Чтение онлайн

Нет, права была мать. Все в этой жизни нужно встречать с достоинством. И похвалу, и клевету, и выстрел в упор по самолюбию, и развязавшийся на балу корсет, и даже голодный обморок от излишнего усердия.

Я готова была на все, чтобы заплатить долги за все то хорошее, что случилось в моей жизни.

И если потребуется...

– Такое решительное выражение лица, маленькая онче, – засмеялся нелюдь, – и, кстати, я старший брат Эр-Даарха. А если серьезно, хаосина, – глубокие, жестокие, мудрые глаза посмотрели на меня. На миг показалось, что в на дне их мелькнула злость, – я не знаю, что сказать. Что может вас убедить в том, что вас не принесут в жертву? Мои слова – всего лишь слова...

Песок под нашими ногами колыхнулся. Видение пошло рябью.

– Скоро тебя приведут в чувство, – показал острые клыки ваэйр. Не два клыка... Полная острых ядовитых игл пасть.

– Сделай мне одолжение, онче, не падай духом где ни попадя, – хмыкнул тихо ваэйр, – выслушай меня. Времени у нас мало, – голос мужчины зазвучал жёстче, – во-первых, не произноси "да". Что бы от тебя ни требовали - не вздумай давать прямого согласия. Юли. Во-вторых, не верь ничему. Даже тому, что видишь собственными глазами. В-третьих, – его лицо приблизилось к моему и даже во сне я ощутила могильный холод. Смерть дышала этому мужчине в затылок. Ждала его. Вилась рядом. Одна слабина – и...– Посвяти свою победу Владыке судеб и помни, что я сказал тебе при первой встрече – разорви магические связи герцога, – прошептали чужие губы.А потом, выбивая дух, доброе расположение и желание что-то уточнять – накрыли мои.Я замычала, дернулась, чтобы ударить коленом, дымом развеять бессмертного негодяя!И пришла в себя от звучной пощёчины.– Ты ее чуть не убил, тварь тупая! Ничего не можешь сделать нормально, да? Впрочем, ни ты, ни твой дохлый братец мне больше и не нужны, – раздался кашляющий злой голос. Он потрескивал сухостью и старостью.Запах гнили и плесени ударил в ноздри – и я с трудом распахнула глаза.Водянистые блекло-серые глаза герцога Эстаниоша смотрели прямо на меня.Казалось, он постарел ещё сильнее. Щеки впали и обвисли, нос заострился, торчал шпилем, морщины избороздили шею, лицо, руки. Его мучила одышка.– Нелегко даётся запретная для тебя, огрызок жалкий тьмы, сила, да? – Засмеялся Эр-Даарх.Ваэйра приковали к стене напротив меня. И, судя по рунам на его оковах, были они совсем непростыми...Рядом замерли двое стражей – по нашивкам – личная охрана герцога.Я знала таких – верные псы, аристократы выращивают их с младенчества и дрессируют, вбивая верность. Да и платят им немало. Но все они рабы под клятвой, радующиеся своей участи. Нам здесь помощи не будет.Удивительно, но меня даже не связали. Считали настолько никчёмной?Я лежала на небольшом плоском валуне у стены.Неподалеку виднелись взметающиеся ввысь стены. Словно чистый хрусталь.Мы находились на вытоптанной площадке, кажется, на холме. Вокруг были какие-то развалины, слабый искусственный свет заставлял думать, что мы внутри какого-то скрытого пространства. Все ещё в лабиринте императора?– Пришла в себя? – Ледяная ладонь Душителя потрепала меня по щеке. Я не успела отстраниться – только ощутила жуткое омерзение и слабость.– Подарил вам, дорогая невеста, украшения в честь нашей помолвки, – бородка на остром подбородке качнулась, – не обессудьте, они вашу магию ограничат. А потом она вам уже не понадобится, – с сухой любезностью утомленного светским раутом кавалера произнес мужчина.Взгляд был острый, ясный, как будто нанизывающий на острие меча. Нет. Так бабочку на булавку накалывают...Опасный противник. Я думала, что он безумный старик, одержимый властью. Но нет, он не сумасшедший. Он очень хорошо знает, чего хочет. И просчитывает все наперед.– Пришлось за вами побегать, милая моя леди. Отец ваш был сильно не в духе. Как же вы так? Ваша бедная мать так сильно пострадала из-за вас. И пострадает ещё, если вы вздумаете упрямиться...Сердце сделало кульбит. Дыхание перехватило. Наверное, я немного побледнела. Лишь немного. И опустила веки на короткий миг.Моя мать у них?– Молчаливая и умная. Всё, как я люблю, – засмеялся коротким скрежещущим смехом безумец.Цепкие паучьи пальцы вцепились мне в подбородок, выворачивая голову.– Смотри на меня, Кейрин. Смотри. И запомни. Я твой муж и повелитель. Будешь умницей – проживёшь столько же, сколько я. Ну а нет, – театрально развел руками старик, – умрёшь на алтаре. Или в тот момент, когда мне что-нибудь не понравится, – вкрадчиво, коротко, с железной уверенностью закончил Эстаниош.Он не играл. Не запугивал. Он был полностью уверен в том, что говорил. И от этого становилось дурно.– Что с моей матерью? – Произнесла как можно чётче. Пусть голос дрожит, так даже лучше. Не будет принимать всерьез. – И зачем я вам? Я же вышла замуж!Эстаниош одернул рукав черного камзола. Дорогая ткань. Изысканный крой. Вшитая защита. Он сделал шаг назад и небрежно прислонился к одному из валунов-осколков. Посмотрел в небо.Я заметила между камней ещё как минимум десяток стражей.– Что я, девку от той, что с мужем легла, не отличу? – Наконец, грубо бросил старик. – Да и спешу тебя разочаровать, девочка, вся эта девственная чушь не меняет свойств твоей крови. Даже если твой дурак-папаша верил в обратное.Хлыст, возникший в его руке из ниоткуда, с яростью впился в кожу Эр-Даарха, но ваэйр даже не дрогнул.– Тварь живучая, – прошипел Эстаниош с ненавистью. И теперь я снова увидела это чёрное густое безумие.Ничто так не молодит девушку, как белизна кожи. И нежный оттенок зелёнцы с перепугу.– Согласитесь, Кейрин, что люди достойны куда большего? – Светски обратился ко мне герцог.Вот только под маской человека скрывалось нечто совсем другое. Инородная сущность, одержимая кровью. Нет и не было у человеческого мага такой силы. В теле Эстаниоша поселилось нечто иное. Совершенно чуждое нашему миру.Мрак и пепел, вот почему сюда просто нельзя пригнать пару драконьих крыльев и сделать из этого гада удобрение для растений?Хотя нет, зачем же так? Потравятся бедные.Тут нужно что-то другое. И решить - что - похоже предстоит именно мне. Правильно. Если гадость - вселенская, то разгребать ее женщине, не иначе!

– Этим, – удар мыском по голени. Холодный взгляд ваэйра, – все так легко даётся, но за что? Кому нужны эти древние легенды? Зачем вообще нужно все это, когда власть – вот она – в твоих руках! – Зрачок старика заполнила чернота. – Твоя кровь даст мне силу, девочка! Отворит грани – и после все эти черви и их жалкие усилия ничего не будут стоить!Грани? Какие ещё грани?Кажется, герцог понял, что проговорился. Или сделал это намеренно.Скривился – и вдруг швырнул кинжал, ранив одного из своих стражей. Его напарник даже не дернулся.Мне захотелось выкопать откуда-нибудь парочку особенно злобных драконов.– Страшно? Мне нравится твой страх, – захрипел Эстаниош. Снова закашлялся. И я увидела кровь на его ладони.Инородную сущность тело отторгает, – промелькнула мысль. А ещё – что живой мне все равно от него не уйти.– Где мама? – Спросила упорно снова.– Могу позволить переговорить с ней... Через артефакт, – вкрадчиво заметил мерзавец, – а потом ты сама ляжешь на алтарь. Ты же не хочешь, чтобы дорогие тебе люди... да и нелюди пострадали? Хотя из твоего дракона я все равно сделаю шкуру и положу в главном зале замка, – герцог что-то отхлебнул из фляжки, – но ты должны сказать мне "да" прямо сейчас, полукровка. Байстрючка, – произнес с каким-то наслаждением.А я вдруг вспомнила свое видение и призрака. Он велел ни за что не говорить прямого "да". Мать ли будет со мной говорить? Кому верить?– Сначала поговорю с матерью, если вы мне мне позволите, – прокаркала. Во рту было сухо, меня преследовал горький запах лекарства.– А если я отправлю к его богам этого красавца? – Сухо спросил Эстаниош. И ткнул пальцем в Эр-Даарха.Ваэйр пустым взглядом смотрел перед собой, а вот я... Не отреагировать было сложно. Но я справилась.Лишь брезгливо наморщила нос, представляя, как несу отдельным личностям не только просветление. С собой я ещё прихвачу такое счастье, как кол в грудь, дамскую сумочку с пятью флаконами крема с ядовитой слюной гаргули – на голову, и флакон самых ядреных духов, которыми слуги опрыскивали только туалетную комнату – в глаз. Последним ударом милосердия.– Буду признательна. Этот негодяй совсем меня замучил. Буду откровенна, герцог, мне нет дела до драконов. И до отца нет, – я передернула плечами, – больше всего меня волнует собственное благополучие и мать. Но вы ведь это и так понимаете? – Я повернула голову, прямо и холодно смотря на своего врага.А он враг. Он тот, кого я уничтожу любой ценой.Ну же, смотри. Я проста и понятна. Человек, который дорожит статусом и удобствами. И лишь немного – одним существом, той, что его родила.Спина прямая, улыбка на губах.Душитель пожевал губу. Взгляд скользнул на мое слегка подранное платье.– Кажется, я поторопился от вас отказываться, леди Кейрин. Выживете – значит, оставлю при себе, – голос Эстаниоша снова обрел звучность.В его руках мелькнул круглый переговорный артефакт.– Я очень снисходителен сегодня, Кейрин. Звоните матери. И будьте благоразумны, – угроза читалась в каждом слове.Ледяная сила накатила на меня, кольнула, словно предупреждая. Но я и так почти все для себя решила...Настоящая леди не ведёт переговоров с шантажистами. Она их... уничтожает.Так что зря вы не поинтересовались, чему же на самом деле обучают юных леди, тварь иномирная. Но мне же проще. Будет на твоей улице скоро пирог с ядреными зельями. И контрольный накусь. Ничего, и без котика, с одной змеюкой на запястье и одним ваэйром справимся.Магическая связь установилась так легко, словно на другом конце только меня и ждали. Увы, это только подтверждало мои подозрения.

– Мама? – Я подпустила в голос нервических ноток. – Мама, это ты? Это Кейрин!Я вдруг задохнулась от нахлынувших чувств. Что если я ошиблась? Что если на другом конце связи моя мать – и ей грозит опасность? Что я буду делать тогда?! Непростой выбор. Хотя я прекрасно знаю, что сказала бы на это сама леди Миури.– Кейри, – тихий вздох. Родной голос, звенящий от облегчения.Мою грудь разрывает, мне хочется кричать и топать ногами, а ещё – броситься ей на шею. Я так соскучилась... Так соскучилась по ней. По ее глазам и улыбке, по смеху, объятиям, нашим маленьким вечерним обсуждениям за чашечкой горячего какао с вредными для фигуры пирожными с кремом...– Кейри, куда вы с мужем исчезли? Твой отец был в ярости, весь город судачит! Девочка моя, что произошло? – Голос на той стороне подрагивает, я всеми фибрами души ощущаю, как дрожит невидимая нить, которая протянулась между нами. – Если бы ты только знала, что у нас творится, Кейрин, – всхлип... был слишком уж громким и театрально-надрывным.Острая игла боли прошила душу.Предательство. Двойное предательство - это всегда неприятно.Я уже не верила, что со мной говорила мать. Зато, похоже, актрису этого подгорающего театра прекрасно знала.– Мамочка, ты же знаешь, это все так неожиданно случилось! И дракон этот, – я передергиваю плечами, – с ним ведь не поспоришь! Схватил – и уволок к себе, заявил, что у него дела есть на родине! Я боюсь его, мама, ты и сама знаешь, мужчинам нельзя перечить... Мне так жаль, что я причинила тебе столько неудобства, – шепчу. Мой голос сел, губы дрожат, и Эстаниош удовлетворено кивает.Даже тварь в нем поверила моей игре.Променять роль жены дракона на подмостки, что ли?– Кейрин, девочка моя, – голос на том конце звучит медоточиво, ласково, с лёгким укорящим надломом. Образцовый тон истинной леди, – я ни в чем тебя не виню. Наша доля – быть опорой и помощницей своему мужу. Жаль, что твой отец пришел в такую ярость, что... – ах, как искусно подрагивал голос! Я почти увидела, как она страдальчески поджимает губы, кривится, словно сейчас заплачет, и наматывает светлый локон на ухоженные пальчики.– Мама, он что... – я якобы задохнулась от гнева, дернулась, прижала переговорник на миг к груди и гневно посмотрела на Эстаниоша. Вот, смотри, у меня все чувства на лице написаны! – он поднял на тебя руку? – Кричу в голос.Сердце сжало от тревоги. Что, если так и было? Что, если маму не успели вытащить? Нет. Нужно верить в отца. Моего настоящего отца. Кейаргант Ардантэ землю перевернет, но мать вытащит.И будет вам, госпожа, большой песец, как мой котик любит выражаться, хоть я и улавливаю только общий смысл этого самого "песца".Эстаниош довольно скривился, и отдал парочке бугаев-охранников какие-то распоряжения.В ушах зашумело так, что я с трудом успела расслышать ответ из переговорника:– Милая, не стоит об этом, – сдержанный всхлип, – сейчас гораздо важнее твои спокойствие и безопасность... – в голосе – усталость и надлом. Не живой, театральный, с каким леди оседают на руки нужному кавалеру.Но... Переигрываешь. Ты действительно знаешь только маску, которую мать, как и любая другая знатная леди, носила на публике. Ты не знаешь ее настоящую. Не знаешь, что мама бы в первую очередь спросила о том, как я и где я, посему я связываюсь с ней сейчас, нет ли у меня проблем, счастлива ли я, не обижает ли дракон, что там в драконьей империи.И никогда бы не призналась, что у нее есть какие-то проблемы.– Мамочка, я помогу тебе, – бью кулачком в воздух, – мама, я тебя так не брошу, не думай! Я...
– мне определённо нужно выделить приз, как самой бессовестной актрисе.Браво! Бис! Занавес!– Достаточно! Ещё наговоритесь, – процедил Душитель.И резким движением погасил артефакт. А я... ощутила непередаваемое облегчение вместе с горечью, которая жжёт язык.В самом деле, очень глупо рассчитывать на то, что я не смогу отличить мать от сестры, которая пытается ей подражать. На это могли рассчитывать только те, кто о родственных связях знает преступно мало. Хотя... Если Эйвери за всю свою жизнь так и не удосужилась понять, на что способная любящая мать ради своих детей...Да, на том конце связи вместо матери была моя сестра. Она обманула меня, повелась наверняка на очередные блага и сладкие сказки, которые скормил ей отец. И предала.Я ведь ждала этого, но, пламя дракона, почему же так гадко?Больно на душе – обезболь. Можно – сковородкой по лбу, уколом по чужому самолюбию, или целительным настоем слабительного в ужин противника.– Ну как, убедилась? А теперь, Кейрин, поторопись! – В голосе герцога звякнула сталь.Я видела, как затрепетали ноздри его носа, а ядовитая чернота снова проглянула в глазах. Нетерпеливая. Отвратительно голодная, злая. Ненавидящая все живое вокруг.Я приняла решение. И точно знала, как именно стоит действовать. И, нет, я все ещё не была уверена, что поступаю правильно, что мой план "выгорит", как заметил бы Мройн... Но дело есть дело. И дело превыше всего.– Что случилось? – Друг рявкнул хрипло Душитель, оборачиваясь. В лагере царила суета. К нему подбежали двое – с докладом.А я, по обрывкам разговора, с ужасом и затаенным восторгом осознала, что мы действительно все ещё на территории драконов. Насколько безумным нужно быть, чтобы провоцировать ящеров?– Хоть напалмом все залейте, мне наплевать, как ты это сделаешь, капитан. Хоть сдохни, но чтобы час у нас был, понял? Хотя бы сорок тактов! – Снова лязгнул голос моего "жениха", пока я сражалась со сложной шнуровкой на верхнем платье. Хотя осталось от этого платья... Даже жалко.Ну да ладно. В нем и побегать - не побегаешь, и противника отвлечем. Там ещё все равно семь одёжек без застёжек.Подняла голову – и столкнулась взгляд с Эр-Даархом. Живым, яростным, живущим надеждой."Давай", – кричал он, – "начинай".

Верхнее алое платье под внимательными взглядами наемников кружевом осело на землю. Меня била дрожь. А лучше бы она била врагов при виде меня! Под платьем ещё есть нижнее, плотное, и сорочка – страшное оружие массового поражения!Чувства под запретом. Тиарграт. Я верю, что ты дождешься меня, иначе какой бы во всем этом был смысл, верно?При мысли о драконе сердце неприятно сжалось. Я не чувствовала его. Совсем. Наверное, ещё не умела – или он снова закрылся.Кейрин Ардантэ, не думай, а действуй. Ты уже надумала достаточно, чтобы устроить себе проблемы. Одно интересно – это провокация императора – или же в планы высокородного дракона главный враг на блюдечке в самом сердце империи не входил?Пальцы надорвали край плотной сорочки. А как же. Мешать будет, в такой не побегаешь. В горле свернулся ком волнения. Что Эстаниош собирался со мной де...Ничего. Ничего не будет, Кейрин.Наши с Эр-Даархом взгляды снова пересеклись. И вдруг от него ко мне ринулось что-то – стремительное и почти неуловимое.В тот же миг из-под валунов прыснули мелкие пушистые тельца. Магия ваэйра их вспугнула. Наверняка нарочно. Неизвестные мне грызуны заскакали на огромной скорости на задних лапах, визжа и смешно подпрыгивая. Длинные задние лапы мелькнули перед глазами. Ещё прыжок. Пушистая тяжесть на руках. И... я вижу!Снова вижу всех трёх призраков Эстаниоша, как когда-то при первой встрече. Воинственную воительницу, блеклую печальную девицу и брата ваэйра.Но теперь я знаю, что делать. Возможно, я выгорю – ведь сила заблокирована, а как долго странный грызун сможет давать мне возможность пользоваться магией – неизвестно. Пусть он будет последним. Но это будет хороший удар по печени некоторых негодяев – как насмешливо заметил в другой жизни лорд Ардантэ, рассказывая байки о своей юности.– Сейчас, Кейрин! – Шепнул призрак ваэйра.Он страшен в своем отчаянном оскале бессилия и надежды.В моих венах вспыхнул огонь. Ледяная сила некромантов заворочалась и вдруг охотно откликнулась, обжигая холодом тело.– Именем твоим, Великий Микрис, во славу твою, печальный лорд Корис, силой твоей, Ийрэ'Нхато'нир! – Прошептала я – и зло укусила сама себя за палец, до крови.И ни капли это невкусно, лучше бы сока налили!– Дар твой обещанный прошу, Микрис! Дай силы мне! – Добавила тихо.Я не знала, как должен был сработать дар бога. Как и на что я была бы способна с ним. Как мог он покарать Эстаниоша – и помог ли бы вообще.Выхода не было.Двое наемников повернулись ко мне. Зелёное пламя объяло руки, обжигая, выцеживая силу, которая вытекала по капли.Внутри все горело.Нити, что связывали призраков с Эстаниошем, скрипели.В той стороне, куда ушел Душитель, началась суета и крики, а потом...Все произошло так быстро, что на сетчатке только и отпечаталось, как одна картинка сменяет другую.Вот нити вспыхнули огнем, натянулись, протяжно скрипя. Я ощутила чужую боль, злобу, печаль, жажду расправы...Вот на руках вены вздулись от напряжения. Кажется, из носа пошла кровь.– Влево, пригнись! – Крик Эр-Даарха.Над головой что-то оглушительно взорвалось. Я успела уйти в последний миг, спрятаться за огромной глыбой, но ногу обожгло.Перед глазами плавали черные круги. Такое ощущение, что ещё мгновение – и меня просто вывернуло бы наизнанку.Лёгкие в огне, вдох вырывается пыткой. Пальцы дрожат от напряжения, проклятые нити как из стали!Я вижу, или, скорее, слышу, как осыпаются пеплом оковы Эр-Даарха.В воздухе звучит неслышимая мелодия. Как будто играют торжественный военный марш. Стремительная тень проносится вперёд, огибая меня, прямо на наемников.В ушах звенит злое:– Ты будешь долго жалеть об этом, тварь!Я выкладываюсь полностью. Мрак, надо было лучше мужа на брачную ночь уговаривать.С оглушительным – для меня – звоном – нити, что связывали призраков с их убийцей, вдруг лопнули.Пальцы скрючило от боли. Я упала на землю. Отстранённо промелькнула мысль – все это вопреки. Вопреки всем законам природы.В следующий миг я увидела, как на меня летит с перекошенным лицом один из воинов. Удар... Я жду, а его нет.На наемнике виснет пушистик – одним большим внушительным комком.– Думаю, ему уже все равно ничего не пригодится, – успеваю оценить хват зубов пониже талии стражника.Голова пустая. Разум холоден.Я действительно выжала себе до капли.В то же мгновение в руке вспыхивает клинок. Знакомый... Думаю, Эр-Даарх его точно помнит. Ведь он же мне его и отдал – только я обо всем забыла. Память девичья.Я держу меч неловко, но крепко. Не замечаю сейчас его тяжести. Есть только я – и моя цель.Сейчас не время и не место для сомнений, неуверенности и страха. Хоть прощай его, хоть проси - псам герцога безразлично, они не пожалеют. И я не стану.– Кто с клинком к нам придет, тот проблемы найдет, – шепчу, отводя руку немного в бок.Секунды слились в бесконечность. Удар. Я видела его глаза – пустые, сосредоточенные, без капли жалости и страха. Глаза убийцы.Клинок не промахнулся. Почти. По крайней мере, атаковать меня повторно этот точно не сможет. Меня круто развернуло. Руки разжались, я упала на землю, ударилась локтем о камень, а охранник Эстаниоша перелетел через меня – и распластался по земле.Очень хотелось прилечь – и заделаться нежной, томной и ужасно несчастной леди. Слишком много всего.Под руку подлезло что-то мягкое и пушистое. Черный глаз-бусинка хитрого грызуна выражал все, что он обо мне думал в этот момент.– Нет, а что лежишь? Встала и пошла, сколько врагов бегает недогрызенных! – Возмущалась мохнатая. Почему-то показалось, что это была девочка.Очень деятельная пушистая девочка.Тело окутал холод, бешено забилось в клетке из ребер сердце.И в этот самый момент я увидела... Сначала увидела, а потом уже услышала... что бывает с теми, кто пытается заигрывать с той стороной.

Бледно-голубые огни, вытянутые, с острыми режущими кончиками, похожие на сосульки, плотной стеной начали окружать Эстаниоша. Жалить, резать, колоть, проникать под кожу... Самое удивительное – он их видел. Что только подтверждало – этот Эстаниош – не человек. Такое даже не все некроманты могли бы увидеть.

Плотная стена огней готова была окружить и поглотить мужчину навеки. Это была магия, но что за магия? Почему от нее так тянуло потусторонним? Нет, большим, чем дыхание иной стороны. Неотвратимым, как могильная плита.тЭто были не призраки. Это было нечто куда более опасное. Сотканное из мертвой силы.

На миг я Душителя немного пожалела... пожалела, что он не убился побыстрее и самостоятельно. Я ведь добрая, скромная, нежная и приличная леди...

В этот самый миг воздух за спиной колыхнулся, но я не дернулась. Чувствовала, кто это. Но продолжала лежать, чесать пушистика, который и не думал сбегать, и смотреть в серое небо. Или его имитацию. Меня не трогать.

– А теперь самое сложное, онче, – шепнул голос Эр-Даарха, – остаётся надеяться, что Огни Эль'Маэ справятся с этим мелким божком, который вообразил себя повелителем вселенной... Как только его энергия исчерпается – я смогу его прикончить. До этого мига я бессилен, у него есть вещь, которая мешает мне к нему приблизиться... пока что, – зловеще добавил ваэйр.

Мелкий божок? Так вот, что это такое! Пьявка, присосавшаяся к смертному телу. Настоящий Эстаниош наверняка был не лучше, но он давно мертв. Теперь в его теле хозяйничает ... этот. Слишком много на себя берет!

Интересно, что такое это Огни. Надо будет попозже узнать, – вскинуло голову любопытство. В конце концов, ведь это я их сотворила. Или, вернее уж, великие боги - через меня.

– Для повелителей вселенной отдельная палата в лечебнице, – вяло возразила, ощущая как дрожь и холод все сильнее захватывают тело.

Воздух пронзило напряжение.

Все должно было решиться в считанные минуты. Перед глазами снова встали пылающие жаром и нежностью очи Тиарграта.

– Решите участь этого существа, Эстаниоша по прозвищу Душитель, – вырвался крик из самых глубин души, - по вашей воле и вашему решению, мрачные Владыки! Пусть никогда более он не сотворит зла в этом мире!

Это достаточно ясное пожелание, Микрис?!

Встать бы – и пожелать вдовесок полноценным смертоубийственным заклинанием в упор! Мне что-то подсказывало, что такие желания имеют свойство сбываться быстрее всего.

Сейчас же, увы, ожидание было невыносимым. Чаши весов натужно качались – и все зависело не от нас.

Где-то на границе Дардии и империи драконов. Один очень злой дракон

Драться приходилось врукопашную. Почти. И, хотя ходили слухи. Очень глупые слухи, что с мертвяками удобнее всего бороться огнем... Увы всем ретроградам, это давно было не так.Оскаленная харя высшего лича вспыхнула злорадным ликованием. Он угрожающе завыл, воздел кверху мерцающий ядовитым жёлтым светом жезл.– Всучу его ответным сюрпризом, – оскалился Тиарграт, – прямиком в сердцевину филактерии, тварь ты тупая...Руки подрагивали после многочасового боя, но это того стоило. Это его предназначение, его призвание, его судьба.Сила в венах отозвалась почти мгновенно. Мертвецов, которых подняли из могил, живой огонь не жжет, увы. Только пламя некроманта.Десяток облезших скелетов разлетелись кеглями, кости обратились прахом. По скуле прилетело осколком могильной плиты – лич пристрелялся.– Всем назад, – скомандовал Тиарграт отрывисто, – готовьте сеть.Где-то впереди оглушительно взревело изумрудное пламя. Такой силы его способен создать только Кей. Любимец магии. Ему есть за что сражаться – за свою женщину, с которой попытался сбежать ее муженёк. Вот только лорд Оттам Дерришх просчитался. Очень сильно просчитался.Его супруга умела, оказывается, далеко не только иголки соперницам на сиденье подкладывать или платье по шву распороть. Леди Миури умела ждать. И бить тоже умела. И сейчас эта женщина в одиночку удерживала собственного супруга в поместье, не позволяя ему сбежать. А тому наверняка хотелось... Ведь, организуя все это, Дерришх в кои-то веки не подумал о том, что будет, если предадут и подставят уже его самого. Был слишком уверен в собственной неприкосновенности.А Эстаниош бежал.Армия мертвецов увязла на подступах к небольшому городку с поэтичным названием Ишалоэ. Некроманты успели вовремя. Несколько драконов сверху не давали мертвым расползтись и точечными ударами выбивали наемников-контролеров. Так называемых "погонщиков", которые следили за тем, чтобы армия не разбредалась и шла точно к цели. Специальные амулеты позволяли им оставаться для нежити невидимыми и неслышимыми. Управляли погонщики мертвыми с помощью особых импульсов, но...Не будем об этом. Есть сейчас кое-что куда более важное.Подчиненные брали оставшихся немертвых в кольцо.Трёх личей, сотню упырей, пять десятков хошулоков – похожих на кляксы порождений магии смерти, шесть костяных големов и десяток шикшир, ядовитой нежити в виде костяных крылатых змей.Кажется, немного. Если не думать о том, что один костяной голем может смести полгорода. Столичного города, а не этого недоразумения. А против шикшир помогает только магия смерти высшего уровня – Аркан Шести Льясов. Им владеет всего-то десяток некромантов. Пятеро из них – здесь. Шестой он сам.Тиарграт успел отскочить в сторону и уйти перекатом в кусты, когда лич, озверев, ушел в последнюю трансформацию. Его глазницы полыхнули белым, скрюченная рука простерлась вперёд, а в пустых глазницах разгорелся огонь-гнилушка.– Сейчас шарахнет по площади! – Сухо выкрикнул командир второго отряда.– Яростью Мрака или Осколками Гнева, не иначе, – мечтательно протянул юноша с романтически печальными светлыми глазами и легкомысленными золотыми кудрями.Вот только все давно знали, что второго заместителя Главы Ордена и начальника разведки лучше не задевать лишний раз. Целым уползешь.– Кидайте сеть по моему сигналу. И я одновременно с вами ударю по филактерии. Я вижу её, знаю, где он её прячет, – сухо откликнулся Тиарграт.Зверь в душе яростно ревел и рвался прочь. Что-то было не так. Да, он оставил Кейрин в надёжных руках, но... было неспокойно. Как будто он что-то не учел. Не осознал. Упустил. От всех зелий, которыми пришлось себя накачать, голова едва соображала.На кончиках пальцев заплясали белесые огни.– Приготовились... – шепот.Озорная улыбка. Серьезный взгляд. Пламя волос. Леди-некромантка, дочь огня, душа дракона. Как она так быстро вошла в его кровь, сердце и душу, въелась в саму суть?На пальцах зарождалось одно из самых сложных заклятий. Белые огни вытягивали силы, болью отдавались магические артерии. Сердце сбилось с ритма. Нельзя отвлекаться. Не сейчас.Огни налились ослепительным сиянием серебра, полыхнули багровым, золотым, черным. Когти вытянулись. Взревел дракон.– Начали, – отрывистая команда.Темно-зеленая сеть упала на лича сверху.Тот оскалил зубу и зашипел, попытался разодрать ее когтями. Это почти получилось. Слишком быстрые реакции. Он что-то уже сожрал. Или, вернее, кого-то.– С-сейчас...Надрывный скрежет. Крики. Кто-то упал. Кинулась вперёд низшая нежить. Запас из трёх магов и отряда стражи бдел. Круг восстанавился. Сияние магии лича под сетью становилось все ярче, и это был вовсе не удар по площадям.– Когти Смерти, – захрипел кто-то.Цена этому творению тварей – чье-то сердце...– Убить их! – Взорвался мыслеобраз лича.Кровожадная гадина. Ритуал создания лучше не вспоминать...– Убить тварь! – Яростно согласился ящер в душе Тиарграта Кальсиара.Белые огни сорвались с пальцев. Он контролировал сложнейший аркан до последнего магического сгустка. Даже если пальцы изрезаны в кровь, даже если он выжал себя досуха – он глава рода. Опаловый лорд, первый по силе в Ордене, хоть и не самый старший из некромантов. Никто никогда не узнает, что ему может быть больно, плохо и сложно.По виску стекла кровь. И пот. В голове загудел колокол, оповещая, что сила не бесконечна.Заклятию остались считанные мгновения до того, как оно пожрет филактерию лича с осколком его гнилой души, и тот развеется пылью.И в этот миг он ощутил... Как иголку загнали в самое сердце. Гнев, страх, ненависть.Кейрин!Брачный знак обжёг кожу. Он потерял контроль над заклинанием на миг.

– Я держу, – голос Кейарганта спокоен.Огненный, друг, наставник. Волосы Ардантэ полыхнули ярче дневного света. За спиной – маленькая серьезная женщина со взведенным арбалетом. Тиарграт узнал этот упрямый прищур, мягкий контур губ и резкие очертания острого подбородка. И на миг остро позавидовал. Эти двое уже двигались и действовали как единое целое, как будто не было ни неопределенности, ни трагедий расставания, ни двадцати лет разлуки.– Закончил, – буднично сообщил Кейаргант, опустив руки.Только дрожь пальцев и лихорадочные пятна на щеках выдавали его усталость.Белое марево бешеной осой унеслось куда-то вперёд, к догорающему старому дому.А через три удара сердца все действительно было кончено. На месте грозного противника осталась только горстка пыли.– А теперь лети, – так же буднично и спокойно обратился Кей к другу, – и займись нашей последней проблемой.– Дерришх? – Короткий вопрос. Тиарграт должен был знать точно, что этот враг больше не доставит им беспокойства, хотя ящер уже прорывался на поверхность сознания.– Мертв, – Кей скосил глаз на свою пару, – теперь, когда он забыл о конспирации ради спасении своей шкуры, нам удалось собрать столько неоспоримых доказательств его вины, что даже королю Дардии будет нечего нам предъявить... Разве что благодарность за избавление от преступника, который мог быть замешан в перевороте и покушении на царственных особ. – Ещё один полный лёгкого сожаления взгляд в сторону от уставшей и как будто придавленной сейчас незримым грузом женщины.– Брось, – протёрла чумазое лицо его леди, Миури бывшая уже Дерришх, – так и скажи, что ты загрыз бы эту тварь самолично, но вместо этого всего лишь поработал огнеметом, когда он попытался заколоть меня ритуальным ножом и сбежать порталом. Естественно, Бернарду и всему королевскому роду нечего вам предъявить. Вы действовали с их полного благословения и решили их проблему.Какие нежные отношения. Но сейчас ему не до них. Похоже, волновать женщину рассказом о дочери Кей не хочет, хотя сам весь белый от ярости.– Леди, – церемонный поклон, – вы прекрасны, как летящий в цель кинжал. Теперь я знаю точно, что ваша дочь пошла в свою мать, – прижал ладонь к сердцу Тир. Кивок.Драконы не кланяются и не целуют руки чужим женщинам. – Хотя уверен, что уже говорил вам при прошлой встрече...– Лорд, – серьезный задумчивый взгляд этой непростой шейды.Увы, хотя пейзаж в виде перепаханного поля, осколков костей и черепов и луж слизи необычайно вдохновляет на признания всех видов – у него сейчас нет на это времени.– Мне нужно вернуться. Срочно. В нашей столице ещё остались... дела. Закончите тут все? – Тиарграт сжал челюсти.А после, не дождавшись ответа, сиганул в небо. Золотые небеса ударили в грудь, ветер мгновенно обласкал крылья, Черная Смерть яростно заревел, выдувая струю пламени.У него почти не оставалось времени, но толстая плотная нить вела вперёд точнее любых морских навигаторов. Туда, где было его сердце. Девчонка, которая должна была стать ширмой, которая казалась смешной зажатой недотрогой, обычной скучной аристократкой. Но все изменилось. За биение сердца, за долю мгновения? Нет. Она стала его истинной парой в тот миг, когда их ладони встретились. Но полюбил... полюбил он ее позже. За упорство и решительность. За то, что шла к своей цели и не сдавалась. Что училась на своих ошибках, жаждала знаний и была полна того исконного пронзительного благородства ума, с которым можно только родиться.Он думал, что сойдёт с ума, когда осознал, насколько сильно ставит ее под удар. Свою женщину. Свою пару. Свою эйленэ, половинку души.А ведь когда-то, в первые дни знакомства, она его почти раздражала и даже забавляла.Теперь он понимал ее гораздо лучше. Он понимал, что легко не будет. Кланы будет трясти ещё долго, наверняка не обойдется без боёв на ринге. Ведь оказалось, что некроманты не так уж... безопасны для женщин. Они имеют шанс найти свою пару, но – вот вопрос, который он очень хотел задать императору. Почему сейчас? Почему не раньше? Почему?!Тело пронзила дрожь. Он замахал крыльями ещё быстрее, настроился на открытие точечного портала в воздухе. Глухая стена. Он постоянно утыкался в стену, которая отгораживала его от жены и ее чувств. Проклятье, в самом деле, что мешало ему консуммировать их брак? Почему он откладывал это, вспомнить бы? Ах, да. Хотел позволить зародышу дракона супруги подрасти. Окрепнуть хотя бы немного. Он боялся... Впервые боялся причинить кому-то боль. Не кому-то. Нет. Ей, единственной. Не потому что она дочь друга и наставника – потому что Кейрин – это желанная игла в его сердце, огненная заноза.Мрак какой. Совсем распустился, сентиментальный болван.Вспышка. Воронка скрученного воздуха.Вопящие сигналки дворца. Над столицей то и дело поднимались дымки. Баррикады на улицах почти разобрали, пожары затушили.Стражи подлетели к нему – и тут же отстали. Но к тому моменту, как Опаловый лорд добрался до императорского дворца, он знал уже почти все.