Чтение онлайн

Они дошли до учебного двора и поднялись в комнаты для занятий. В коридоре висел лист бумаги, на котором были помечены дни, когда олем или арем придут вести урок. Аяна старательно переписала его себе на лист бумаги.

– Из-за того, что многие болеют, у нас меньше занятий. Ты правда ни разу не была в этом году? – спросил Алгар.

Аяна покачала головой.

– К нам приходил арем Дэн. Рассказывал, как ухаживать за лежачими больными. И Басто, который показал новое стекло с красивыми искрами и рассказал, как такое делать. После этого занятия один парень стал ходить к ним во двор.

– Так эти занятия для того и нужны, чтобы кто-то заинтересовался чем-то новым. Это же здорово.

– Новое — не всегда лучшее, – нахмурился Алгар. – Аяна, будь осторожнее с этим Верделлом. По деревне ходят слухи...

– Да хватит! – разозлилась Аяна. – Хватит! Надоело!

Она стояла, сжав кулаки, и Алгар округлил глаза и выставил вперёд ладони.

– Прости! Прости. Я просто волнуюсь, что он может...

– Он не может! Он мой приятель! Он ещё ребёнок! Всё, я не хочу продолжать этот разговор!

– Ты очень сильно изменилась, Айи, – печально нахмурился Алгар.

– Это плохо? – спросила она.

– Не знаю. Я только надеюсь, что, когда они наконец уедут, ты станешь прежней.

Они разошлись на перекрёстке, и Аяна вернулась домой дошивать куртку, прикидывая, на какие занятия она хочет ходить. Очень хотелось снова послушать сказания под музыку, но в ближайшем расписании такого не было, а остальные занятия были скорее для малышей. Зато у неё появилась другая мысль.

– Конда, хочешь сходить в учебный двор? – сказала она, глядя, как он поправляет рукава куртки. – Посмотришь, как там всё устроено.

– Очень хочу. Но Воло не отпускает меня. Он раздобыл где-то длинный кафтан, какие-то невероятные шерстяные носки, и теперь бодро таскает меня по всем делам и половину их поручает мне, причём даже те, по которым можно было бы отправить даже Верделла.

– Верделла лучше не отправлять с поручениями, – хихикнула Аяна, присаживаясь на кровать. – Это может закончиться непредсказуемо. Боюсь, он может случайно открыть проход в долину духов, если заблудится ещё раз.

– У меня складывается впечатление, что Воло просто всеми силами старается не подпускать меня к тебе. Меня это злит. Но его доводы такие тошнотворно разумные... Аяна, ты знаешь, что у тебя вышло просто чудесно?

Он покрутился перед зеркалом в тёплой куртке. Она сидела на нём прекрасно, и Аяна не могла отвести глаз.

– Я сейчас начинаю верить в то, что ты меня считаешь красивым. Только, мне кажется, она слегка свободна.

– Ты примеряешь её на тонкую рубашку. Надень ещё шерстяную, и сразу поймёшь, зачем такой запас. А ещё толстый шерстяной платок вот так, – она махнула руками от плеч вниз. – А сверху твой плащ, я как раз повесила его на сеновале.

– Я же сварюсь заживо.

– Нет.

– Я уже медленно поджариваюсь в ней.

– Сними её. Мне надо пришить ещё одну застёжку на плече.

Он снял куртку и отдал ей.

– И рубашку тоже.

Конда начал стягивать рубашку, но остановился.

– Это еще зачем? – с подозрением спросил он.

– Просто хочу посмотреть, – сказала она, слегка краснея.

– Аяна, – укоризненно сказал он. – Так нельзя.

– Ты не приходишь ко мне. Мне очень одиноко. Я раньше не замечала, как мне одиноко.

Он сел рядом с ней.

– Ты помнишь, что обещала мне записать песни?

– Да.

– Запиши, пожалуйста. Все, которые знаешь.

– Я думаю, тебе не понравятся песни, под которые мы работаем. Они очень заунывные. Я запишу тебе те, которые повеселее.

– Все, какие хочешь. И разные поговорки тоже. Аяна, я ближайшие дни проведу в вашем верхнем городе. У нас там дела с кузнецом. Нет, правда. Это действительно так. Это не Воло придумал. Мы там останемся на пару ночей, чтобы не ездить туда-сюда по снегу.

Аяна печально посмотрела на него.

– Тогда приходи, когда вы вернётесь. Вы с Верделлом уезжаете?

– Да. Воло держит его под присмотром на всякий случай.

– Поцелуй меня.

Он поцеловал её, и она уткнулась носом ему в шею.

– Не забудь про песни, – сказал он.

На третий день они не вернулись, потому что начался снегопад. Снег плотной стеной опускался на мир. Аяна сидела на кровати и смотрела на белизну за окном. Эти дни без Конды, без его сосредоточенных морщинок у глаз, без его улыбки, казались бесконечными. До этого, когда Воло уводил Конду на весь день, она могла хотя бы мельком увидеть его вечером, но сейчас невозможность даже случайно встретить его была мучительной.

Вдруг она вспомнила кое-что. Лойка! Она родилась в этот день. Аяна подсчитала по пальцам. Да, ошибки не было... Они забыли про праздник сестры!

Она сбежала вниз и постучалась в комнату родителей.

– Да, солнышко! Заходи!

Мама расчесывала волосы, сидя на кровати, а отец дремал рядом.

– Мама, как ты поняла, что это я? – спросила Аяна тихо.

– Я узнаю вас по шагам, – рассмеялась мама. – Вот недавно Лойка вышла из детской.

– Я пришла как раз из-за этого. Мама, у неё же праздник сегодня!

– Я помню. Вчера мы с Марой поставили её любимый пирог с яблоками. Не тревожься, солнышко. Зайди к Соле, она занимается праздником сегодня. А скоро и твой праздник... Через две недели. Какое угощение ты хочешь?

– Не знаю. Мне всё равно. Любое из того, что я ем!

Она с улыбкой вышла из комнаты и пошла умываться. Лойка будет рада пирогу.

Сола была у себя в комнате, она тоже сидела и смотрела на снегопад за окном. Она молча похлопала по своей кровати, и Аяна присела к ней. У Солы в зимней комнате пахло травами и снадобьями, и Аяна любила тут бывать.

– У Лойки праздник рождения.

Сола кивнула. Она часто бывала молчаливой по утрам. Аяна подтянула ноги на кровать и примостила подбородок на коленку. Молчание рядом с Солой не было гнетущим. Аяна наслаждалась этой тишиной.

Снег падал и падал, как будто кто-то снаружи перестилал белоснежную постель. Аяна немного подвинулась к Соле и положила голову на её плечо.

– Иногда я смотрю на снег, и мне хочется уснуть и проснуться только весной, – сказала она. – Сола, с тобой так хорошо.