Чтение онлайн

"Антонелла и вправду собирается бросить меня, или это с ее стороны только угроза?
– думал Баразотти.
– Может, она просто блефует? Хочет заставить меня помучиться? Ладно, и что же теперь? Еще раз поговорить с ней? Объясниться, попытаться ее успокоить... Мы ведь толком и двух слов не связали, она была так возбуждена. Да-да, завтра же снова поеду к ней - вымолю прощение, покаюсь..."

Чувства Баразотти к жене, весьма жаркие поначалу, за долгие годы успели, разумеется, поостыть. И все же ссориться ему с ней не было никакого резона. А уж тем более расставаться. Однако теперь мирная семейная жизнь со всеми ее привычными радостями с каждой минутой казалась ему все более далекой и эфемерной - словно крошечный коралловый остров в окошке самолета, проплывающий где-то там, внизу.

Директор почувствовал, как его охватывает невольная дрожь.

Прежде всего следовало, конечно, предупредить Винченцу, уж она-то ни в чем не виновата. И лишние неприятности ей ни к чему.

Баразотти схватил мобильник и набрал номер своей подружки-модели.

– Ченцина, дорогая, это ты? Нам срочно нужно поговорить... Нет-нет, не по телефону...
– Он непроизвольно понизил голос.
– Ах, у вас репетиция? Показ? Где это, в "Читта ди Мода"? Хорошо, я сейчас подъеду. Целую и обнимаю, моя принцесса!

Он повернул ключ зажигания, и автомобиль тронулся с места.

5

Баразотти обвел глазами вспомогательный рабочий зал "Читта ди Мода", где вовсю шла подготовка к вечернему шоу. Левая часть помещения была заставлена большими картонными коробками, часть из которых была открыта. Рядом стояли бесчисленные вешалки с одеждой. Справа вдоль всей стены тянулся длинный стол с осветительной арматурой и зеркалами для макияжа; у некоторых из них сидели девушки, и вершилось священнодействие. Остальное пространство зала занимала толпа уже одетых и загримированных для дефиле манекенщиц. Царила атмосфера премьеры, напряжение висело в воздухе.

Директор еще раз внимательно огляделся кругом - Винченцы нигде не было видно.

Прямо перед Баразотти, облокотившись на стойку неработающего юпитера, стояла девушка-модель. На ней были свободные бриджи до колен, странного вида раскосый пиджак, под ним - простая белая майка с большим вырезом. На голове у нее красовался огромный кок, а рот был размалеван кричаще-красной помадой. В целом она была похожа на большую, ярко раскрашенную куклу. И эта кукла неотрывно пялилась на директора. Баразотти в замешательстве отвернулся, однако спустя мгновение снова встретился с ней взглядом. Кукла смотрела и как бы даже подмигивала ему.

И тут Баразотти распознал в ней свою юную пассию.

– Ченцина, дорогая, это ты? Тебя не узнать! Во что они тебя превратили? В какого-то дурацкого арлекина...

Кукла ожила и направилась к директору.

– Рикардо! А я тебя сразу узнала!

Тая от нежности, он обнял любовницу, стараясь, впрочем, не вымазаться гримом у нее на лице. В туфлях на платформе она казалась выше его чуть не на голову.

– Чего это ты вздумал приехать? Решил посмотреть шоу?

– Винченца, нам срочно нужно поговорить. Дело чрезвычайной важности.
– Тон Баразотти ясно свидетельствовал, что ему не до шуток.

– Что еще за дело?

– Ты могла бы сейчас освободиться?

– Сейчас? О чем ты говоришь?! Невозможно! Показ вот-вот начнется, и я...

Директор опасливо огляделся по сторонам. Ему вдруг пришло в голову, что если здесь окажется Антонелла и увидит его с манекенщицей, всякие отпирательства будут бесполезны.

– Послушай, дорогая, мы можем на минутку выйти отсюда? Моя машина в переулке, налево от входа. Мы могли бы там спокойно поболтать.

– Не знаю... Разве что на минутку.

Неожиданно Баразотти вздрогнул: прямо перед ним вырос внушительного вида мужчина. Под тонким тесным пиджаком рисовались мышцы.

– Простите, вы кто?
– Тон у мужчины был вежливый, но холодный.
– Вы приглашены?

Директор попытался принять авторитетный вид:

– Мм... Я здесь по делу.

– У вас есть разрешение? Или особый пропуск?

– Я близкий друг Винченцы Родари. Вот этой самой девушки. Она модель.

– Это я вижу. Однако посторонние сюда не допускаются, это рабочая зона. Вам придется пройти к выходу.

– Позвольте, я, кажется, не посторонний, - проговорил директор с апломбом.
– И потом, взгляните вокруг...

Охранник был неумолим. Директор вскипел:

– Я - Баразотти!

– И что с того? Я вас не знаю. Или предъявите пропуск, или...

– Ладно, ладно! Уже и поговорить нельзя с человеком.
– Директор раздраженно махнул рукой и повернулся к Винченце.
– Так что же, жду тебя в машине?

– Хорошо, но только нужно предупредить.

6

Винченца открыла дверцу авто и забралась в середину.

– Что произошло, Ричи? Ты можешь мне объяснить?

Баразотти приник к ней долгим жарким поцелуем.

– Как мне тебя не хватает, дорогая! И почему мы не можем видеться чаще?

– Ну, будет, будет, папуль...
– Она со смешком потрепала его по волосам, подставляя плечи и шею для ласк.
– Скучал по мне?

– Конечно! Разве я мог забыть о тебе хоть на минуту?

Директор продолжал ее обцеловывать, одновременно больно стискивая ей бедро, так что девушка наконец отстранилась.

– Ричи, хватит, достаточно! Лучше скажи, зачем приехал. Все это так неожиданно...

– Постой. Давай отъедем.

Баразотти повернул ключ зажигания, автомобиль выехал на магистраль.

– Эй, Рикардо!
– забеспокоилась Винченца, - Куда ты меня везешь? Мне же скоро на выход!

– Не волнуйся, сделаем небольшой круг - и обратно. Не хочется торчать у входа, у всех на виду.

Вырулив в правый ряд, Баразотти обернулся к девушке:

– Ченцина, дорогая, отчего бы нам не кутнуть сегодня? Посидим в ресторане, отметим ваш замечательный показ. Что скажешь?

– Прекрасно, почему бы и нет?
– оживилась она.
– Вечер тогда оставляю за тобой.
– Винченца приспустила со своей стороны окно и зажгла сигарету.
– Так это и было твое срочное дело?

Директор многозначительно посмотрел на нее.

– Есть разговор.

– Правда?
– Она выпустила струю дыма в окошко и с интересом повернулась к нему.

– Потом объясню, - махнул рукой Баразотти.
– После показа. Кстати, когда там у вас заканчивается?

– Ну вот, опять "потом"... Не очень-то ты любезен со своей amico!
– Винченца недовольно отодвинулась.
– До начала - полчаса, ну и само дефиле...