Чтение онлайн

— Постоим тут, нам нужно закончить обсуждение. — Они встали спиной к дому, рассматривая осколки льда, что несла мутная вода. — Так вот, сержант, если я узнаю Рэнда, я открою окно, и у тебя будет только пять секунд, чтобы прыгнуть в него. Канал вынесет тебя прямо в Управление. Доложишь о находке начальнику. А дальше будет видно. Все понял?

— Так точно.

— Тогда пошли, — Хим повернулся и осмотрел дом: — Три этажа, на каждом две квартиры. Напоминаю: стучишь — отходишь, я стою выше на лестнице, так, чтоб он меня не видел, и смотрю на выходящего. Заговори с ним.

— А что говорить? — сержант волновался. Он не подавал виду, но полковник заметил багровые пятна на его щеках и шее.

— Говоришь, мол, здравствуйте, я из Управления безопасности, сержант… как тебя?

— Бородун.

— Сержант Бородун, обходим дома в поисках опасного преступника, пожалуйста, назовите свое имя, клан, место работы. Когда ответят, поблагодари и спроси о соседях. Кто они, как зовут, чем занимаются? Повтори.

Хим стоял на канализационном люке, через который несколько часов назад выбрался Рэнд.

— Обходим по квартирам, стучу, отхожу на два шага, вы слушаете, если преступник опознан, открываете окно, и я через него попадаю прямо в Управление, докладываю о преступнике, — отбарабанил сержант.

Хим удовлетворенно кивнул:

— Молодец! Ну, пошли.

Сержант шагнул к парадной двери.

— Господин полковник, можно вопрос? — обернулся он вдруг.

— Да, сержант, пока еще можно.

— А как я через вот это окно попаду не на улицу, а в Управление?

Хим остолбенел. Он на минутку представил, что сержант смотрит, как Хим открывает фрамуги обыкновенного окна, и прыгает через него. Все-таки рановато дали парню звание…

— Сержант, "окно" — это внепространственный портал. Вы мгновенно перенесетесь в Управление, — Хим объяснял терпеливо, потому что от четкости выполнения каждого этапа операции зависели успех и жизни ее участников. — Окно выглядит как мерцающий круг в воздухе. Понятно?

— Так точно, теперь понятно, а то думаю, как же это я через окошко попаду в Управление, а не на улицу? А вы, стало быть, маг?

— Маг — это слишком громко звучит. Я только окно открыть могу, — вдаваться в объяснения Химу не хотелось. — И помни, у тебя только пять секунд, пять ударов сердца. Увидал мерцающий круг — прыгай, не раздумывая!

— Не волнуйтесь, господин Зориан, я все понял, исполню в точности.

Набережная в этот час была полупустынна. Вдоль домов неслышными тенями скользили редкие прохожие. От реки тянуло весенней свежестью и долетал шум разбивавшихся о камень облицовки льдин. Хим оглянулся на черное пятно, наползавшее на солнце… Его осенило:

— Погоди, сержант. Сегодня точно день Нэре? Затмение?

— Так точно, господин полковник. Объявляли, да.

— План меняется, Рэнд может выйти прямо сейчас. Бежим!

Они ворвались в парадную в тот самый момент, когда Рэнд стряхивал с указательного пальца труп Мошия.

— Что дальше? — шепотом спросил сержант.

— Запри парадную! — так же шепотом ответил Хим, и сержант накинул ночной засов на входную дверь. — А теперь ждем.

Советник увидал, как Атрелла начала спуск в храм. Он крикнул Варре:

— Скорее! Нужно разрушить магию столбов.

Варра и Вард двинулись вокруг храма, чтобы образовать вершины треугольника. Жрецы почувствовали, как храм напрягся. Излучение страха давило и гнало непрошеных гостей. Еще ярко светило солнце — Лит, но уже чувствовалось: все ближе час Безутешной. Пришел ее день.

Советник оглянулся на кавалериста:

— Лейтенант, прикажите вашим людям встать кругом храма и взяться за руки!

Всадники выполнили приказание, образовав вместе со жрецами замкнутый круг. Так стало намного легче. Военные тоже почувствовали силу храма. Многие побледнели, истекали потом от заползшего в сердце страха.

Советник спешил. Затмение должно было начаться через полчаса. Время шло скачками…

Жрецы запели славицу Богу. Голоса их, сперва неуверенные и слабые, окрепли. "Отец наш небесный…" — неслось над поляной.

Черные столбы дрогнули и начали опускаться. Военные, далекие от жречества и магии, ощутили, как волна теплой энергии пролетает по рукам через сердца, наполняя их радостью, ликованием. И тоже запели: "Дай нам силу света Твоего…".

Советник глядел на ближайший столб и будто слышал отчаянный шепот: "Нельзя, чтобы они ушли…" — храм пытался спасти своих охранников.

Хор спел молитву и начал второй раз, громче и тверже.

Черные столбы закачались. Они толчками уходили в землю, но земля упрямо выталкивала их обратно. На третий раз слова молитвы поднялись на октаву, и солдаты, никогда не певшие ничего, кроме строевых песен, вдруг явили неслыханный вокал. Некоторые вошли в состояние транса. Поющий круг, охвативший кольцом черный храм, начал наливаться золотистым светом.

Рядом с солнцем вдруг появился черный краешек, откусил кусочек золотого диска Лита. Потянул ветер, деревья зашумели голыми ветками. Но голос, единый голос поющих молитву, ничто уже заглушить не могло. Столбы начали рассыпаться в черную труху, ее немедленно выдувал ветер.

Закончив третий, на закрепление победы, жрецы запели в четвертый раз ту же молитву — и когда прозвучали последние слова, на месте черных столбов остались лишь ямы.

Советник отпустил руки солдат. Военные продолжали стоять, взявшись за руки, с закрытыми глазами. Ощущение Благодати не оставляло их.

Черный круг уже наполовину закрыл солнце.

— Варра! Вард! — крикнул отец Индрэ, стараясь перекрыть шум ветра. — Нужно их отвести от храма!

Он повлек солдат за собой, и те, с блаженными улыбками, не открывая глаз, покорно пошли.

Жрецы снова собрались вместе. Храм лишился свой защиты, но уже началось затмение — а ни Нэйла, ни Атреллы с Орингастом видно не было.

Жрецам не положено отчаиваться, впускать в сердце боль потери. Они не отрываясь глядели в сгущавшихся сумерках на черный провал и молились.

На поляну вышел следователь безопасности из Дони. Нэреит двумя руками держал шляпу, чтоб не унесло ветром. Он дошагал до отряда кавалеристов и крикнул:

— Литарии! Эй! Если не хотите им вечных мук в пасти Ажгара, нужно объявить о принесенной жертве!

Никто из жрецов не откликнулся, увлеченные молитвой.

Нэреит повернулся к храму:

— Жер… — и тут же покатился по мокрой глине, получив по зубам.

Лейтенант потер кулак:

— Команды жертвы приносить не было!