Чтение онлайн

Отряд стал двигаться еще медленней. Ехавший впереди Бура несколько раз останавливал движение, когда ему казалось, что впереди что-то маячит. В первый раз источником ложной тревоги стал огромный пень, своими уродливыми очертаниями напоминавший издали помесь человека с невиданным животным, второй и третьей остановке наемник не смог дать внятного объяснения.

Когда Ход уже было решил сменить Буру с его не в меру расшатавшимися нервами на Силка, впереди показалось открытое пространство.

– Я помню это место - пробормотал себе под нос Ход, сказав остальным уже громче - Лагов через десять съезжаем с тропы.

Большинство путешественников облегченно вздохнуло: конечно и после этого их можно будет выследить, но вот устроить засаду, когда не знаешь куда именно движется добыча становится в разы сложнее.

Но чаяньям людей Хода не суждено было сбыться. Впереди их ждали.

На противоположной стороне большой лесной поляны молча стояли двенадцать человек. На лицах людей, давно перешедших незримую черту, к которой даже близко не подбиралось большинство садистов и мастеров пыточных дел, не отражалось ничего. Только скука в глазах. Они уже давно не пытались запугивать путешественников словами или своим поведением, как это делало большинство обычных разбойников. Ведь страх и ужас своих жертв они видели сотни раз. А когда постоянно смотришь на одно и то же, это рано или поздно надоедает. Но и остановится на выбранном пути им было не под силу: чувствовать, что обладаешь чужой жизнью, видеть обреченность в глазах людей - это стало их пристрастием, от которого им уже не суждено было избавиться.

Солнце, и так не баловавшее в последние дни своими лучами эту землю, закрыла темная туча, подул холодный ветер и картина стала напоминать сюрреалистическую: двенадцать мужчин стоят, словно изваяния, с каменными лицами, не произнося ни слова, ветер пригибает к земле траву и вся поляна погружена во мрак среди бела дня.

От увиденного пробрало даже некоторых мужчин. Лишь четверо смогли сохранить внутреннее душевное спокойствие: Ход, опасавшийся до этой встречи шальной стрелы от которой не спасет даже магия: ведь нельзя держать воздушный купол во время всего их путешествия; "кукла" которой было все равно: сражаться, кушать или спать; Старый, представлявший себе примерное количество разбойников с которыми разделался маг, в ту памятную ночь, когда он бежал из плена; и мастер Руфим, который вообще много чего повидал в своей жизни. Наемники, практически не видевшие волшбу в действии (не считая разорвавшегося стула, а где на поляне взяться стулу, спрашивается?
– тут даже деревца самого зачуханного не найти) в основном рассчитывали на свои мечи и их сильно беспокоило численное преимущество противника. Их четверо, мастер Руфим и Рик - вот и все. На "безмозглого здоровяка" они не рассчитывали, доктор и Старый - не в счет. Ход - маг, темная лошадка - может нескольких на себя и оттянет, если раньше не скопытится.

– Ты говорил, что Ход архимагу ровня - обратился Керн к Буре, как самому просвещенному в магических вопросах из их четверки - Как думаешь, многих он убить сможет.

Бура скривился как от зубной боли:

– Будь он архимагом - всех бы убил, но ведь магов учат долго - одно дело мебель взрывать уметь, да решетки резать, другое - когда тебя людей убивать учат. Вот после сегодняшнего боя и узнаем, что он за птица, если живы останемся - потом, вспомнив их совместные приключения в темном переулке Санима, добавил - Ну двух он, пожалуй, сможет отправить в небесные чертоги. За остальное не ручаюсь.

– Рик этот, по-моему, тот еще вояка - ладно, если о меч свой не порежется, вот Руфим - да, чувствуется - воин. В общем пятеро нас против двенадцати, если маг расстарается, то пять против десяти будет - зло сплюнув, изложил свои мысли Керн.

Пока наемники прикидывали свои шансы выйти живыми из передряги, Ход внимательно изучал поляну и находящихся на другом ее краю противников.

"Двенадцать. У троих луки в качестве запасного оружия. Четверо из патруля. Интересно форма у них была настоящая? От этого много зависит, в частности - будут их искать или нет. Среди оставшихся наверняка есть пятеро, что нас преследовали. Выглядят очень самоуверенно. Почему? Нас восемь боеспособных, их - двенадцать: не самое большое преимущество. Почему они сразу не атаковали? Может, ждут других, кто по тылам ударит? Надо спросить Силка."

– Силк, приглядись-ка, те, кто нас преследовал, среди них есть?

– Есть. Все пятеро тута - отвечал наемник.

"Тогда вообще странно. Ну да ладно. Зажать их между двумя куполами? А нам подопытные свинки ой как нужны. Что же мне потом протыкать их, сдавшихся? Общество, пожалуй, такого не поймет - большинство же не видело, что они на той полянке творили. Хорошо, пусть войны получат раны в бою".

– Зря вы не взяли нас с собой. Для вас быстрее бы все закончилось - глухим голосом, который, как ни странно, разнесся над всей поляной, произнес черноволосый знакомец из патруля.

Люди Хода ждали ответного слова командира. Ход же, совершенно не обращая внимания на сказанное, стал раздавать приказы своим.

– Рик, Старый, док - вы остаетесь у телег с женщинами и защищаете их, если кто-нибудь пробьется.

Рик, пытавшийся возмутиться тем, что его, здорового мужчину, оставляют в тылу наравне со стариком и лекарем, был урезонен быстро сориентировавшейся Мирандой:

– Ты что-же, братец, хочешь оставить меня и девочек без защиты?!
– не дав сказать ему ни слова спросила Миранда.

Брат стушевался, покраснел, но крыть ему было нечем, и он лишь обреченно кивнул, принимая свою роль наблюдателя в предстоящем бое.

– Первыми идем я, "кукла" и мастер Руфим, за нами ты Бура и твои люди - продолжал командовать Ход.

У Буры и его товарищей от услышанного вытянулись лица. Если раньше их наниматель воспринимался просто как человек со странностями, то теперь он стал похож на самоуверенного идиота, с самоубийственными наклонностями.

– Послушай Ход, ты нанял нас для своей защиты, так вот слушай...
– начал ему втолковывать как маленькому Бура.

– Молчать - ледяным тоном произнес Ход - Делай, как я говорю или вали отсюда вместе со своими людьми.

Бура посмотрел на других мужчин, ища у них поддержки и, словно пытаясь им мысленно втолковать "ну вы же видите, что он кретин, и сейчас он всех нас отправит в небесные чертоги".

– Делай как он говорит - и все вернуться живыми - тихо ответил на молчаливый вопль наемника Старый.

Доктор тоже согласно кивнул.

Буре ничего не оставалось, как молча стиснуть зубы.

– Ну что, кончили свою предсмертную возню?
– вновь разнесся глухой голос черноволосого над поляной.

– Руфим, нам нужно как можно больше пленных, троих вообще лучше взять целыми, у остальных раны должны быть серьезными, но чтобы они могли прожить с ними хотя бы дня три.

Если мастер Руфим и был удивлен пожеланиями Хода, то внешне это никак не проявилось. Он лишь согласно кивнул, вытаскивая свой удивительный по своей структуре меч. Оружие Руфима невольно отвлекло всех мужчин на пару секунд: в нем неизвестные кудесники сплавили воедино альбентума с каким-то менее благородным металлом. Вставки альбентума шли по режущим краям, а также наблюдались в центре в виде причудливых абстрактных фигур. Во второй руке у мастера появился клинок из чистого альбентума, тонкий как игла и более длинный, чем положено быть любому его собрату.

– Чего встал, чурбан недоделанный! Доставай второй меч! Наносишь не смертельные раны, но чтобы они больше своими железками пырнуть никого не смогли - обратился Ход к "кукле".

– Раненых не добивать - это уже приказ Буре и его людям.

Мужчины медленно стали выдвигаться к центру поляны. Противники последовали их примеру

"Шаг, второй, третий, ... десятый" и Ход ставит первый купол над поляной - теперь никто не ударит по повозкам и оставшимся в тылу людям со стороны леса. Еще секунда и второй внутренний купол накрывает поляну, отсекая повозки с людьми от места будущего боя - теперь никто из нападающих не прорвется к женщинам и охраняющим их мужчинам.