Чтение онлайн

– - Все. Хватит. Как будет, так будет.

Все, так все. Мы сунули кисти в воду, пусть отмокают, и стали мыть полы. С утра при свете дня старались не замечать, как то тут, то там проглядывают сияющие цвета.

– - Знаешь, -- сказал муж, -- мне даже нравится. О-ри-ги-нально. Ни у кого такого нет.

Пришел Абрам. Он сам мастер на все руки, любую работу сделает, халтуры не любит. Но и он постарался не заметить некоторого разноцветья. Ростом Абрам ниже мужа, он чуть потянулся, похлопал мужа по плечу.

– - Ма-ла-дец!
– - сказал он по-русски, тщательно выговаривая звуки.
– - За это можно и выпить, -- добавил он на иврите.

– - Может, рано?
– - остановила я.
– - Нас еще ждет душевая.

x x x

В один из первых дней нашей жизни на новой квартире с душевой, вернее, с комнаткой, выполняющей совмещенные функции, произошла у нас история, которую можно было назвать смешной, забавной, если бы не было нам так тяжко.

Нетерпеливый громкий стук в дверь прервал наши занятия по истреблению цветов радуги. Мы едва успели открыть замок, как, толкнув дверь, в квартиру ворвался молодой человек и без слов бросился в эту самую комнату. Ну что ж, бывает. Может, человеку невмоготу, с общественными туалетами в городе плоховато, он постучал в ближайшую квартиру на первом этаже...

Но наши открытые рты еще не успели закрыться, а странный гость выскочил из душевой, не воспользовавшись ни одним из назначений этого помещения, схватил мужа за руку и потащил за собой. И все молча.

Следовать за ним пришлось недалеко -- через лестничную площадку и такую же, как у нас, маленькую прихожую в душевую вроде нашей. Затем молодой человек остановился и ткнул пальцем на пол -- у ног была разлита темнокрасная лужа.

Я уже сообразила, что молодой человек пришел не с улицы по нужде, а был нашим соседом из квартиры напротив, просто мы еще не видались. Я прошла следом за мужчинами, нагнулась и потрогала лужу пальцем. Сомнений быть не могло -- это остатки свекольника, который я вылила в рукомойник, когда мыла кастрюлю.

– - Что это?
– - наконец произнес возмущенный молодой человек.

– - Суп, -- спокойно сказала я. И пошла за тряпкой.

Чудеса: льешь у себя, выливается у соседа.

– - Здесь давно никто не умывался, -- сказал муж, -- трубы, наверно, забиты, вода нашла щель в стене.

Стена у нас с соседом была общая.

Мы позвонили хозяину -- он живет в соседнем городке. Хозяин появился часа через два.

– - Что случилось?

– - Да вот, не протекает слив.

– - Не может быть!

Он побежал в соседскую душевую, вернулся в нашу, опять отправился к соседям, снова вернулся. Он трогал руками все, что можно было потрогать, заглядывал под рукомойник, пожимал плечами, явно нервничал оттого, что ничего не видел. Труба была замурована в стене, наверное, давно продырявилась, вода сочилась и просачивалась там, где ей было легче, а легче оказалось пробиться к соседям.

– - Есть молоток?
– - спросил хозяин.
– - И зубило?

Он схватил инструмент и стал рушить стену. Сначала полетели куски штукатурки, потом бетон.

– - Эли, -- спросил муж, -- что ты хочешь сделать?

– - Как что? Посмотреть трубу.

На той высоте, где он начал долбить, трубы не оказалось, он стал рушить ниже и решительней.

– - Поможет, не надо ломать всю стену? Может, надо раньше подумать?

Эли не останавливался. Возникла угроза двух совмещенных санузлов без перегородки.

– - Эли, -- наконец взмолился муж, -- не надо. Я все понял и все сделаю сам.

Хозяин распрямился, отдал молоток и облегченно вздохнул.

Слив мы, конечно, сделали. Муж дрелью просверлил вертикальную строку из точек, пока не наткнулся на притаившуюся трубу, а потом уже стал прокладывать доступ к ней. Но я ведь не о том, как чинить старые трубы. Я о том, что Абрам сказал: думать совсем не обязательно.

x x x

Прошло время, и мы перестали удивляться, когда случалось подобное, мы поняли, что это естественное состояние людей, которые нас окружали. У них не было нужды думать, они и не думали, они -- делали. И бедная многострадальная стена, разделяющая нашу квартиру с квартирой напротив, тому свидетель. Она и жертва.

В квартире напротив жила молодая пара из марокканской общины. После того, как мы перестали лить воду в их душевую, отношения у нас сложились нормальные, хорошие, особенно с Йарденой, тоненькой, симпатичной, почти девочкой. Она целыми днями хлопотала, стирала, мыла, чистила, кормила своего прелестного малыша, он был светленький, как и его мама, сероглазый и очень нам нравился. От постоянных хлопот Йардена уставала, и с удовольствием спокойно отпускала малыша с нами погулять. Наверное, она поняла, что мы, хоть и из России, но не такие уж звери, и детьми не питаемся.

Но оказалось, что папа его смотрел на нас несколько иначе. Однажды он приехал домой среди рабочего дня, чего обычно не бывало, и не обнаружил дома свое чадо. Не знаю, был ли дома скандал или не только скандал, жили молодые дружно и тихо, но малыша перестали отпускать с нами на прогулку. Йардена делала это спокойно и тактично, а ее эмоциональный муж был непреклонен и прям. Как-то мы выходили со двора, малыш побежал за нами и протянул ручки. Мы не успели еще сообразить, что делать, как подскочил папа и схватил малыша на руки. Мальчик плакал, ему нравилось гулять с нами. Но папа усадил его на стул посреди двора, приказал: "Не вставай", пошел в дом, вернулся с огромным куском торта. И стал кормить сына тортом из ложечки.

Какой ребенок не проглотит слезы с первым же куском лакомства?

Нам было жаль, но мы понимали и не осуждали папу, мы-то знали, что не обидим мальчика, а он этого не знал, мы были для него чужими людьми из далекой непонятной России. Когда наши дети были маленькими, мы ведь тоже не доверяли их чужим людям.

В общем соседи у нас были спокойные, нормальные, и мы очень огорчились, когда Йардена сказала:

– - Через две недели мы уезжаем.

– - Куда? Что случилось?

– - Хозяин продает квартиру.

А мы и не знали, что это не их собственность, что и у них тоже нет своего жилья, приходится снимать.

– - Так может, вы купите эту квартиру?

Она усмехнулась:

– - Таких денег у нас нет.

– - Возьмите ссуду.

– - Ссуды не хватит.

– - Куда же вы теперь?

– - Пока поживем у мамы, потом, может, еще снимем что-нибудь.

Поживем у мамы... Как в обычной еврейской семье.

Огорчались мы не зря. Будто чувствовали, что покою нашему пришел конец.

Квартиру купил Эрез, молодой человек, сын соседей со второго этажа. Он был холост, высок, эффектен, наверное, его любили женщины. Почти каждое утро от наших ворот отъезжала машина, в окне которой был виден женский силуэт, менялись марки машин, менялся силуэт сидящей за рулем, но все они были молоды и красивы. Ночные визиты не беспокоили нас, но было просто интересно узнать, неужели так трудно выбрать одну из этих красоток.