Друзья поневоле. Россия и бухарские евреи, 1800–1917
Шрифт:
На неясность этого момента указывает запрос о соответствующих разъяснениях в Военное министерство, сделанный канцелярией туркестанского генерал-губернатора в августе 1910 года, во время рассмотрения статусов бухарских евреев [327] . На запрос был получен ответ, что центральные власти относятся к туземным евреям как к туземцам и поэтому им предоставляется право беспрепятственно проживать и приобретать недвижимость повсюду наравне с коренным населением империи [328] . При этом Генеральный штаб заверял туркестанскую канцелярию, что вопрос о приобретении недвижимости евреями данной категории будет рассмотрен в проектируемом Министерством внутренних дел новом общем законе о евреях [329] , а тем временем туземные евреи продолжали проживать во внутренних областях России, включая столичные города, и приобретать там недвижимое имущество [330] . Попутно отмечу любопытный факт: Военное министерство как бы намекало на грядущие ограничения для этой категории евреев по готовившемуся пересмотру, в то время как Министерство внутренних дел в тот же период в ответ на многочисленные общественные требования смягчить российские законы о евреях успокаивающе обещало как раз либеральный их пересмотр.
327
См. об этом в следующей главе.
328
ЦГА Узбекистана. Ф. 1. Оп. 17. Д. 809. Л. 1–2. О неясности этих вопросов сообщалось в письме, направленном канцелярией генерал-губернатора военным губернаторам трех областей в декабре 1910 года (Там же. Ф. 3. Оп. 1. Д. 334. Л. 5).
329
Там же. Ф. 717. Оп. 1. Д. 48. Л. 137–140.
330
См. подтверждения этому в предреволюционные годы: Давидов Н. 1997 (С. 91, 94–95), иврит (см. раздел Библиография).
В сравнении с алжирскими евреями, получившими французское подданство, обеспечивавшее полное равноправие, только спустя четыре десятилетия после завоевания Алжира, и то по инициативе французских общественных деятелей – евреев [331] , бухарские евреи Туркестана получили русское подданство сразу. Благодаря усилиям первого генерал-губернатора края на них был распространен туземный статус, обеспечивавший им почти полное равноправие с христианами и туземными мусульманами [332] . В России равноправия с христианами не имели ни евреи черты оседлости, ни евреи Кавказа и Закавказья. Первым позволялось селиться за пределами черты оседлости только при наличии определенных занятий. В самой же черте также существовали местности, куда их не допускали. Еще хуже было положение горских и грузинских евреев. Согласно высочайше утвержденному 3 марта 1862 года Положению Кавказского комитета, приписанные к городским обществам Кавказского и Закавказского края 266 семейств местных евреев имели право жительства лишь в городах своей приписки [333] . По определению Сената от 1892 года они имели право проживать, а значит, и приобретать недвижимость лишь в тех местностях, к которым были приписаны [334] .
331
Абитбуль М. 1993 (С. 16), иврит (см. раздел Библиография); Friedman E. Colonialism and After. P. 5, 8 – 12.
332
Все ограничения я рассмотрю отдельно далее, здесь же только отмечу запрещение Кауфмана от 1876 года бухарским евреям любой категории селиться в Амударьинском отделе Сырдарьинской области (это запрещение просуществовало вплоть до 1917 года). См.: ЦГА Узбекистана. Ф. 1. Оп. 11. Д. 7. Л. 68.
333
Там же. Ф. 717. Оп. 1. Д. 48. Л. 147; Мыш М. Руководство к русским законам о евреях. СПб.: Типография А. Бенке, 1914. С. 37.
334
Систематический сборник разъяснений правительствующего Сената по делам о жительстве евреев / Сост. М. Лозина-Лозинский. СПб.: Типо-литография А.Е. Ландау, 1902. С. 539; Гимпельсон Я. Законы о евреях. СПб.: Товарищество «Юриспруденция», 1914. Т. 1. С. 186.
Во вторую категорию бухарских евреев вошли евреи – подданные Бухары, получившие на основании договора с Россией право свободного въезда в нее, торговли и приобретения недвижимого имущества по всей ее территории [335] . В 1889 году их права были значительно ограничены, что мы увидим далее.
В третью категорию вошли бухарские евреи, принятые в русское подданство на основании закона 1866 года – при условии обязательного вступления в первую или вторую купеческую гильдию, а также принятия присяги. Утратившие таким путем бухарское подданство, евреи этой категории имели право проживать и приобретать недвижимость только в первоначально выбранном пограничном городе. В отношении права приезда для торговли во внутренние российские города на них распространялось общее антиеврейское российское законодательство. Согласно закону они не имели права ездить по торговым делам без специальных разрешений даже в другие города Туркестанского края. Тем не менее до середины 1890-х годов местная администрация разрешала им свободно торговать по всему краю [336] . В 1872 году по ходатайству Кауфмана право вступления в русское подданство было распространено «на всех среднеазиатских евреев без различия подданства, в том числе на турецких подданных» [337] .
335
Некоторые администраторы именовали в официальных документах евреев этой категории (в отличие от туземных евреев первой категории) бухарскими евреями. На практике такая четко не определенная и не разъясненная всем чиновникам классификация евреев вызывала путаницу в толковании законов и циркуляров.
336
ЦГА Узбекистана. Ф. 1. Оп. 17. Д. 70. Л. 71, 77.
337
Государственный архив Российской Федерации [далее – ГАРФ]. Ф. 586. Оп. 1. Д. 209. Л. 3 об.; Мыш М. Дополнение к третьему изданию «Руководства к русским законам о евреях». С. 19; Леванда В. Полный хронологический сборник законов и положений, касающихся евреев. С. 1140–1141; Недельная хроника Восхода. 06.03.1888. № 10. С. 222–224. Это дополнение было вызвано желанием Кауфмана предоставить российское подданство богатому ташкентскому купцу, турецкоподданному еврею Пинхасу Абдурахманову. Поэтому сразу после выхода расширительной поправки Абдурахманов был принят в подданство России. См.: Там же. Другие случаи принятия в Туркестанском крае в российское подданство турецкоподданных евреев неизвестны. По сведениям туркестанской администрации, Пинхас Абдурахманов родился в 1829 году в Бухаре, откуда приблизительно в 1863-м уехал в Оренбург, а затем, в 1867 году, перебрался в Ташкент. См.: ЦГА Узбекистана. Ф. 17. Оп. 1. Д. 9972. Л. 10 об.; РГИА. Ф. 573. Оп. 13. Д. 15152. Л. 107. Согласно доносу, присланному в туркестанскую администрацию, Абдурахманов до середины 1860-х годов проживал вместе с семьей в Москве. Затем он развелся и уехал один сначала в Бухару, а потом в Оренбург. В 1867 году он с новой семьей поселился в Ташкенте, куда в 1868-м переехала и его бывшая жена, Мазаль, с сыном Иосифом. См.: ЦГА Узбекистана. Ф. 17. Оп. 1. Д. 15275. Л. 70 об. Причину, по которой Абдурахманов принял турецкое подданство, он сам объяснил князю Владимиру Мещерскому, когда они разговорились на Нижегородской ярмарке в 1867 году. По словам купца, за русский паспорт в Средней Азии (из-за военных действий с Россией) мусульмане бы на нем отыгрались, а с бухарским – его бы не пустили в Россию дальше Оренбурга. Турецкий же паспорт позволял ему бывать в Москве. См.: Мещерский В. Очерки нынешней общественной жизни в России. СПб.: Министерство внутренних дел, 1868. Вып. 1. Письма из Средних Велико-Российских губерний за 1867 год. С. 327–328. В Ташкенте Абдурахманов пользовался большим авторитетом среди бухарских евреев. В 1873 году он был выбран членом духовного правления молитвенного дома. См.: ЦГА Узбекистана. Ф. 36. Оп. 1. Д. 874. Л. 6 об.
Правовое положение этой категории в первые два десятилетия русского управления Туркестаном было наиболее ограничено, и поэтому тогда только единицы воспользовались льготным правом для вступления в русское подданство. Среди релевантных документов Центрального государственного архива Узбекистана за этот период мне не удалось найти ни одного, который свидетельствовал бы о подаче просьбы на вступление в русское подданство кем-либо из бухарских евреев, имевших финансовые возможности вступить в первую или вторую купеческую гильдию. По Самаркандской области такое заключение подтверждается и статистическими данными областного правления о принятых в русское подданство бухарских евреях. Согласно этим сведениям, до 1895 года никто из них в русское подданство принят не был [338] .
338
ЦГА Узбекистана. Ф. 18. Оп. 1. Д. 4816. Л. 10. Подобные же статистические сведения по другим областям найдены не были. Косвенным доказательством того, что число случаев вступления бухарских евреев в русское подданство было незначительно, служит тот факт, что Закон 1866 года в указанный период не обновлялся – несмотря на то что Оренбургский край с завоеванием новых территорий перестал быть пограничным. Более того, после упразднения в 1885 году этой административной единицы право на принятие «среднеазиатских евреев» в русское подданство автоматически перешло в компетенцию министра внутренних дел (Справка канцелярии Комитета министров за 1900 г. // ГАРФ. Ф. 586. Оп. 1. Д. 209. Л. 3–4), а не к туркестанскому генерал-губернатору, в подчинении которого находилась территория, наилучшим образом устраивавшая в качестве места приписки бухарских евреев обе стороны – и их самих, и администрацию. Для бухарских евреев это была привычная территория, на которой они могли наиболее эффективно применить свои коммерческие способности. Для администрации – место, наиболее удаленное от внутренних российских областей, столь оберегаемых от «наплыва евреев».
Из-за нечетких инструкций и разъяснений русское чиновничество, особенно находившееся на средних и нижних ступенях служебной лестницы, до начала второго десятилетия XX века не только плохо представляло себе правовой статус каждой категории бухарских евреев, но даже путалось в их определении, что видно из служебной переписки. Результатом подобной путаницы были ошибки в делах, как отдельных бухарских евреев, так и целых категорий.
Эти же ошибки часто встречаются и в статистике бухарских евреев. Под пером русского чиновника «русскоподданные [бухарские] евреи» легко становились русскими евреями, под которыми уже подразумевали пришлых ашкеназских евреев, а «бухарские евреи» с русским подданством (вступившие в него или с туземным статусом) легко превращались в бухарскоподданных евреев. Были случаи и перемещения «туземных евреев» в столбец статистических данных под названием просто «туземцы». Наиболее наглядно такие ошибки проявились в Переписи 1897 года, данные которой по бухарским евреям очень далеки от действительности. Устранить эти противоречия позволило сравнение многочисленных архивных источников канцелярии генерал-губернатора, областных и городских правлений (в том числе опубликованных сведений). Результат представлен в таблице 1.
Таблица 1
Изменение численности и процентного распределения бухарских евреев на территории Туркестанского края с 1873 по 1914 год по областям i
i В эту статистику включены бухарские евреи всех трех категорий. Сюда не включена Семиреченская область, на территории которой до 1880-х годов проживало очень незначительное число бухарских евреев, затем и вовсе ее покинувших. Так, Шломо Крутик, приводя подробную статистику ашкеназских евреев в Семиреченской области и описывая их занятия, ничего не сообщает о бухарских евреях. См.: Крутик Ш. 1886 (№ 35–36. С. 4–5; № 43. С. 3), иврит (см. раздел Библиография).
ii По сообщению Михаила Терентьева, в области проживали 499 евреев (Терентьев М. Статистические очерки Средне-Азиатской России. С. 52). Можно предположить, что он имел в виду бухарских евреев, так как еще в 1868 году, согласно проведенной тогда однодневной переписи, только в туземной части Ташкента проживали 213 бухарских евреев (см.: Состав туземного народонаселения Сырдарьинской области по племенам // Материалы для статистики Туркестанского края / Ред. Н. Маев. СПб.: Туркестанский статистический комитет, 1872. Вып. 1. С. 4; Костенко Л. Туркестанский край. С. 410). Как указывалось выше, бухарские евреи в то время проживали также в городах Чимкенте, Туркестане и Ангренской волости этой области.
iii В 1872 году в этой области проживало 1974 бухарских еврея – см.: Вирский М. Сведения о Зеравшанском округе. С. 54. Видимо, этим источником воспользовался Лансделл, назвав то же самое число бухарских евреев (Lansdell H. Russian Central Asia. Vol. 2. P. 544). Эту же цифру приводит и Костенко, не указывая, к какому времени она относится (Костенко Л. Туркестанский край. С. 333).
iv В то время эта территория еще входила в состав Кокандского ханства. Бухарские евреи проживали на ней в крупных городах, как указывалось: в Коканде – двадцать семей, в Андижане – шестьдесят семей, в Маргелане – тридцать семей. Всего, оценочно, 500 бухарских евреев на 1873 год.
v Закаспийская область в том году еще не входила в состав края. Бухарские евреи проживали здесь в основном в Мервском оазисе, находившемся тогда во владении туркменских племен. По сведениям Д. Лейви, среди жителей Мерва в 1884 году было двадцать пять бухарских евреев (см.: Лейви Д. Положение евреев при Куропаткине // Туркменоведение. 1930. № 11. С. 18). Скорее всего, кроме Мерва, по две-три семьи бухарских евреев проживали и в небольших соседних городах – таких, как Кизил-Арават и Йолатань. Поэтому, оценочно, в 1873 году среди жителей области было около пятидесяти бухарских евреев.
vi Эта цифра несколько противоречит сведениям Костенко, относящимся, очевидно, к 1872 году, т. е. за вычетом Ферганской и Закаспийской областей. Согласно этим сведениям, на территории Туркестанского военного округа проживало в целом 3 тыс. всех евреев (Костенко Л. Туркестанский край. С. 333), среди которых, оценочно, было около 2700 бухарских евреев и около 300 – ашкеназских. Согласно сведениям Лансделла, около 3 тыс. евреев проживало во всем крае в 1876 году (Lansdell H. Russian Central Asia. Vol. 2. P. 395), т. е. после включения в его состав Ферганской области. Но, скорее всего, он приводит данные Костенко.
vii ЦГА Узбекистана. Ф. 1. Оп. 11. Д. 1761. Л. 34.
viii Там же.
ix Там же.
x Данные за 1898 год см. в работе: Лейви Д. Положение евреев при Куропаткине. С. 18. Бухарские евреи проживали здесь в основном в Мерве (см.: Там же).
xi О том, что в числе жителей трех коренных областей Туркестанского края (без Закаспийской области) в то время было 9957 бухарских евреев, см.: ЦГА Узбекистана. Ф. 1. Оп. 11. Д. 1761. Л. 34–34 об. Хотя Амитин-Шапиро, ссылаясь на материалы Паленской ревизии, сообщает, что в Туркестане в 1907 году проживали 14 439 евреев, в это число вошли, кроме бухарских, еще и проживавшие там ашкеназские, мешхедские и гератские евреи. См.: Амитин-Шапиро З. Очерки социалистического строительства среди среднеазиатских евреев. Ташкент: Госиздат УзССР, 1933. С. 13; Пален К. Областное управление: Всеподданнейшая записка, содержащая главнейшие выводы отчета о проведении в 1908–1909 годах по высочайшему повелению сенатором гофмейстером графом К.К. Паленом ревизии Туркестанского края. СПб.: Сенатская типография, 1910. С. 8, 66, 99, 162.