Чтение онлайн

– Эй, Коде... Ты какой-то странный сегодня, – сказала она, подозрительно глядя на него.

– Это потому, что я ночей не сплю, – сказал вдруг он очень жалобно. – Я страдаю. Анкан и Ани не дают мне покоя, они всё время хохочут и щиплют друг друга, и у меня болит голова. Тили, приходи сегодня ко мне и принеси что-нибудь от головной боли. Я не выдержу ещё одной ночи без лекарства.

Тили снова совершенно не к месту хихикнула.

– Коде, ты мог бы и сам прийти к ней, – покачала головой Аяна. – Ты уже выздоровел.

– Нет-нет, – сказала Тили. – Я приду. У нас мне будет очень неудобно его лечить.

Коде закашлялся так, что покраснел.

– Вот видишь, – сказал он, когда прокашлялся. – Я ещё болею.

Тили сунула ему коврижку.

– Держи. Приходи на праздник, будут танцы. Потанцуй со мной, и я приду сегодня лечить тебя.

Коде кивнул, и у него покраснели уши. Он закрыл их руками и большими шагами ушёл в сарай.

Аяна проводила его глазами и взглянула на подругу, но та была совершенно спокойна.

– Что это с ним? – спросила она, когда они вышли на улицу и направились в сторону двора Олеми.

– Наверное, последствия болезни, – сказала Тили, пожав плечами. – Ты же слышала, как Сола сказала – «долгий путь к выздоровлению».

Аяна кивнула. Мыслями она была уже с сестрой.

Двор, куда переехала Олеми к своему мужу, Арке, располагался на примерно равном удалении от двора каменотёсов, где жил Брин, и двора арем Тосса, и был небольшим по сравнению с окружающими. Здесь издавна варили бумагу и переписывали книги, и Аяна частенько заходила сюда помогать раньше, пока не занималась столько шитьём и вышивкой.

На первом этаже здесь все помещения занимали мастерские, и лишь одно отводилось под зимний очаг. Дверь была приоткрыта, Аяна сразу пошла туда, и Тили направилась за ней.

Олеми сидела у печи с чашкой горячего настоя и разминала ноги. Аяна видела её четыре недели назад, и ей показалось, что с тех пор живот сестры стал просто огромным. Та вскинула глаза и радостно улыбнулась.

– Сиди, сиди! – замахала на неё руками Аяна, когда Олеми попыталась встать и обнять её. Она сама подошла и встала на колени, обнимая сестру и чувствуя, как племянник пинает её изнутри.

– Ничего себе, какой бодрый, – округлила она глаза, отстраняясь. – Это теперь всегда так?

– Да, – кивнула Олеми. – Я чувствую себя огромной, как тот кит, которого однажды вынесло на наш пляж. И внутри меня вертится бойкая рыбка. Айи, как мама? Она навестит меня перед родами?

– Да, она сказала, что зайдёт скоро. Ты ведь слышала все последние новости?

Аяна рассказала о событиях последних двух недель, и Олеми кивала или задавала уточняющие вопросы.

– Я почти не слышу новостей. Я теперь с трудом хожу, потому что у меня при ходьбе болит вот тут, – она показала на низ живота. – Олем Нети сказала, что у меня разошлись какие-то кости и мне надо беречься. Аяна, я теперь просто восхищаюсь нашей мамой. Она выносила и родила двенадцать детей. Двенадцать! Мне кажется, если все будут такие, как я, наша деревня просто вымрет. Мы до сих пор не вымерли только благодаря таким женщинам, как мама.

– Олеми, ты так ждала этого ребёнка, – сказала Аяна. – Осталось совсем чуть-чуть. Когда твой срок?

– Ещё недели четыре. Но олем Нети и Оланна говорят, что уже через пару недель нужно быть в любой момент готовой. Айи, я так устала. Эти дни тянутся просто бесконечно. Мне кажется, что я разваливаюсь. Посмотри на моё лицо.

Олеми и правда изменилась к концу срока. Её лицо покрылось тёмными пятнами, и она немного располнела.

– Олем Нети сказала, что пятна пройдут до следующего лета. Я очень надеюсь на это. Они с Оланной говорят мне побольше гулять, и я гуляю, и ребёнок подгоняет меня пинками изнутри, – рассмеялась она.

– Хочешь, я сбегаю за Пачу и приеду за тобой на маленькой телеге? Её почти не трясет, и ты сможешь побывать на празднике Нэни, – предложила Аяна.

– Нет, я лучше останусь дома. Если я устану, ноги всю ночь будут беспокоить меня. Они по ночам ноют так, что это сводит меня с ума.

– А Сола или олем Нети что-то говорили тебе на этот счёт? – спросила Тили.

– Да, они сказали, что есть травы, чтобы это вылечить, но они навредят ребёнку, – развела руками Олеми. – Поймите меня правильно, я безумно рада малышу, но это всё дается мне слишком тяжело, и я много раз подумаю, будут ли у него братья или сёстры.

Аяна предложила ей лепёшку, но Олеми отказалась, потому что после жареного у неё теперь болел живот.

– Пожалуйста, Айи, обними маму крепко-крепко, – сказала она, прощаясь. – И скажи, как сильно я её люблю.

Они вышли от Олеми в задумчивости.

– Мне жаль Олеми, – сказала Тили. – Она мечтала о малыше с того дня, как перебралась к Арке, и все эти годы пила разные травы и мерзкие снадобья Оланны. И вот наконец у неё в животе растёт малыш, но теперь её тело изменилось, ноги болят и кости расходятся. Ох, если бы можно было иметь детей, не проходя через всё это...

– Может, это специально так задумано? Люди больше ценят то, что достается им трудом, – сказала Аяна.

– Трудом, а не страданиями, – возразила Тили. – Страдания — это не труд. Это боль души или тела. Боль иногда побуждает нас к движению, но чаще всего она лишает нас возможности двигаться или рассуждать здраво. Помнишь сказания? Сильные душой люди умеют и боль, и свои страдания преобразовывать в силу, но таких мало... Я точно не такая. Боль заставляет меня съежиться в уголке и замереть, ожидая, когда она закончится. Я даже женские дни стараюсь проводить в кровати.

– Тили, ты совершенно точно не слабая, – удивилась Аяна.

– Ну, не знаю, – не согласилась с ней подруга.

Наконец они добрались и до двора арем Тосса.

– Смотри-ка, как много тут народа, – удивилась Тили, пропуская телегу с несколькими дворовыми. – Я боялась, что к тому времени, как мы доберёмся, все уже уедут на праздник.

– О, Тили! Айи! – воскликнул Алгар, завидев их из окна над воротами. – Подождите, я сейчас спущусь!

Он сбежал по лестнице и встретил их в подворотне.

– А чем так вкусно пахнет? – спросил он, принюхиваясь.

Аяна показала ему корзинку с лепёшками.

– Я отнесла часть на общий стол, но мне хотелось, чтобы ты точно попробовал.

– О, какая вкусная начинка. Это не все? Есть ещё? – сказал он, откусывая кусок.

– Да, много. Мы вчетвером готовили их с утра. Тили пришла и сказала, что Даро выздоравливает, и мы напекли лепёшек. Ты собираешься на праздник, Алгар? Твоя мама просила взять коробочку из её комнаты, там подарок для Нэни.