Чтение онлайн

– Значит, всего около часа?

– Да нет, какое там! Около полутора, наверное. Если не все два. Пока переоденемся, то да се...

– Порядком.
– Баразотти покачал головой.
– Хорошо, тогда к концу я за тобой заеду. Выпьем по коктейлю, а потом поедем в Бреру, в один изумительный ресторан.

Вздохнув, девушка вновь повернулась к нему.

– Ты меня балуешь, дорогой.

– Мне это только приятно.
– Директор вытянул руку, коснулся ее подбородка.
– Но давай договоримся, ты ждешь меня здесь - и отсюда ни шагу.

– Ладно, подожду, - успокоила его Винченца.
– Если только не явится какой-нибудь шейх в белом кадиллаке и меня не похитит, - добавила она со смешком.
– А может, зашел бы в зал, посмотрел? Как-никак - Баленсиага.

– Дорогая, мне сейчас не до этого. В другой раз.

Баразотти остановился на светофор у ярко освещенного перекрестка, стекла в машине были опущены. Со своей невообразимой прической и гримом Винченца тут же оказалась в центре внимания - из стоящих рядом машин на нее уставились какие-то типы.

Директор закипятился:

– Ну, чего глаза выкатили? Никогда не видели манекенщицы? Нашли аттракцион. Смотрите лучше на дорогу!

Он поспешно закрыл окна в машине, и, лишь только на светофоре зажегся желтый, нажал на газ.

– Вот болваны! Чего им нужно? Вытаращились, как в зоопарке...

Немного поостыв, Баразотти обернулся к девушке:

– Не хочу, чтобы о нас с тобой болтали. Милан - город маленький, приходится быть осторожным.

Винченца, ничего не говоря, отвернулась к окну.

– Послушай, Ченци...
– На лице у директора появилось заискивающее выражение.
– Я тут собирался спросить тебя кое о чем. Не хотела бы ты куда-нибудь съездить?

Она посмотрела на него удивленно.

– А почему бы нет?
– продолжал Баразотти.
– Недельки на две. Взгляни, лето в разгаре, все в отпусках. Поедешь - отдохнешь, развлечешься. Положим, у тебя тоже отпуск...

– Ричи, ты наверное шутишь?
– возразила Винченца.
– Ну какой сейчас может быть отпуск? Ты ведь знаешь, у меня контракт, работа. Никто меня не отпустит!

Баразотти раздраженно взмахнул рукой:

– Работа, работа! Надо же когда-то и отдыхать.

– Я очень тебе благодарна, Рикардо. Только не совсем понимаю...

– Допустим, мне захотелось доставить тебе удовольствие. Сделать сюрприз. Куда бы ты хотела поехать? Говори, не стесняйся!
– Директор расплылся в улыбке доброго Санта-Клауса.

– Сразу и не сообразишь.

Вдруг на лице у Винченцы появилось лукавое выражение.

– Кажется, знаю. Как насчет Рио?

– Рио-де-Жанейро? - опешил директор.

– Ну да, Рио-де-Жанейро.

– Так это же где, у черта на куличках! Бразилия! Поближе ты ничего не могла придумать?

Винченца мечтательно прикрыла веки.

– Копакабана... Пляжи... Шикарные отели на берегу... Самба... Карнавал...

– Ну все, - обескуражено вздохнул директор.
– Добро пожаловать в Бразилию!

Винченца открыла глаза и похлопала своего patrono по коленке.

– Не волнуйся, Ричи, я просто пошутила. Нет-нет, уехать - об этом пока нет и речи. Никак не получится. Даже в Лигурию, позагорать у моря... какое уж там Рио-де-Жанейро!
– Она вздохнула и, пожав плечом, добавила уже другим тоном: - А теперь, прошу, отвези меня скорей обратно. Ты не представляешь, какие там у нас строгости.

7

Подрулив ко входу "Читта ди Мода", Баразотти простился с Винченцей, а затем отъехал пару кварталов и остановил машину у обочины. После чего откинулся на сиденье и несколько минут сидел неподвижно, закрыв глаза, расслабившись, без каких-либо мыслей.

Затем очнулся, пришел в себя. Ждать еще почти целых два часа, уйма времени. Баразотти озабоченно потер затылок - что-то сейчас поделывает Антонелла? Куда отправилась? Наверняка к каким-нибудь знакомым, в поисках родственной души - поделиться, поплакаться. Но куда именно?

Баразотти сидел и, ничего не видя, смотрел перед собой. Если уж на то пошло, ему самому требовалось сейчас утешение. Чья-то манишка, чтобы в нее уткнуться - выговориться, облегчить душу. Посоветоваться, наконец. Одному, похоже, ему с этим не справиться.

Эта мысль его немного взбодрила. Правильно: посоветоваться. Но с кем?

Он снова достал телефон.

"Этторе, как дела, дорогой! Как поживаешь?.. Все хорошо? Прекрасно, рад за тебя. Послушай, могли бы мы встретиться? Если ты, конечно, не против..."

Этторе Ди Кастро знали в Милане многие. Интересный, ухоженный, элегантный - в стиле этакого героя из американских кинолент - он жил, казалось, для одних удовольствий: играл в баккара, в бридж, в очко, небрежно водил машину, умел смешивать коктейли, бросать шары в боулинге, даже танцевать. Все это так, однако, если бы вы вдруг решили, что Этторе - обыкновенный плейбой или ловелас, то сделали бы ошибку. Конечно, он не был женат, и женщины обращали на него внимание. Но пользовался он этим не слишком, тут он был немного старомоден. Или, точнее сказать - осторожен.

Как раз это и выводило из себя некоторых знакомых с ним дам.

– Не слишком ли разборчив красавчик?
– говорили они.
– Что он о себе вообразил? Что он Ален Делон?

Делон не Делон, но у Этторе была своя личная жизнь, в которую он впускал далеко не каждого и о которой старался не распространяться.

При знакомстве Ди Кастро обычно представлялся журналистом, но вряд ли кто-то сказал бы вам определенно, на кого он работает. Вроде бы на какое-то латино-американское агентство. А может и вовсе поживал на вольных хлебах. Относительно безбедное существование ему позволяла вести рента на небольшой капитал, сколоченный его покойным родителем; в свое время тот был довольно крупной шишкой, занимаясь финансовыми и другими инспекциями на юге - в Палермо, Сорренто, Неаполе - и на Сицилии. Сам Этторе был родом из Неаполя - точно так же, как и Баразотти. Вероятно, в этом и крылся секрет их приятельских отношений: принадлежность к общим корням связывает неаполитанцев крепче всякого цемента. Для мужского доверительного разговора, в котором нуждался сейчас директор, трудно было бы найти кого-то более подходящего. Уж это вне всяких сомнений.

8

Когда Баразотти вошел в бар казино, Этторе уже поджидал его, сидя за столиком у окна. Перед ним стояла кружка с пивом, пиджак на Этторе был небрежно расстегнут, ворот рубашки тоже. Галстук отсутствовал, как и платочек в нагрудном кармане пиджака. Ко всему, он был небрит, что сильно бросалось в глаза. Он выглядел сонным и недовольным, словно муха вытащенная из воды - хотя вытащили его всего-навсего из постели.

– Привет, дружище!
– Широко улыбаясь, Баразотти пожал ему руку.
– Как поживаешь?