Чтение онлайн

— Что?

— Ты должна ругаться, Силла Рука-Молот. Это основное требование для поездки с нами.

Силла рассмеялась.

— Рука-Молот?

— Мы все видели твой молот. Смелый выбор оружия, деревянный молоток. Только самые отважные воины выбрали бы такое. Достойно имени Рука-Молот.

Она громко фыркнула, затем прикрыла рот ладонью.

— Я, пожалуй, и правда свирепая, — ухмыльнулась она. — Но я не ругаюсь.

— А должна, — заявил Илиас. — Это полезно для здоровья. Снимает напряжение. Иначе все плохие чувства накапливаются, а выхода у них нет.

Силла сжала губы, но все же улыбнулась.

— Ладно. — Фляга снова оказалась у нее в руках, и она сделала еще один глоток. На этот раз не закашлялась, хотя гримаса у нее получилась далеко не изящная. — О, ракушки! — выдохнула она.

— Нет-нет-нет, Рука-Молот. Нужно по-настоящему.

Илиас расправил плечи.

— Пылающие титьки Маллы! Проклятая барсучья задница! Овца сношающаяся с сыном жука дерьмоеда!

Джонас фыркнул от смеха, а Сигрун тихо усмехнулась рядом с ним.

Силла нахмурилась, качая головой.

— Если кто-то сын жука, то как он может… ну, сделать это с овцой? Разница в росте… это нелогично, Илиас.

— В этом она права, Безбородый, — рассмеялся Гуннар.

Илиас махнул рукой.

— Детали не важны. Главное — смысл, в котором они едят дерь…

— Я не могу сказать это, — перебила его Силла, прежде чем он закончил.

— Почему нет?

Она только покачала головой. В животе уютно плескалось тепло, а в голове расцветало странное, расслабленное счастье. Ее взгляд снова скользнул к Джонасу, зацепился за его ноги, затем пополз выше, вдоль его широкой груди, сильных рук… Когда она дошла до его лица, то поняла, что его ледяные глаза уже наблюдают за ней, а уголки его губ изогнулись в улыбке.

Попалась, пронеслось у нее в голове.

Щеки вспыхнули, и Силла быстро отвела взгляд к огню.

— Блядь, — выдохнула она.

Последнее, чего бы ей хотелось, чтобы этот человек подумал, что она хоть чем-то в нем восхищается.

— Громче, Рука-Молот, — подзадорил Илиас. — Пусть боги услышат тебя!

— Блядь! — произнесла она чуть громче.

Ее губы тронула улыбка, когда она заметила гордый взгляд Илиаса.

По крайней мере, некоторые из этих людей ей начинали нравиться. Эта легкость, товарищество — она даже подумала, что путешествовать с ними может быть не так уж плохо, если только она сможет держаться подальше от Взора Секиры и Волка.

— Спорю, к концу пути она будет ругаться громче, чем кричит мать Огненного Кулака на мехах, — ухмыльнулся Илиас.

Гуннар рыкнул и бросился на него. Силла едва успела отскочить в сторону, прежде чем оба рухнули на землю.

— Ты не собираешься их остановить? — спросила она, собрав юбки и поспешно обходя костер.

Джонас тихо рассмеялся, а Сигрун только пожала плечами. Силла уже поняла, почему Гуннара прозвали Огненным Кулаком — его руки мелькали размытыми тенями, когда он осыпал Илиаса ударами.

— Так это… нормально, — пробормотала она.

Рядом с Джонасом оказался свободный ящик. Проглотив колебания, Силла опустилась на него.

Она приоткрыла рот, но тут же закрыла его, когда увидела, что в руках у Джонаса небольшая фигурка. Лезвие его кинжала прорезало в дереве глубокие борозды, выводя бороду и угловатую броню воина.

— Нравится то, что видишь, Силла? — пробормотал он, не поднимая взгляда.

Ее имя, произнесенное им, прозвучало странно… и приятно.

— Фигурка красивая, — удалось выдавить ей, и она заставила себя сказать что-то доброе. — Ты умело работаешь с деревом.

— А ты умело втираешься в доверие, словно змея, — заметил он.

Силла глубоко вдохнула через нос.

— Теперь я змея? — сказала она. — А я-то думала, что мышь.

— Проблема — вот ты кто, — сказал он, наконец подняв на нее глаза. — И я это вижу.

В животе разливался жар, а кожа покрылась мурашками. Становилось ясно, что путешествие с этим отрядом станет для нее изысканным испытанием терпения и силы воли.

— Не расслабляйся, — бросил Джонас, не отрываясь от своей резьбы.

Из ее губ вырвался хриплый смешок.

— О, но ведь быть привязанной к дереву и жить под угрозой смерти — так расслабляюще.

— Некоторые женщины любят веревки.

Силла застыла, ее рот приоткрылся. Он… он действительно только что это сказал? Ей пришлось сдержать порыв выхватить его кинжал и вонзить прямо в его руку.

Джонас повернулся, лениво скользнув по ней взглядом с головы до ног.

— Не думаю, что ты из таких, но в прошлом я уже ошибался в своих предположениях.

Силла вскочила на ноги, её руки сжались в кулаки. Она с усилием их разжала.

— Думаю, мне пора отправиться на ночной отдых.

Она неловко развернулась и отошла от костра, а тихий смех Джонаса преследовал ее во тьме.

Схватив мех из повозки, она выбрала место на траве, разложила покрывало и легла. Свернувшись на боку, Силла натянула плащ и меха и уставилась в пустоту. Вернется ли Рей, чтобы вытащить ее из постели и снова привязать к дереву?

Перед ней, на траве устроилась на животе маленькая светловолосая девочка, подперев щеки кулачками.

— Ты должна завоевать их, Силла.

Силла тяжело выдохнула.

— Это сложнее, чем я ожидала.

Сегодня ночью она едва избежала топора Рея. Что принесет завтрашний день? Одна мысль об этом выматывала ее.

Девочка убрала непослушную прядь волос за ухо.

— Ты справишься. Ты выжившая.

Выжившая. Это слово вызвало у Силлы слезы. Она вытащила из сумки тунику отца и прижала ее к носу. Остаток его запаха успокаивал ее, последняя частица, которая путешествовала с ней.

— Будь начеку, — продолжала девочка. — Завоюй их расположение, но не сближайся слишком сильно.

Силла кивнула. Она должна втереться в доверие, не раскрывая правду. Если члены «Кровавой Секиры» узнают, что на нее охотится королева, они наверняка выдадут ее короне.

Но что бы ни случилось, она не имела права терять бдительность.

Г

ЛАВА 15

— Остаётся только одно, — сказал Джонас. Он вынул из миски травяную мазь, дыша ртом, чтобы не чувствовать едкий запах, и бережно намазал её на опухшую челюсть матери.