Чтение онлайн

Винченца молчала, переваривая услышанное. Неаполитанец добавил:

– У Рикардо неприятности. Он подумал, игра поможет ему отвлечься.

– Неприятности? Какие еще неприятности?
– переспросила она.
– Мне он ничего не говорил.

Этторе почувствовал, что поторопился с информацией.

– Не говорил? Значит, я проболтался.

Казалось, эти его слова заставили девушку немного поостыть.

– Что там у него еще, какой-то секрет? Вообще-то он хотел мне что-то сказать.

– Еще скажет, я думаю.
– Этторе попытался отвлечь ее от щекотливой темы: - Знаете, в игре... там свои правила. Если карта пошла, останавливаться нельзя. Собьешь удачу. И если проигрываешь - тоже нельзя.

– Даже если проигрываешь? Почему?

– Нужно переждать - пока ситуация не переменится. А потом отыграться.

Винченца встревоженно заерзала на сиденье.

– Так что, Рикардо выигрывает или проигрывает?

Неаполитанец замялся:

– Ну, не знаю, что там в данный момент...

Машина свернула на Виа Карикаменто. Впереди замаячила, среди других, большая неоновая вывеска:

************************

======= Казино ======

\\\КРАСНОЕ И ЧЕРНОЕ///

************************

– огненные буквы над изображением игральных костей, в обрамлении картуша из звездочек, на переливающемся фоне.

У входа Этторе притормозил.

– Похоже, приехали.

11

Поднявшись по широкой круговой лестнице, неаполитанец и девушка очутились в большом ярко освещенном помещении - главном игорном зале казино. Публики за столами было немного, поэтому не составило труда убедиться, что Баразотти тут нет. К ним приблизился менеджер зала.

– Могу я чем-то помочь?

– Не исключено, - отозвался Этторе.
– Вы случайно не видели здесь...
– Он назвал имя директора и описал его в общих чертах.

– О да, конечно! Следуйте за мной.

По узкой лестнице они поднялись еще на этаж, а затем мужчина повел их по длинному, раскрашенному под зеленовато-желтый мрамор коридору. Этторе и Винченца обменялись недоуменными взглядами. Куда это их ведут? Этторе приходилось слышать о существовании особых комнат, где можно играть без соблюдения обычных правил, установленных в казино. Так сказать, сервис для избранных. Может, и здесь что-то в том же роде?

В конце коридора они свернули направо, сразу за поворотом показались три небольших двери. Мужчина постучал условным стуком в одну из них, дверь тотчас приоткрылась.

– Прошу, господа. Входите.

Внутри царил полумрак, только над карточным столом горели три лампы под большими зелеными абажурами. Баразотти, весь взмокший, сидел у столика и безучастно отмахивался от воображаемых мух. Его партнеры по игре казались строгими и неподкупными, словно коллегия присяжных. Их было трое, еще четверо стояли у них за спиной. На каждом из них был хорошо отутюженный черный смокинг, галстук бабочкой, золотые часы, жемчужные запонки на рубашках. Взятки уже были выложены на стол, и все молчали.

Едва Винченца и Этторе успели войти в комнату, как Баразотти тяжело поднялся со стула и проговорил:

– Что ж, синьоры... Благодарю за компанию и за приятно проведенное время.

Этторе с Винченцой переглянулись: вид у директора был явно не триумфальный.

– Рикардо, хочешь, отыграйся, нет проблем, - сказал тот, что сидел напротив, толстый лысоватый блондин неопределенного возраста. Он выглядел утомленным и осторожно-вкрадчивым - будто вышедший в отставку дамский кутюрье. В ухе у него болталась сережка.

– Я уже отыгрался, пожалуй, - с кривоватой улыбкой ответил Баразотти.
– Теперь мне лучше поехать домой.

– Никто никого не заставляет, - проговорил мужчина, сидящий слева от толстяка.
– Хочешь играть - играй, не хочешь...

– Он, кажется, испугался, - добавил кто-то из них.

– В самом деле, Рикардо?
– усмехнулся толстый.
– Если боишься, что ж, поезжай. Фортуна благосклонна к решительным, робким она отказывает.

– Мне бояться нечего, - ответил директор.
– Просто нет особого желания.

Этторе приблизился к Баразотти.

– Что случилось?

Тот отвел Винченцу и неаполитанца в сторону.

– Все мои деньги у них, - проговорил он бесцветным тоном.
– Я проигрался вчистую.

– Ты шутишь!

– Какое там. Все, что было на моем счету в Италия-банке...

На мгновение Этторе утратил свой невозмутимый вид.

– Как говорится, не везет, так не везет. И много там было?

– Эээ!..
– Директор только махнул рукой.

Винченца в ужасе взирала на своего patrono. Баразотти заметил наконец ее присутствие.

– Ченци, дорогая, прости, что так получилось. Заставил тебя там ждать.
– Он обнял ее за плечи.
– Надеюсь, обошлось без происшествий?

– Без. Да это и не важно.
– Она сжала его руку в своей.

– И что, - поинтересовался Этторе, - никакого шанса отыграться?

– Может, и есть, но играть-то я не могу. Больше не на что.

– Сыграй под честное слово.

– Под какое честное слово? Господа понимают только наличные. Или чеки.

Этторе оглянулся. Странные типы в смокингах продолжали все так же сидеть за столом, невозмутимо куря сигары и неторопливо переговариваясь. Похоже, спешить им было некуда.

– Что это за симфонический оркестр?
– спросил он.
– Где ты их откопал? Это твои знакомые?

Директор неопределенно взмахнул рукой.

– Да нет! Сам не пойму, откуда они взялись.

– А куда подевался твой приятель?

– Ушел. А этих я знать не знаю.

– Зато они тебя знают, - продолжил неаполитанец, приглядываясь к обществу за столом повнимательней.
– На музыкантов они не похожи. Если не ошибаюсь, эти ребята явились сюда прямиком с Сицилии.

Баразотти посмотрел на него удивленно.