Чтение онлайн

Большой храм в Мадуре

Особо заметное место в наследии зодчества занимают изумительные раджуптские замки. В храмовой архитектуре юга Индии преобладали обширные комплексы. Большой храм в Мадуре стал уникальным синтезом архитектурных и скульптурных совершенств. Несмотря на некоторую растянутость, высящийся в центре храм (святилище) вместе с близлежащим водоемом, а также другими культовыми зданиями являет собой потрясающую по красоте картину.

В капище

Все здания не только снаружи, но и внутри украшены скульптурой и резьбой. Это вообще характерная особенность древней индийской архитектуры. Наиболее грандиозные здания – «Тысячеколонный» зал (точнее 985 колонн), построенный в 1560 г. и расположенный вне наружной ограды мандапам (нечто вроде притвора), который был сооружен в 1626–1633 гг. Его зал имеет 100,6 м в длину и 32 м в ширину. Четыре ряда колонн образуют центральный и два боковых нефа очень внушительного вида. Внешняя ограда храма в Мадуре достигает размера 221 ґ 259 м. Весьма возможно, что концентрическая планировка, размеры дворов и стен храма имели оборонное значение. В Раджастхане и Бунделкханде уцелело около 30 раджуптских замков, которые были построены примерно с 1500 г. и до первой трети XVII в. включительно. Конечно, наиболее известный памятник могольского зодчества XVII в. – легендарный мавзолей Тадж-Махал под Агрой (1632–1650). Дели и Агра – столицы Могольской державы. Все, что тут создавалось, служит прославлению гения и могущества царей. Здание мавзолея выполнено из белого мрамора и лишено рельефной резьбы. Облик его в отличие от традиционных индуистских храмов (с их многочисленными скульптурами богов) отвечал мусульманской идее о едином и невидимом божестве. Все стены украшены стилизованными растительными, геометрическими, эпиграфическими орнаментами. При власти Шаха-Джахана в могольской архитектуре наступило «царство белого мрамора». Хотя не менее замечателен и Золотой храм в Амритсаре, «Дом Господа», гордость сикхов.

Тадж-Махал близ Агры

И храм действительно кажется каким-то чудом, когда его стены и купола отражают свет жаркого солнца и хладный свет луны. Парк с водоемами дает комплексу дополнительную эффектную перспективу. Это – подлинная жемчужина Востока… Среди других творений индийских архитекторов можно назвать Моти Масджид (Жемчужную мечеть), в Красном форте, в Дели (1662 г.). Чрезвычайно интересен и «Дворец ветров» в новой столице Раджастхана, Джайпуре, который был распланирован и создан, как и вся столица, ученым Ведиадхаром по древним строительным шастрам. Одним из шедевров является, как уже сказано, «Золотой храм» сикхов в Амритсаре (1764 или 1766 г.), многие другие изумительные творения. Поэтому не сомневаемся: все, кто когда-то видел величественные строения Красного форта на реке Джамне, на священном притоке Ганга, откуда некогда повелевал Акбар, кто хоть однажды узрел белоснежное чудо Тадж-Махала, сооруженного Шах-Джаханом (1627–1658) в память о любимой жене, воздадут должное этой волшебной и прекрасной стране грез.

Золотой храм в Амритсаре. XVI в.

Красный форт в Дели

В ряде храмовых комплексов Индии ощущается влияние европейского архитектурного стиля. В северном штате Пенджаб, через которые протекает «пять рек» (перевод слова «панджаб»), было королевство и город Капуртхала. Город был известен садами, памятниками и планировкой (его иногда называли Парижем Пенджаба). Во времена султана Махмуда из Газни в XI в. город начал возводить потомок раджуптского клана (рана Капур). Однако особенно расцвела Капуртхала при махарадже Джагаджите Сингхе и его сыне. Джагаджита Сингх, влюбленный во французскую архитектуру времен Людовика XIV, спроектировал и выстроил собственный «Елисейский дворец» – «Дворец Джагаджита», а его сады были разбиты на манер Версальских, т. е. он испытал на себе влияние европейского искусства и архитектуры.

Дворец Джагаджита в Пенджабе

Содружество стилей явило миру уникальные творения «индо-магометанского стиля»… Арийские, индуистские и арабо-мусульманские мотивы переплетаются и перекликаются тут, словно певчие птицы в густой сельве тропических лесов. Достаточно бросить взор на всем известные мавзолеи, тронные залы, городские ворота и кладбища. П. Гнедич писал: «Самыми распространенными постройками Индии являются так называемые мавзолеи или надгробные царские памятники. Мавзолеи эти возникли так: государь выбирал место обыкновенно на каком-либо живописном перекрестке за городом, усаживал его кипарисными деревьями, устраивал в саду фонтаны, обносил вокруг оградою, а посередине воздвигал купольное здание с минаретами вокруг и изящным порталом у входа. Сюда, когда постройка была готова, собирался хозяин с гостями, устраивал пиршества и праздники, обращая свою будущую могилу в дом веселья; когда он умирал и его хоронили под полом в склепе, мавзолей затихал, и какой-нибудь дервиш оставался его хранителем. Здания эти оригинальны и красивы… Нам, так привыкшим к этому луковичному венчанию здания, которое так обычно в России, индийский стиль кажется чем-то родным и близким». Размеры куполов иных мавзолеев столь велики, что соперничают с куполами собора Св. Петра и Пантеона.

Гробница

Минули века и годы… Однако талант великого народа, вобравшего в себя столько ярких красок и идей мирового искусства, искусства стран Востока, засверкал сегодня и новыми гранями. Великие мастера создают новые страницы индийской художественной славы. Так, в Индии существует жанр картин-свитков, то, что в России относили к лубочным картинкам. С давних пор барды переносили из деревни в деревню иллюстрации к исполняемым ими народным балладам. Этот способ донесения до слушателей и зрителей былинного творчества народа уникален.

Мусульманская Индия. Мечеть в Дели

Он и сегодня практикуется бродячими актерами. Картины такого рода создают мастера в Раджастхане, Махарашатре, Западной Бенгалии, Теленгане. Все они носят название – «картины в стиле чериал». Чериал находится в округе Варангал штата Андхра-Прадеш. Картины чериал выделяются своей красочностью, яркостью и живостью. Ремесленники, их изготавливающие (накаши), делают также куклы и маски, а также специальные свитки, на которые изображены части какого-то рассказа. Обычно рассказ начинается с показа Ганеши, этого самого популярного персонажа индийской живописи. Темы сказаний художники заимствуют из репертуара индийской мифологии, великих эпических произведений Рамаяны и Махабхараты, пуранических сказаний, местного фольклора, повседневной жизни. Некоторые свитки столь велики, что состоят из 40 или 50 частей. Их можно назвать «народным сериалом».

Персонаж индийской живописи – Ганеша

Искусство народа Индии чрезвычайно богато талантами. Среди них 42-летний художник Кришна Канхай, возродивший старую традицию украшения картин золотой фольгой или чернилами, столь же древнюю, как и Махабхарата. Об этом говорится и в Рамаяне. В Средние века иллюстрации к манускриптам джайнов, как известно, были выполнены золотыми чернилами. Любопытно, что тут ощущается и персидское влияние, ибо именно мусульманское правление дало толчок традиции создания картин, украшенных и отделанных золотом. Итогом влияния стало то, что почти все школы миниатюр использовали для их украшения золото. Во время господства британцев великие традиции были забыты. Но пришло время, Индия воспряла, ее духовная жизнь стала более интенсивной и богатой. Время требовало возвращения к классике. И явились наследники былого великолепия. В небольшом городке Вриндаван, что расположен в 150 км от столицы Индии, Нью-Дели, где, как уверяют, когда-то провел детство пастух Кришна, творит замечательный художник. Кришна Канхай вернул городу славу, начав создавать украшенные золотом и драгоценными камнями картины, портреты. Картины стали примером удивительного слияния древности с модерном. В России такого рода синтез рисунка и инкрустаций из камней и позолоты встречается в русских иконах. Открыв студию, Кришна стал обучать студентов этому редкому виду искусства бесплатно.

Образцы работы индийского художника Кришны Канхая

В России интерес к Индии возник давно. Но прежде следовало бы сделать небольшое отступление, дав (разумеется, в самых общих чертах) картину расселения и передвижения индоевропейских племен по огромным просторам Евразии. Сегодня чаще говорят о первом африканском человеке, но реже о том, что именно индоевропейская общность Евразии являлась ключом ко многим процессам, зарождавшимся в отдельных сообществах и культурах, в том числе в Европе. Надо отметить, что протославяне на протяжении тысячелетий являлись посредниками между западной и восточной группами индоевропейских народов. Они веками вбирали культуру иранцев, хеттов, североиндийских ведических арийцев, греков, латинов, кельтов, балтов, германцев, фракийцев, родственных им племен славян и гуннов. Как пишет А. В. Гудзь-Марков, срединное положение славян предопределило «не только мощь и универсальность их (славян) языка, являющегося наиболее богатым и консервативным среди собратьев, позволяющего расшифровать клинопись хеттов и сохранившего само слово «Веда» как венец праведности, то есть нравственной чистоты, но оно предопределило историческую миссию славян как центрального фундаментального начала Евразии, границы которой пролегли от восточных Альп и Эльбы (Лабы) на западе до Тихоокеанского побережья на востоке, от Средиземного моря на юге до Ледовитого океана на севере». Возможно, уже на ранних этапах той далекой истории вырабатывалась матрица будущей цивилизации. И для этого нужен был народ (народы), который смог бы объять необъятное, впитать в себя все языки, культуры и религии (от форм язычества до буддизма, конфуцианства, католицизма, мусульманства, православия, протестантизма), все типы и расы. Мы видели, что многие народы (в лице их талантливых, гениальных творцов) внесли свою лепту в развитие человечества.

Читракут. Храм

Они стремились объединить различные культуры. Вначале это были протоиндоевропейцы, заселившие степи юга Восточной Европы, юг Урала, Сибири, Среднюю Азию, часть земель Малой Азии, Месопотамии, Ирана, Афганистана. Когда отступили льды, губившие все живое, на юге возникла городская цивилизация Передней, Малой и Средней Азии, «разом расцветшая, словно весенний луг». Почти одновременно с нею в V–IV вв. до н. э., на водоразделе между Танаисом (Дон) и Борисфеном (Днепр), зародилась и стала быстро развиваться древняя индоевропейская культура (так называемая Днепро-Донецкая археологическая культура). Ее представители, отличавшиеся силой и богатырским ростом (средний рост 189 см), стали волнами продвигаться в Центральную и Восточную Европу. В числе переселенцев были и хетты, и арии. Обитатели великой равнины Айриана-Ваэджо, возможно, привнесли и боевые колесницы, и традицию погребения в курганах. В Авесте прямо говорится о том, что прародина ариев, Айриана-Ваэджо, расположена на берегах благодатной реки Вахви-Датия (возможно, Волга). Также сказано, что Ахура-Мазда сотворил «наилучшую из стран и мест обитания», с рекой Вахви-Датией: десять месяцев там зимние, два – летние. Собственно, у индоевропейцев всегда было как бы два крыла: одно – восточное (туранцы, тохары, киммерийцы, скифы, сарматы), а другое – западное (будущие кельты, германцы, балты, славяне, латиняне, греки, иллирийцы, фракийцы). Эти крылья подняли ввысь человечество.

Вернемся непосредственно к истории народов Индии и России… Два соседних народа в равной мере испытали на себе удары судьбы в виде монгольского нашествия. Известно, что русские солдаты, попав в плен к татаро-монголам, воевали в армии Гази Малика в начале XIV в. В XII в. на Руси была популярна «Повесть о Варлааме и Иоасафе, царевиче индийском» (Иоасаф – искаженное индийское «бодхисаттва», вошедшее через персидско-араб-скую форму имя Будасф). Был сделан перевод текста с греческой версии на древнерусский язык. С XV в. Индия прочно входит в обиход сознания образованного русского человека. В ходу сказания о Рахманьском острове, индийском царстве, стране, где живут праведной жизнью «рахманы», у которых нет ни царей, ни вельмож, нет разбоя, купли-продажи и прочих пороков. В «Хождении Зосимы к рахманам» те представлены как образцовые христиане. Интерес к Гиндустану особенно вырос со времени путешествия А. Никитина (1466–1472), совершившего хождение в Индию с караваном. Царившими там порядками и нравами он был удивлен. «Вот, братья русские христиане, кто хочет пойти в Индийскую землю, тот оставь свою веру на Руси и, призвав Мухаммеда, иди в Индостанскую землю… Мне солгали псы-басурмане: говорили, что много всяких нужных нам товаров, но оказалось, что ничего нет для нашей земли. Весь товар белый только для мусульманской земли. Перец и краска дешевы. Но возят товар морем, иные же не платят за него пошлин, а нам они не дадут провезти без пошлины. А пошлины высокие, и на море разбойников много…» Поразило его и то, что «молятся они каменным болванам, а Христа не знают».