Чтение онлайн

– Игорь, не молчи, – Марина толкнула его локтем. – Расскажи про динамику. Ты же писал об этом в отчёте.

– А что рассказывать? – буркнул Игорь, нехотя поворачивая голову. – Теорий масса. От происков западных магических лож до естественной деградации природного фона. Но факт остаётся фактом – структура этих точек нам не ясна. Они просто… есть. Мы не знаем, как они связаны с природой. Но есть опасения, что они растут. Медленно, но верно.

Я слушал их, и в голове складывалась паршивая картинка. Если эти “проколы” как-то связаны с самой природой, то это дело точно может решить только маг.

Друид. То есть – я. Ещё неизвестно, как эти мелкие аномалии влияют на лес. Пагубно или полезно.

Я поставил чашку на стол и внимательно посмотрел на Игоря. Один предатель в этом доме уже был, и повторять ошибку, пуская чужаков в свои спальни, я не собирался.

– Вы останетесь на моей территории, – произнёс я, наблюдая, как вытягиваются их лица. – Но не в особняке.

– Но барон, наши вещи, оборудование… – начал было Игорь, но я пресёк его возмущения взмахом руки.

– Завтра утром вы перенесёте лагерь на опушку, в паре сотен саженей отсюда. Это близко к дому, но за пределами моих личных покоев. В моем лесу опасно. Животные здесь давно перестали быть просто зверями – аномалии меняют их, превращают в мутантов, с которыми ваш маятник не справится. Да и сам лес… Он может вас не принять. Держитесь поближе к свету моих окон, если хотите дожить до конца практики.

Марина и Костя переглянулись, но промолчали, признавая за Игорем право вести переговоры. Аспирант же нахмурился, явно взвешивая риски.

– Официальное разрешение я оформлю через пару дней, – продолжил я, глядя Игорю прямо в глаза. – Но правила установим сейчас. Вглубь леса без моего ведома – ни шагу. Костры не жечь, деревья не рубить, животных не трогать. Нарушите хоть одно условие – вылетите за заставу в ту же секунду. А если лес решит, что вы ему мешаете, я пальцем не шевельну, чтобы вас спасти.

– Мы принимаем ваши условия, – сухо ответил Игорь. – Информация в обмен на безопасность и доступ к узлам. Справедливая сделка.

– Вот и славно. Сегодня переночуете в гостевых комнатах на первом этаже. Утром Степан покажет место для лагеря.

Я чувствовал, что Игорь опасен. В нём было слишком много амбиций и скрытого расчёта, но его приборы видели то, что ускользало от меня. Это был риск, на который стоило пойти.

Степан молча забрал пустые чашки. Гости разошлись по комнатам, а я остался в столовой, слушая, как дом погружается в ночную тишину.

Утро началось с бумажной волокиты. Пока студенты упаковывали спальники, я переписал их данные в конторскую книгу.

Левачёв Игорь Викторович.

Лазарева Мариной Дмитриевна.

Воробьёв Константин Денисович.

– Паспорта вернёте, когда составим договор, – я захлопнул книгу под недовольным взглядом Левачёва. – А пока – на выход. Сейчас я покажу вам место, где вы сможете разбить лагерь.

Двор особняка гудел. Я даже не сразу понял, что там происходит внизу – около моего дома. Нефёдов сдержал слово. У крыльца разгружались два экипажа. Степан едва успевал подхватывать чемоданы, а Лиза уже начала беседовать с гостями.

Новые клиенты санатория. Отлично! Как раз кстати. Хорошо, что я уже успел вывести студентов на улицу через другие двери.

– Барон Дубровский? – из первой кареты выбрался грузный мужчина в дорогом дорожном пальто. Он поддерживал под локоть бледную супругу. – Мы от господина Нефёдова. Семья Валиевых. Нам сказали, здесь лучшие воды в губернии.

– Рад приветствовать. Елизавета Павловна покажет вам комнаты, – я кивнул Лизе, которая уже профессионально оценивала состояние пациентов.

Следом вылезла вторая семья – чета молодых аристократов с испуганной дочерью. В воздухе запахло дорогим парфюмом. Я настолько привык к естественному лесному воздуху, что от химии и духов меня начинала беспокоить тошнота. Я даже запах Ярины лучше воспринимаю. Хотя от неё несёт плесенью!

– Архип! – крикнул я, заметив, как мой помощник крутится возле студентов. – Бери телегу, отвезёшь ребят на опушку.

Архип резво подскочил к Марине, пытаясь перехватить у неё тяжелый тюк с палаткой.

– Позвольте, барышня, ручки-то поберечь надо! У нас тут места дикие, мужская сила всегда в почёте. Вы в Саратове-то своём таких молодцов, как я, поди, и не видали? – тараторил он.

Марина лишь плотнее сжала лямки, брезгливо морщась.

– Я справлюсь сама, любезный. И дистанцию, пожалуйста, соблюдайте.

– Архип, остынь, – отрезал я, проходя мимо. – Грузи ящики с инструментами и не мешай людям. Марина здесь для работы, а не для твоих басен.

Архип обиженно засопел, но начал закидывать оборудование Игоря на телегу. Левачёв наблюдал за суетой с нескрываемым раздражением.

– Тесновато у вас становится, барон, – бросил он, запрыгивая на борт. – Надеюсь, ваши элитные гости не полезут в места нашего интереса.

– Это ваша забота – сделать так, чтобы вас никто не заметил, – я посмотрел на него сверху вниз. – Вечером жду отчёт по первой точке. И не забудьте: за периметр лагеря после заката – ни ногой.

Телега скрипнула и покатилась к лесу. Я смотрел им вслед, понимая, что теперь мне придётся разрываться между капризными пациентами из Саратова и тайнами природных аномалий.

Я подошёл к гостям, когда чемоданы уже скрылись в дверях особняка. Впервые почувствовал на себе не снисходительные взгляды, какими обычно награждают провинциальных баронов, а смесь надежды и почтения. Всё-таки не зря я плачу Нефёдову – слухи о чудотворце из лесов сделали своё дело. Превратили меня в фигуру, чьё расположение нужно заслужить.

– Господа, добро пожаловать, – я остановился перед Валиевым.

Его супруга, бледная, почти прозрачная женщина, едва держалась на ногах. Даже без магического зрения и медицинского диплома я видел классическую анемию. Дефицит жизненных сил – так это видит друид. Она теряла энергию с каждым вдохом. Лес за моей спиной глухо отозвался – он чувствовал её пустоту.

– Мы очень рассчитываем на вашу помощь, Всеволод Сергеевич, – Валиев почти поклонился. – В Петербурге говорят, что ваши методы творят невозможное.

– Мои методы работают, уверяю вас. Но вам и вашей жене придётся здесь задержаться. За один день мы с недугом не справимся – предупреждаю сразу, – ответил я и перевёл взгляд на вторую семью.

Другие клиенты – Ежовские – выглядели крепче, но их дочь, девочка лет десяти, была настоящим стихийным бедствием. Она ни секунды не стояла на месте. Дёргала отца за рукав, пыталась рассмотреть узоры на моих сапогах, тут же переключалась на жужжащую в траве муху и засыпала мать вопросами о цвете занавесок. Глаза её горели лихорадочным, неестественным блеском. С телом у неё всё было в порядке, а вот в голове бушевал пожар, который Лиза не потушит никакими микстурами.