Чтение онлайн

 Чуть тише она добавила немного по-детски прозвучавшую фразу:

 - Они первые на нас напали.

 Доз собрала остатки сил и поднялась на ноги. Стив тоже поднялся, все еще опираясь на ее руку. Силы постепенно возвращались к нему, его кожа разглаживалась, хотя серые тени все еще лежали на его лице.

 - Она права. Возможно, не встреть я ее, все сложилось бы иначе, но я не позволю никому причинить ей вред, пока это в моих силах!

 Антуан с усмешкой на губах наблюдал за осмелевшей нечистью.

 - Причинить вред? А как ты поступил по отношению к ней?! Прости, вампир, но я призван защищать людей от таких как ты!

 В руках у священника что-то звякнуло.

 «Бутылка из-под пива», - глупая мысль стрелой пронеслась в сознании, Доз мысленно отмахнула ее, как назойливую муху. Нет тут ни пива, не бутылок из-под него… Яд – более вероятно.

 Опустив взгляд, Доз увидела в его руках висящую на тонкой цепочке разукрашенную камнями то ли флягу, то ли кувшин…

 Несколько капель вылились из горлышка. Тут до девушки донесся еще один металлический щелчок, такой знакомый ее слуху.

 - Может все же попробуем договориться по-хорошему, - угрожающим тоном предложил вампир, на что священник лишь молча покачал головой. Жидкость из кувшина обрызгала одежду Доз, ее передернуло от внезапного приступа отвращения.

 - Поздно. Вы дети демонов, и слишком опасны, раз силы Света не смогли уничтожить вас!

 - Может быть, силы Света отпустили нас?
– рискнула предположить Доз.

 Ее слова подействовали на человека, одетого в рясу высшего рарита. Он печально вздохнул и перевел взгляд на «флягу» со святой водой.

 - Тогда раскрой ладонь, где Всевышний оставил скрытый код твоей жизни. Если твой путь ведет к нему, Святая вода не причинит тебе вреда.

 Доз протянула ладонь. Несколько капель упали на нее. В первый момент ничего не происходило, казалось, внешне ничего не изменялось и после, но девушка едва сдержала крик. Ей показалось, что руку просверливают раскаленными сверлами насквозь.

 Она сумела не потерять самообладание - помогло то, что внешне с рукой ничего не происходило. Боль сковала руку, но Доз все же решилась заговорить. Голос стал еще более сиплый, при этом слова произносились достаточно легко.

 - Пожалуйста, отпустите нас. Мы не причиним никому вреда, прошу вас...

 Казалось, девушка сейчас расплачется. В глазах Антуана промелькнула жалость, но заговорил он все тем же суровым, лишенным эмоций голосом.

 - Вы не можете этого обещать. Рано или поздно вам потребуются новые человеческие жертвы, и я не в праве допустить этого.

 Антуан на миг отпустил глаза, но тут же вновь посмотрел на них.

 - Мне искренне жаль тебя, дитя. Жаль, что ты не смогла уйти с чистой душой в объятия Создателя.

 Сан поднял руку, но тут что-то со свистом рассекло воздух. Кувшин упал на каменный пол, звонкое эхо раскатилось по помещению. Лужица воды вмиг окрасилась в розовый цвет от капель крови.

 Отец Антуан удивленно посмотрел на вампира. Стив отпустил Доз и уверенно подошел к священнику.

 - Я предупреждал вас и говорю вновь. Я не испытываю никакого желания лишать вас жизни. Прошу лишь удовлетворить просьбу девушки, и мы покинем Священный Дом и эти места навсегда.

 Рарит стоял перед Стивом, схватившись за раненую руку. Ножик, пройдя ребром, оставил в ней достаточно глубокий порез. Не успел Стив сделать несколько шагов, как отец Антуан опустил здоровую руку в складки одежды и вынул небольшой по размерам колышек.

Доз, видя, что они оба настроены решительно, встала между ними. Как ни странно, магия священного места все меньше действовала на нее. Стив испытывал те же ощущения. Он сильно переменился за эти несколько минут, мука в глазах исчезла, сменившись жесткостью.

 - Да прекратите вы оба!
– заорала на них девушка.
– Я поначалу и правда поверила, что вы святой!
– она зло посмотрела на отца Антуана.
– А вы всего лишь садист! Почему бы вам ни пригласить благодарных зрителей? Там за дверью их собрался целый поселок. Или вы любите подобные зрелища смотреть в одиночестве?

 Доз кипела от злости. В этот момент она ненавидела этого старика, как никого другого.

 - Что же вы ручку опустили? Давайте, бейте! Мы тут, вот, перед вами! Простите, что сразу не сгорели, видимо, ваша святыня не подчиняется больше силам Света!

 Стив, да и сам рарит изумленно уставились на маленькую фурию, у которой в уголках глаз заблестели слезы, вызванные злобой и отчаянием.

 Отец Антуан опустил руку с колом.

 - Молить о жизни вам нужно не у меня, а у Всевышнего. Девочка моя, ты понимаешь, что сейчас чужая в этом мире?

 - Понимаю, - Доз не лукавила. Она здесь чужая, впрочем, это чувство чужеродности не покидало ее лет эдак с восьми.

 - Найди своего ангела. Я вижу, что ты отмечена. И Чертоги не смогут удерживать тебя слишком долго. Вампира мне следовала бы уничтожить, но … пусть сопровождает тебя. Только помни, что он нечисть. А ты нет.

 Подняв с пола кувшин и поставив его на альков, отец Антуан тяжело вздохнул и тихим сдавленным голосом проговорил:

 - Идите за мной.

 Развернувшись, он направился вглубь залы.

 Вампиры недоуменно смотрели ему вслед. Доз пыталась переосмыслить слова рарита, но это получалось с трудом.

 Стив поднял с пола ножик Доз - вид у него был несколько растерянный – и потянул подругу за рукав. Ей ничего не оставалось, как молча последовать за ними.

 Они прошли по узкому коридору, завернули в маленький закуток. Отец задумчиво остановился перед едва различимой низкой дверцей.

 - Как я полагаю, - тихим, но уверенным голосом заговорил он, - farvor у вас.

 Стив промолчал.

 - Что же, пусть будет так, эта вещь никогда не принадлежала моей церкви.

 Голос отца Антуана звучал теперь по-старчески хрипло и устало. Да и сам он теперь выглядел как древний старец: весь ссутулившийся, понуривший голову, на его лице появились невидимые ранее глубокие морщины. Поглядев на него, Доз перестала злиться на этого человека. Ее злость даже сменилась жалостью к старику.

 - В чем-то ты права, девочка. Почему-то я никогда раньше не задумывался об этом. Вы все еще люди, и я не могу вас убить. Просто уже не могу, - священник смотрел на нее усталыми печальными глазами, в которых не осталось больше света, только тонкая поволока старости.