Чтение онлайн

Распахнув дверь, я увидела обеспокоенную матушку:

— Милая, что это за звуки? — она попыталась пройти в лабораторию, но не сумела протиснуться. — Тебе нужна помощь?

— Нет, всё в полном порядке.

— Точно?

— Что ты хотела, мам? Я тут несколько… занята, — да, мне нужно было отправить её подальше, но не скажу же я родной матери что-то вроде «выйди вон».

— Девеник со вчерашнего вечера хочет с тобой поговорить.

Ой, нет! У меня ещё ничего не готово.

— Скажи ему, что нужно подождать ещё немного, — я попыталась захлопнуть дверь, но мама показала недюжинную силу, удерживая её в прежнем положении.

— Тара Гредвиг, — ну вот, опять злится! — Я требую объяснений.

— А чего объяснять? — у меня вырвался нервный смешок. — Мы вчера договорились о кратковременном перемирии. Полночь наступила, так что перемирию конец! Пуф!

— Тара!

— Что? Сама же мне такие сказки читала!

— Я? — опешив, она прижала руки к груди, что помогло мне завершить начатое.

Провернув ключ в двери, я смогла спокойно отойти к столу. Высока вероятность, что вдали от меня дурман заставлял Шаарса видеть галлюцинации. Редкий побочный эффект, но что там у этих драконов в организме творится, мне неведомо.

А потому нужно было прекратить всё это. Немедленно!

Часть воды уже успела вывариться из котла и теперь зелье больше напоминало микстуру. Тем лучше. Быстрее подействует концентрат.

Пришлось сделать вид, что никаких посторонних шумов не существует и сосредоточиться на пересчёте пропорций.

Помешивая густую субстанцию, я то и дело прокручивала в голове события вчерашнего вечера, возвращаясь к злосчастным дротикам и этим двусмысленным взглядам, от которых по спине бежали мурашки.

Как бы ни старалась гнать от себя подобные мысли, ничего не выходило. Сразу вспоминались моменты разговоров мамы и леди Лейралии, когда она присылала фотокарточки своих детей. Чёрно-белые, странные, но уже тогда было понятно, что Девеник вырастет красавцем. Отплёвываясь от любых упоминаний о нём под предлогом ненависти, я не могла не отметить этого, как бы ни старалась.

И главное — даже лучшей подруге не пожалуешься. Она всегда пребывала в восторге от романов, в которых соперники становились прекрасной парой и, конечно же, сразу переложит этот незамысловатый сюжет на меня. А мне оно надо? Нет!

Жаль, в книжках не рассказывали, как чувство стыда может перевернуть весь мир с ног на голову.

Удивительное дело, теперь дракон не казался мне вселенским злом. Голод и недосып должны были помочь вернуть мою голову в то же русло, но чёрта с два!

Девеник был прав, мне нужно повзрослеть. Уверена, пропусти я мимо ушей его колкости, всё было бы иначе. Кто-то должен был это прекратить.

— Нечего сожалеть о сделанном, всё равно не исправишь, — буркнула себе под нос фразу одной из моих преподавательниц и присмотрелась к получившемуся зелью. Цвет, запах совпадали. В противоядии это главное. Правда, если не рассчитаю дозировку, то вызову у Девеника жуткую головную боль.

Теперь осталось выспаться и, наконец, найти способ дать ему противоядие. Надеюсь, отношения между нашими семьями не будут безнадёжно испорчены.

Только я собиралась открыть дверь, как услышала странный стук и, взвизгнув, подскочила на месте. Хорошо, что пузырёк не уронила.

Обернувшись, я увидела в окне лицо Шаарса.

Какого чёрта?

Подлетев к окну, будто на крыльях, я моментально распахнула его, впуская в лабораторию вихрь снежинок и морозный ветер. Нет, радости от встречи не было, просто этот идиот стоял на улице в одной рубашке.

Кто так делает?!

Драконы, конечно, практически не жалуются на здоровье, но кто сказал, что они неуязвимы? Воспаление лёгких бывает коварным.

— Нам надо поговорить, — выпалил он, не тратя время на приветствия.

— Слышала уже, — процедила сквозь стучащие зубы. — Залезай.

— Через окно?

— Ну, можешь пройти сквозь стену. Но береги голову, вдруг там мозги.

— Снова не в духе лисёнок? — проворковал он с улыбкой.

Вот только обманываться не стоило — она вышла какой-то чересчур нервной.

Я быстро спрятала противоядие за спину, а котелок накрыла крышкой, словно то, что там было, являлось противозаконным. Шаарс закрыл окно и одёрнул рукава рубашки.

В помещении было достаточно жарко, так что снег, налипший на волосы парня, начал таять, превращая идеально уложенную причёску в натуральное воронье гнездо.

— Говори быстрее и проваливай, — зло прорычала я. — Не видишь, я занята?

Жаль, что Девеник не идиот. Нет, я не шучу, мне правда жаль.

По всей видимости, он сохранил какую-то долю возможности соображать здраво, так что мог запросто определить, какого рода зелье я изготовила, и догадаться обо всём…

— Не думал, что вымышленная курсовая отнимает столько времени.

— Что?! — я едва не задохнулась от возмущения.

— Тара, не придумывай. Я всё понял, принял и оценил. Признаться, я не ожидал, что твой честный отец может солгать хоть кому-то. Лорд Гредвиг всегда был предельно откровенен и не шёл на подобное даже ради собственной дочери.

— Много ты знаешь, — прошипела скорее для того, чтобы просто поспорить. По сути, парень был прав. — Если пришёл поговорить о моём отце и его опороченном моральном облике, то выбрал неподходящее время.

— Зачем ты пыталась воздействовать на меня дурманом?

Вот и всё.

Шальная огненная сфера пронзила меня насквозь, отдаваясь жаром стыда во всём теле. Шея и щёки моментально покраснели, и мне ничего не оставалось, кроме как списать эти проявления на праведную злость:

— А ты всегда был слишком высокого о себе мнения, — улыбка, которая должна была быть непринуждённой, стала какой-то едкой… кривоватой. — От скромности не умрёшь.

— Тара, — Девеник сжал зубы и продолжил смотреть на меня так, будто он точно всё знает.

Но этого просто не могло быть!

— С чего ты вообще решил, что ты мне сдался, а? — продолжила резать фразами, способными оттолкнуть кого угодно. — Или что, по-твоему, в меня без дурмана влюбиться нельзя? Чего молчишь? Помнится, раньше ты мне что-то такое говорил.

— Отчего же, — в его глазах появился какой-то странный, почти лихорадочный блеск. — Вполне.

Парень сделал несколько резких шагов вперёд, загоняя меня в ловушку между столом и стеной. Его ноздри раздувались от гнева, а сам он нависал надо мной отвесной скалой, закрывающей любой свет.