Чтение онлайн

– - Вы же не хотите, чтобы вас проверяли на таможне?
– - сочувственно спросил Вася.

Подразумевалось, что он понимает -- у нас есть недозволенный груз. Но мыто понимали, что он видит нас насквозь и знает, что такого груза у нас нет, что такие, как мы, ничего незаконного вывозить бы с собой не стали, но выгружаться на границе у нас нет ни сил, ни желания -- у кого может быть такое желание?

– - Да...
– - потянул Вася, неожиданно поднялся и вышел.

Несколько минут в купе царило молчание. Потом я опять сказала, что надо поговорить с Васей.

– - Надо, -- опять согласился сын.

– - Положимся на судьбу, -- сказал муж.

Но как раз Вася и был послан нам судьбою. Он опять появился, приоткрыл дверь, сделал сыну знак: выйди.

– - Значит так, -- сказал ему Вася в коридоре, -- можно сделать, что вас не тронут на таможне.
– - У него был вид заговорщика, озабоченного тем, чтобы мы провезли свой недозволенный груз.

– - Давай, -- сказал сын, -- делай.

Говорить, так обо всем сразу.

– - В соседнем купе есть два свободных места, -- сказал Васе сын.

– - Должны сесть в Киеве, -- сказал Вася.

– - Жаль.

– - Подумаю, -- бросил Вася и снова быстро ушел.

Сын вернулся в купе и попросил меня:

– - Собери чего-нибудь повкуснее. Пойду выпью с Васей.

Дома за бутылкой коньяка в дружеской беседе решались многие вопросы. Из всего, что было, я выбрала еду получше, сложила на тарелку и накрыла салфеткой. Сын взял бутылку водки, положил в пакет и вышел. Вернулся он через несколько минут -- без пакета. На мой немой вопрос он ответил жестом: все нормально. Наивный человек -- он хотел играть с Васей в кореши. Очень он ему нужен был -- в кореши! Презент Вася взял, но сына выпить не пригласил, кореши у него были свои, он пил со своими, а чтоб было, за что, -- надо, чтобы мы ехали.

Так даже лучше, хотя, конечно, немного не по себе. И главное -- что будет?

Вася явился через полчаса, к водке он явно уже приложился. Опять вызвал сына в коридор:

– - Перетаскивайтесь и рассчитывайся.

– - Сколько?

Вася сказал. Сын присвистнул. Вася развел руками -- дела сложные, того стоят.

Сын вернулся в купе, отец задал ему тот же вопрос, что и он Васе:

– - Сколько?

Сын сказал.

– - Что?
– - не выдержала я.

– - Да, цены растут. Торговаться?

– - Бесполезно, -- махнул рукой муж.

– - Я тоже так думаю.

Вмешалась дочка:

– - Но он может взять деньги, а когда придут таможенники и станут нас потрошить, сделает вид, что не при чем.

– - Конечно, может, -- подтвердил муж.

– - А если плюнуть на этого Васю?
– - предложил муж дочки.
– - Ничего же у нас нет, чего мы боимся?

– - И Вася знает, что ничего у нас нет, -- сказал сын, -- но хочет заработать. А сорвется куш, обязательно приведет таможню.

– - Ну, не обязательно, -- умудренно произнес муж.
– - Но может.

– - Слушайте, о чем мы думаем? Он переведет вас в соседнее купе?
– - спросила я у сына.

– - Да.

– - Плати.

Только за это надо было платить -- еще немного вместе.

Мы долго сидели, далеко за полночь, больше молчали. Иногда я давала наставления: надо следить за здоровьем, надо чаще писать. А сын все говорил, чтобы я не плакала, хотя я не плакала -- у меня уже не было слез, обещал, что скоро приедет. Потом муж сказал, что надо бы поспать, уже поздно, все устали, завтра будет еще день. Мы разошлись по своим купе, но только улеглись, еще не успели заснуть, в коридоре послышался шум.

– - У меня все места заняты, -- услышали мы Васин голос.

И чьи-то незнакомые голоса:

– - Но у нас билеты.

– - У меня тоже все по билетам.

– - Безобразие! Мы билеты брали за целый месяц.

– - Не кричите, -- тихо и спокойно сказал Вася.
– - Люди спят. Сейчас мы все уладим. Пойдемте к бригадиру.

Голоса стихли, видно, они ушли.

– - Кошмар...
– - прошептала я.
– - Что же теперь будет?

– - А ничего, -- ответил муж.
– - Спи.

Шум больше не возникал. Возможно, новых пассажиров поместили на места, которые освободили сын и Алеша. Почему-то меня не мучила совесть.

Мы все-таки заснули, но поднялись рано. Впереди было около суток пути, мы могли наслаждаться последними часами вместе и не думать о будущем.

Но вдруг -- опять прибежал Вася. Он не вызвал сына в коридор на секретный деловой разговор, как делал это уже несколько раз, а вошел в купе, прикрыл за собой дверь, сел на полку напротив сына и с полминуты загадочно молчал. Эти полминуты он смотрел в лицо сыну, словно изучал своего визави.

– - Что, Вася?
– - спокойно спросил сын.

– - Давай честно, -- произнес Вася тоном следователя из советского детектива.
– - Что ты положил под потолок?

– - Я? Под потолок? Где? Когда? Зачем?

– - Люди видели и мне доложили.

– - Что видели?

– - Во время стоянки в вашем купе какой-то мужчина что-то делал под потолком.

– - Ну и что?

– - Как -- что? Он положил туда пакет.

– - Откуда ты знаешь, что положил пакет?

– - Видно из моего купе.

– - Пакет над нашим купе?

– - Нет, подальше. Но его можно было положить и протолкнуть. А видели, как кто-то клал -- в вашем.

– - Но я не клал.

– - Не клал?

– - Нет.

– - Может быть, негр? Ты не видел?

– - Нет, не видел.

– - Не ты?

– - Нет.

– - Значит, негр.

В соседнем купе, где у нас было одно место и куда Вася поселил сына и Алешу, на левой верхней полке ехал негр. Он был чуть выше среднего роста, худощав, мускулист, одет аккуратно, застегнут на все пуговицы, лицо у него было, пожалуй, интеллигентное. Хотя я не так много встречала людей этой расы, чтобы с уверенностью судить об их интеллекте и о роде занятий, но похоже, он был студент или молодой инженер. В разговоры он не вступал, возможно, оттого, что не знал русский, а может, было ему неинтересно. Мы тоже не знали английский, и было нам не до него -- у каждого свои заботы. Негр или лежал на верхней полке или стоял и смотрел в окно.

– - Ну что ты!
– - возразил сын.
– - Не похоже.

– - Ты их не знаешь, они могут, -- уверял Вася.
– - Хочешь посмотреть?

– - Можно.

Они вышли, сын вернулся вскоре, и я спросила:

– - Ну, видно?

– - Может, что-то и видно. Но я ведь не знаю, что там было и как там должно быть. Может, тряпки остались после ремонта.

Под крышей через весь вагон шел воздушный канал, а в купе, где ехал сын, был доступ туда -- квадратное отверстие, в которое была утоплена плотно подогнанная крышка, привинченная болтами. Добраться туда мог только человек высокий, а чтобы проникнуть в канал, нужны были еще сила и ловкость: за считанные секунды человек, оставшись один в купе, должен был провернуть всю операцию -- открыть, положить, протолкнуть, закрыть, слезть на пол и изобразить интерес к тому, что делается за окном. Вася явно льстил моему сыну -- только ему под силу такая задача.