Чтение онлайн

— Потерпите, дядя Нэйл! — Атрелла притупила болевую чувствительность, пальцами стянула кожу и срастила ее, закрыв культи. — Вот, так крови не будет. Можете ползти к выходу. Я уменьшила вам боль. Выбирайтесь из храма. А ступни ваши где?

— Тут, — прошептал полуфардв, — за пазухой. Я их сразу прибрал. Как думаешь, Варра приживит, если выберемся?.. Ты куда?! — вскрикнул он, заметив, что Атрелла удаляется.

— Там где-то Орингаст, я должна его спасти! Варра? Ну, конечно! Вы меня не ждите, дядя Нэйл, я быстро — туда и обратно! Двигайтесь к выходу!

Она вспомнила о Баррге и мысленно позвала его: "Ты тут?". Рыжий демон мгновенно отозвался: "Тут". Атрелла улыбнулась: "Это хорошо!".

— Это — никак, — сказал Баррг, — потому что здесь блокирована магия огня. В этом храме ничего гореть не может, пока не разрушен алтарь.

Атрелла опечалилась:

— Ты не сможешь мне помочь?

— Разве что советом.

Нэйл остался где-то позади. Кругом царила кромешная чернота. Невидимые за нею, пальцы левой руки касались стены. Пол шел под уклон, ноги сами несли девушку вперед и вниз, все глубже и дальше. Из-за темноты невозможно было сориентироваться: поворот или по прямой? Атрелла продолжала идти шаг за шагом. Баррг шевельнулся. Девушка спросила:

— Что?

— Скоро затмение, поторопись!

Атрелла ответила расстроенным шепотом:

— Я спешу. Только не видно же ничего…

— Там, дальше, — смотри!

Впереди забрезжил неясный свет. В непроглядной темноте коридора он казался необыкновенно ярким — будто проход выводил если не на поверхность, то в хорошо освещенное помещение. Атрелла побежала туда.

От зрелища, представшего перед ней, волосы на голове зашевелились.

С потолка свисал прикованный на цепи изможденный беловолосый человек. Он был скручен цепью по рукам и слегка качался в неестественной, изломанной позе. Девушка не сразу узнала Орингаста. А когда поняла, что это он, подбежала к большому камню, что лежал на полу прямо под телом, и закричала:

— Ори! Я нашла тебя!

Орингаст приоткрыл глаза и сказал, с трудом разлепив пересохший рот:

— Опять пришла? Проваливай!

Атрелла остолбенела от такого приема и еле удержалась, чтобы не заплакать. Баррг пробормотал:

— Его запутали. Он принял тебя за видение. Говори с ним! Только у тебя очень мало времени. Скоро затмение — Час Нэре. Сможешь сама его снять?

— Не знаю, — с сомнением произнесла девушка. — Если встать на эту тумбу, попробую распутать цепь…

— Это не тумба, это жертвенник, и лучше не подходи к нему, — посоветовал рыжий демон. — От него идет очень… точнее, к нему идет… в общем, он из меня силы тянет.

Орингаст молча слушал бормотание Атреллы, беседовавшей с одной ей доступным Барргом.

— А как же мне его снять?

— Чего не знаю, того не знаю, — развел невидимыми руками огненный собеседник. — Я так думаю, надо тебе бежать отсюда. И парня не спасешь, и сама погибнешь.

— Я не брошу его!

— Через считанные минуты здесь будет Безутешная со свитой, я умолкаю. Если ты решила составить этому жертвенному блюду компанию… то я-то тут при чем?

— Что значит, ты при чем? — Атрелла не поняла, с чего демон так разнервничался.

— Я обязан быть с тобой… — нехотя признался Баррг.

— Как это? — девушка даже оглянулась, пытаясь увидеть спутника.

— А вот так! Ты меня освободила при одном условии: что я буду твоим слугой.

— Я не помню, — жалобно произнесла девушка, — я не просила.

— Кому надо, помнит, — желчно сказал Баррг, — тебе не обязательно. А насчет того, что не просила, я уже говорил, нашлись добрые люди — попросили. В общем, так: если ты решила присоединиться к своему любимому, то мне он вовсе не любимый, и шагать в царство мертвых мне совсем не хочется. Особенно встречаться с Ажгаром…

— А кто это, Ажгар? — спросила Атрелла.

— Пучеглазая сволочь! — ответил сверху Орингаст. — Пожиратель душ.

— Ори! Это ты мне?

— Тебе, — откликнулся Орингаст, — если ты Ажгар.

— Я Атрелла, — сказала девушка, обходя алтарь по кругу и осматривая Орингаста. — Ты не узнал меня? А почему ты голый? Тут же холодно…

— Ты сама сказала, что мясо должно быть отбито и промариновано… наверное, в холоде оно лучше сохраняется, — сыронизировал пленник.

— Я ничего такого не говорила, Ори! Я — Атрелла! Ты что, не узнаешь меня??

— Пока не увижу твою грудь — не узнаю! Покажи еще раз!

— Ори, ты что, с ума сошел? — заплакала Атрелла. — Когда это я тебе грудь показывала?

— Прошлой ночью… уже забыла? Или притворяешься? — Орингаст не хотел верить. Он знал коварство Безутешной и ее прислуги.

— Я прошлой ночью летела на дирижабле в Продубин! — крикнула Атрелла. — Думала, что с тобой, а оказалось, это был какой-то синерожий шипящий дядька — Рэнд!..

Только тут до Орингаста дошло, что перед ним действительно Атрелла.

— Трелька! — прошептал он, глядя на нее затекшими от долгого висения вниз головой глазами.

— Я это, я, говорю же! Там наверху дядя Индрэ, и Варра, и еще дядьки — военные. Только их в храм не пускает! А меня пустило!

— Уходи отсюда! — заорал вдруг Орингаст. — Немедленно уходи!! Ты им и нужна! Не я, а ты! Уходи скорее, милая девочка!.. — он заплакал от ярости и обиды, что их так облапошили, его и Трельку.

— А я говорил тебе, — сказал Баррг. — Но уже поздно…

— Ори! Я не брошу тебя! Нужно только развязать цепь.

— О, Боже!.. — ревел Орингаст. — Прошу тебя, уходи!! Я не вынесу, если ты погибнешь!

Атрелла подошла к жертвеннику и протянула руки, чтобы опереться о него и залезть с ногами. Баррг взвизгнул: "Не трогай!" — и Ателла отдернула руки.

— Ну, что ж ты? — спросил кто-то за спиной у Атреллы женским голосом.

— Я ничего, — спрятала руки за спину девушка. — Я хотела его снять.

— Ты — ничего, это верно. Маленькое, любопытное ничего, — произнесла женщина, подходя ближе. — Не тобой подвешен — не тебе и снимать! Впрочем, висеть ему осталось минут десять.

— Отпустите его! Пожалуйста!

— "Пожалуйста" на хлеб не намажешь. Он тебе нужен — заплати и забирай.

От неожиданно простого решения Атрелла успокоилась и обрадовалась:

— А что вам нужно?

Женщина расхохоталась.

— Какой хороший день! Сегодня я победила наконец этого похотливого предателя, пускай ненадолго, но это моя победа! Мой праздник. Ты можешь предложить мне что-нибудь, равноценное твоей любви?

— Его я не отдам! — рассердилась Трелька. Она встала между жертвенником и женщиной: — Я его люблю, а он меня! Что вы можете сделать нам? Даже в вашем проклятом ледяном холоде я не перестану его любить! — тут она вспомнила старую сказку и добавила: — Нашей любви хватит, чтобы не только согреть друг друга, но и спалить все ваше царство!