, - предложила Дуся.
– О чем-то надо говорить. День большой, а в разговоре быстрее пройдет. И притом, мы Настю не осуждаем, с любой из нас может такое случиться, а просто о ней разговариваем. Она, по сути дела, девушка неплохая, отзывчивая и на людях себя может показать, а вот случилось - хомут себе на шею одела. Да еще когда, в военное время, когда мужчины все на фронте, казалось, с кем можно нагулять. А ведь нагуляла. И правильно сделала. Будет хоть утеха при старости. А нам, может, и такой доли не достанется. Так что, подумаешь, и сомнение начинает брать, мы правы или Настя. Тут палка о двух концах...

– Дусь, замеряй-ка, сколько мы сегодня перебросили землицы, - вопросила Полина подругу.

– А то прибежит та вертихвостка, будет тут охать да ахать, что еще мало выкопано.

– А чем я замер сделаю?
– отозвалась Дуся.
– Ни сажня, ни ленты у нас нет, а шагами можно и ошибиться.

– Да хотя б приблизительно, - упрашивала ее Полина.
– Хочется знать, много ли еще копать? Устала я.

– О, подруга, еще рано сдавать позиции!
– с укором произнесла Дуся.
– Смотри, где солнышко, высоко еще стоит. Сейчас часа четыре, не больше. А до восьми еще копать да копать...

– А чего ты сама не хочешь сделать замер?
– спросила ее Дуся.
– Какая же разница, что у меня, что у тебя ноги по длине одинаковые.

– Тут дело не в ногах, а в принципе...

– В каком еще принципе?
– удивилась Дуся, вытирая со лба платком пот, глядя на Полину.

– Так ты у нас бригадир...

– Мотя, ты посмотри хорошенько на нахалку, - сказала Дуся, возмущаясь словами подруги.

– А я давно за ней наблюдаю, и вижу, что она давно тебе завидует, - не пропустила Мотя случая поддеть Полину.
– Ей хочется быть бригадиром, но ветерок в голове мешает.

– А я смотрю на тебя, Моть, и думаю, что ты все молчишь... А ты, оказывается, с нами ветреными разговаривать не хочешь, - с сарказмом говорила Полина. – Тебе неинтересно с нами, тебе подавай умненьких. А мы что, шантропа, простые деревенские девки.

– Кто это мы?
– спросила ее Мотя, прищурив веки до узких щелочек - Я, по-моему, говорила о тебе одной, а не о всех.

– Перестаньте!
– прикрикнула на них Дуся.
– И когда вы только угомонитесь? Она с досадой покачала головой.
– Мама родная, тут и так тяжело, руки, ноги отрываются, от жары во рту все пересохло, а вы все норовите характер свой показать друг дружке.