Чтение онлайн

Сложно спорить, поморщился я, косясь на труп Браздогона, повисший в воздухе над землей - только рукава чуть колышутся. А где же... где Куруяд? Ах вот он: затих в траве, злобно блестит глазами, влажные волосы рассыпались и закрывают лицо, белое как мел и сморщенное от злости. Метанка по-прежнему без чувств. Повезло барышне: все ужасы битвы пропустила.

– Ну ладно.
– Я слегка прихлопнул ладонями кожаным бедрам.
– Битва закончилась, теперь зовите народ! Скликайте девок. Нам нужны люди, чтобы засвидетельствовали злодеяния Куруяда и его пособников.

Сзади - быстрые мягкие шаги. Я оборачиваюсь... и замираю в радостном удивлении: вила Шнапс подходит ко мне со стрелой в плече, со стилетом в пробитом бедре... Неужели это возможно?! Она жива! Даже улыбка мерцает на губах - правда, немного странная улыбка. Похожа на болезненную гримаску значит, вила все-таки чувствует боль? Тогда... почему не хромает? Фантастическая выдержка у этих Стенькиных девиц. Разгуливают как ни в чем не бывало - с отравленными кинжалами в бедрах... Настоящие биороботы.

Слепой акустик Лито, заслышав легкие шаги, оживился:

– Псанька, ты это?! Вот и ладно. Давай-ка скликай разбежавшихся девок. Скажи им, что опасность миновала. Пусть приходят подивиться на похитителей боярской дочки...

Глядя в упор на слепца, Шнапс медленно приобнажила верхние зубки:

– На каком основании вы мне приказываете, грубый мужлан?
– Голос ее прозвучал с необычным, едва уловимым искажением тона.
– Вы... знаете кто? Вы - пошлый сексист!

– Что? Что вы сказали, Шнапс?
– в ужасе выдохнул я...

– Ваш сотрудник - сексуальный расист!
– прозвенела Шнапс неродным голосом.
– Неужели он думает, что наличие отвратительного отростка в промежности дает ему право командовать человеком противоположной гендерности?

– Молчи, баба, - хладнокровно предложил Лито.
– Возможно, кому-то из наших витязей нужна помощь. Живо собирай девок, пусть ищут раненых...

– Не терплю, когда командуют!
– прошипела Шнапс и вдруг... Странный звук. Я вздрогнул и похолодел: маленькая отравленная стрела. Звенит и трепещет в груди Лито... Слепец удивленно раскрыл рот, протянул пальцы к груди, потрогал оперение...

– Я научу вас уважать права женщин!
– проскрипела Шнапс, грозя стиснутым кулачком. Лито горько вздохнул... и упал навзничь.

– Зачем она, п-премиленький князь?
– Лицо Руты вмиг стало белым, как у снегурочки... Я обернулся к Стенькиной виле, гордо замершей в красивой позе: подбоченясь, подняла трофейный арбалет к окровавленному плечу.

– Шнапс! Что вы де...

– Отличный выстрел, подруга! Браво! Браво и - бис!
– раздается голос из-за спины. Это Феклуша, я узнал ее... Оборачиваюсь и обмираю: стройная девушка идет спокойно, легко и красиво, будто по парижскому подиуму... Жива и цветуща, как прежде, а из горла торчит стрела, и вся грудь залита кровью по пояс...

Голова моя кружится - сначала медленно, потом быстрее...

– Это... это враги, - шепчут белые губы Руты. Княжна инстинктивно поднимает длинный лук; колючие слезы в глазах.
– Я знала, я чувствовала.

– Вот глупость!
– жестко хохочет Феклуша.
– Разве мы враги князю Лисею?

– О нет, сестра Текила, мы не враги, - улыбается Шнапс, покачивая арбалетом.
– Я весьма верно служу князю Лисею. Я даже читаю его тайные мысли. И считаю своим долгом ограждать вещего князя от случайных попутчиц. От безумно влюбленных идиоток с сомнительной репутацией!

– Прекратить!
– ору я, не слыша голоса своего; в голове разбухает ужас, как пыльная вата глухая.
– Что вы себе позволяете?! Что вы делаете, Шнапс?!

– Я устраняю капканы с вашей дороги, высокий князь, - серьезно и как-то наставительно ответила Шнапс и быстро обернулась к Руте, направляя на княжну трофейный арбалет Браздогона.
– Вы очень глупы, рыжая княжна. Вы позорите своих сестер. Вы нарушили приказ и пришли сюда... Отчего вы все время путаетесь под ногами? Вы надоели. Теперь - прощайте.

Рута не успела даже вскрикнуть.
– ------------------------------------------------------------------------

Послесловие.

Фэн-фанк, или профанация фэнтези

как новый жанр окололитературной халтуры

(критическая реплика для высоколобых читателей)

Полтора года посвященные с нетерпением поджидали продолжения сенсационной саги, обмениваясь сладкими слухами: вот, дескать, в очередном томе у князя Алексиоса будет ночь нежной близости с княжной Рутой, Данила красиво овладеет повзрослевшей Бустей, а Бисер пошло, обыденно трахнет Метанку. Ура, дождались: романтические длинноволосые девы, прыщавые ботаны, подслеповатые хакеры, юные почвенники бросились в книжные магазины и теперь шуршат, разбираясь, кто же кем же все же овладел.

Ну-ну. И что мы таки получили? Автор не обманул читательских ожиданий. Как и два предыдущих тома, свежеиспеченный клон мироновского сериала представляет собой прекрасно замученный (от слова "мутить") и недурно пахнущий коктейль - состряпанный между тем из... самых дешевых ингредиентов.

Внюхаемся, вчитаемся. Меж двух твердых корок книжицы - рыхлая мякоть литературного комикса. Ни сюжета, ни единой интриги: сплошные скетчи, рожицы и веселые картинки, раскрашенные от руки детскими фломастерами неаккуратно, но ярко. Нравится девочкам, нравится мальчикам. Между тем давайте оторвем прикипевший к странице взгляд. Возведем его к потолку и задумаемся: о чем эта книга?

Да ни о чем, быстро ответит читатель. Читаю, потому что нравится мне. И плевать, куда выведет речка, главное - что плыть по ней приятно, тепло, и водичка благозвучно булькает, и цветочки по берегам благоухают. И не догадывается разомлевший читатель-пловец, куда течет и во что впадает тепловатая изгибистая Волга авторского повествования.

Все правильно: таков мироновский метод письма. Книга висит в воздухе сама по себе, подобно зачумленной маленькой планете в безвоздушном пространстве. Эту планету "Древнерусской Игры", этот зеленоватый лесистый глобус ничто не поддерживает - осевая нить единой авторской идеи оборвана, тренога жесткой сюжетности отброшена, и зажимы классических фэнтезийных коллизий презрительно отвергнуты литератором-демиургом. А почему, спросите вы? Да потому что - лень. Вот и весь "секрет" стиля фэн-фанк. Автору л-е-н-ь закреплять свою вымышленную реальность в рамках нормальной литературы. Лень проверять исторические факты, лень покрывать холст блестящим лаком...

Именно это я называю халтурой. Именно поэтому у Миронова девушка из десятого века неожиданно оказывается облаченной в _сарафан_ (до шестнадцатого века так назывался м-у-ж-с-к-о-й костюм, но автор не удосужился заглянуть в учебники). Именно поэтому невесть откуда берется в позапрошлом тысячелетии масштабный сионистский заговор, вызревающий (как мило!) в глухих рязанских лесах. Наконец, именно поэтому кисть автора не выписывает детали славянского быта, скользит по ним пугливо, бегло и поверхностно: не дай бог умный читатель заметит-таки-же-ж-блин банку из-под кока-колы, закатившуюся под резной сундук в княжеской гриднице!