Чтение онлайн

– Малати, – спокойно сказала ее мать, – прекрати строить козни против молодоженов. Выходи лучше замуж сама. Как там пять мальчиков, с отцом которых ты познакомилась в Найнитале?

Но Малати не ответила ей, она глядела на Варуна, который в другом конце комнаты улыбался Кальпане Гаур с робким обожанием.

– Хочешь, я выйду за административного работника? – спросила она. – Самого милого, слабовольного и недалекого, какой только может быть.

– Я хочу, чтобы ты вышла за человека с характером, вроде твоего отца. Который не позволил бы тебе шпынять его, как тебе вздумается.

Госпожа Рупа Мера тоже смотрела во все глаза на Кальпану Гаур и Варуна. «Этого не может быть!» – думала она. Кальпана была ей как дочь, неужели та решила поживиться за счет ее мальчика? Может быть, просто материнское воображение разыгралось? Но Варун был такой невинной простодушной овечкой – точнее, так неумело пытался выглядеть опытным хищником, что его увлеченность бросалась в глаза.

Как и когда это могло случиться?

– Да-да, благодарю вас, спасибо, – рассеянно ответила она кому-то на поздравление.

Как можно предотвратить эту катастрофу? Кальпана же намного старше Варуна, и потом, хотя она и была госпоже Рупе Мере как дочь, в качестве невестки совсем ее не устраивала.

А тут еще эта Малати (от которой вечно одни неприятности) приблизилась к Варуну и вонзила в него свои редкостные зеленые глаза. У Варуна слегка отвисла челюсть, и он, похоже, стал заикаться.

Предоставив Лате и Харешу обороняться самостоятельно, госпожа Рупа Мера решительно направилась к Варуну.

– Привет, ма, – сказала Кальпана. – Прими мои поздравления. Замечательная свадьба. И я не могу не ощущать, что некоторым образом причастна.

– Да, – кратко подтвердила госпожа Рупа Мера.

– Привет, ма! – сказала Малати. – И от меня искренние поздравления. – Не получив ответа, она добавила, забыв о свадебных правилах: – Эти гулаб-дамуны великолепны. Попробуйте.

Предложение запретных сластей еще больше вывело госпожу Рупу Меру из себя. Некоторое время она с негодованием разглядывала злополучную закуску.

– В чем дело, Малати? – довольно резко спросила она. – У тебя не вполне здоровый вид. И неудивительно: ты слишком много бегаешь и суетишься. Тут, в толпе рядом с Кальпаной, слишком жарко. Пойди и сядь вон на ту скамью, там гораздо прохладнее. А я должна сказать пару слов Варуну, который плохо справляется с обязанностями хозяина.

Она оттащила Варуна в сторону.

– Ты тоже женишься на девушке, которую я для тебя выберу, – заявила она.

– Но, ма… я… – Варун неловко переступал с ноги на ногу.

– Тебе нужна достойная невеста, – наставительно произнесла госпожа Рупа Мера. – Именно этого хотел бы твой отец. Достойная, и никаких других.

Пока Варун прикидывал возможные последствия сказанного, к ним подошли Арун с Апарной, которая одной рукой держалась за руку папы, а в другой несла стаканчик мороженого.

– Пап, это не фисташковое, – разочарованно сказала она.

– Не расстраивайся, дорогая, – успокаивала ее Рупа Мера. – Завтра мы купим тебе много-много фисташкового мороженого.

– В зоопарке.

– Да, в зоопарке, – рассеянно согласилась госпожа Рупа Мера, но затем нахмурилась. – Но, дорогая, завтра будет слишком жарко, чтобы идти в зоопарк.

– Но ты обещала.

– Я обещала, дорогая? Когда?

– Да вот только что, только что!

– Ну хорошо, с тобой сходит папа.

– С тобой сходит Варун-чача, – сказал Арун.

– И тетя Кальпана пойдет с нами, – сказал Варун.

– Нет, – возразила госпожа Рупа Мера. – Завтра мы будем вспоминать с ней старые времена и обсуждать разные дела.

– А Лата-буа пойдет? – спросила Апарна.

– Нет, – ответил ей Варун. – Она уезжает завтра в Калькутту с Харешем-пхупхой.

– Потому что они поженились?

– Да, потому что они поженились.

– А Бхаскар может пойти с нами, и Тапан-мама тоже.

– Они могли бы, но Тапан говорит, что хочет только читать комиксы и спать.

– И Малышка-леди.

– Ума слишком маленькая, ей в зоопарке не понравится, – объяснил Варун. – Она испугается змей. Они даже могут ее проглотить.

Он плотоядно захохотал и погладил себя по животу. Апарна была в восторге.

Ума же в этот момент была в центре внимания тетушек Савиты, которые восхищенно ворковали над ней. Больше всего им нравилось, что, вопреки их ожиданиям, она не была «такой же темнокожей, как ее отец». Они говорили это прямо при Пране, а тот лишь посмеивался. Цвет кожи Хареша они одобряли: он смягчит пигментные недостатки Латы.

Тетушек из Лакхнау, Канпура, Варанаси и Мадраса очень интересовали вопросы наследственности.

– По теории вероятности, ребенок Латы будет смуглым, – сказал Пран. – В семье должно быть равновесие.

– Ф-фу, как можно говорить такие вещи? – укоризненно бросила госпожа Каккар.

– У Прана на уме одни дети, – сказала Савита.

Пран ухмыльнулся – немного по-мальчишески, подумала Савита.

Недавно, первого апреля, во время завтрака ему позвонили по телефону. Он вернулся в столовую и объявил радостную весть: Парвати беременна! Госпожа Рупа Мера пришла в ужас и до сих пор не могла простить Прану этот розыгрыш.

– Как ты можешь так шутить, когда в семье столько несчастья? – возмущалась она.

Но Пран считал, что в любой скорбной ситуации можно сохранять бодрость духа. И к тому же, думал он, было бы неплохо, если бы у Парвати и Киши родился ребенок. Они вечно воевали за главенство в семье, а ребенок направил бы их эмоции в другое русло.

– Разве это плохо, когда у тебя дети на уме? – обратился Пран к собранию тетушек. – У Вины скоро будет ребенок, и Кедарнат с Бхаскаром ждут этого с нетерпением. Это хорошая новость в годину печали. Уме тоже рано или поздно понадобится братик или сестренка. При моей новой зарплате это будет для нас вполне приемлемо.

– Тут ты прав, – согласились тетушки. – Без, по меньшей мере, трех детей семья не может считаться полноценной.

– При условии, что это не противоречит положению о контрактах и деликтах, – ввернула Савита. Штудирование юриспруденции вовсе ее не засушило, и в синем с серебром сари она выглядела очень симпатично.

– Конечно, дорогая, – отозвался Пран. – Только если не противоречит.

– Наши поздравления, доктор Капур, – проговорил кто-то едва слышно у них за спиной.

Пран вдруг оказался окружен целым прайдом литературных львов: мистер Баруа, господин Навроджи и Сунил Патвардхан.