Чтение онлайн

Когда нам обоим надоело это слушать, бесполезный cпор был прекращен, прилюдно послал всех скопом, что-то с нас требующих и обвиняющих, по нужному адресу. Заодно объявив всех, кто дует на мельницу катайцев, скрытыми инсургентами, противниками действующей власти и врагами Империи. Оппонентам как-то резко поплохело. Так их!

Это сработало. После подозрительно внезапно напавшего кашля среди участников желающих оспорить и качнуть права более не нашлось. Волна критики "инсургентов" резко утихла, позволяя всем заинтересованным сторонам начать конструктивный разговор.

Узнав, в чем состоит проблема, я обратился к стоявшим военным с единственным вопросом. Где наша команда? К счастью, ребята были тут же, неподалеку, маялись бездельем в помещениях Семеновского полка, временно устроенные там по причине их неясного статуса и возможной надобности. Объяснив, что для решения первой проблемы, придется работать сложившейся командой, при наличии воды и маршрута передвижения, стороны приступили к обговариванию первых технических вопросов. Вроде места стоянки, сопровождения и прохода этой тяжелой паровой техникой по улицам большого города.

Кстати о тяжёлой технике. Видя настойчивое желание армейских заграбастать себе наш трофей, да что там, в разговоре они уже распоряжались им, как полноправные хозяева, строя на него различные планы, поставил вопрос об его выкупе. Ну или хотя бы какой-то оплате. Или премии. Услышав наши материальные претензии, поведение военных резко изменилось. Принявшись юлить, наводя тень на плетень, мотивируя скудными военными бюджетами, армейские принялись перекидывать ответственность на кого-то другого. На командование, Адмиралтейство, военного министра и, наконец, отправили с этим вопросом к Императору. Одно было хорошо, проговорились на встрече офицеры о том, что армия и флот очень заинтересованы в новом оружии. И даже дали рекомендации к кому обратиться. Не думаю, что у господина Арбузова не было контактов, но нужный адресочек я принял во внимание.

Правда, проблема была и еще одна...уже конкретная. Если наш бронеход убрать было просто - завёл и поехал, то бишь пошел, то с нашим "оппонентом" все было сложно. Бронеход катайцев, копия нашего, лежал на боку, прислоненный к стене дворца, также, как сумел примоститься при своем падении. Из-за своих габаритов и большой массы, шутка ли, поднять эту многотонную машину не мог ни один из имевшихся дирижаблей в Империи. Подходящий по размерам кран был лишь в морском порту. И тот был на рельсовом ходу. Имевшиеся в городе экземпляры, даже те, что использовали при строительстве небоскребов, кроме, как на подъем лёгких металлических конструкций, были совсем не годны. А за запрет прокладывать рельсы по дворцовой территории легли костьми хозяйственники. Цветочки им, видите ли, важны. Спорили долго. Решили поступить по старинке -дернуть бронеход, не особо заботясь о сохранности того, что будет в зоне падения. А потом с помощью Пашки, особо обученных людей-механиков из армейского гаража, специалистов мастерской Арбузова, участие которого я оговорил отдельно, зная его возможности. И предоставленной паровой грузоподъемной и не только техники, а также вновь какой-то матери приступить к крупноузловой разборке бронехода. После чего, вывезти полученные элементы грузовыми дирижаблями на заранее определённую площадку. Чем мы вскоре после многосторонних согласований и должны были заняться.

Согласованы рабочие моменты, разные мелочи, вроде билета-'вездехода', позволявшего посещать Императорский дворец и некоторые мероприятия с участием Их величеств. И особенно оплату за предстоящие работы, тут я уже не удержался и потребовал своего и на всех наших, А пока ждал, были вызваны наши парни, за которыми послали посыльного курьера из военных.

Там же, гуляя вдоль деревьев в ожидании в придворцовом лесу, успел окончательно восстановиться. Нашёл троицу отдельно стоящих, довольно старых и еще крепких деревьев, по внешнему виду больше похожих на липы. И также, как учила меня бабка Матрена, отправил деревьям свои добрые пожелания. И они откликнулись, внезапно, словно налетел ветер, зашумев всеми ветвями и осыпая меня сережками-лепестками, открывая следом свой живой энергетический ручеек. Зачерпнув из него горсточку целебной силы, чтобы тонкой струйкой прошлась по всем больным местам моего тела, рухнул на колени к подножию дерева. И несколько минут лежал у корней, чувствуя как телесные боли плавными волнами потихоньку уходят, а разветвленные каналы постепенно светлели и становились ярче, переполняясь живительным зеленым цветом. По прислоненной к дереву ладони деловито пробежались несколько снующих муравьев, отчего в голову пришла шальная мысль, что я такая же песчинка в океане безмерного мира. Дождавшись ощущения полноты и насыщенности энергией, мысленно отправил дереву свой довольный образ и низкий поклон. После чего глубоко вздохнул и медленно, придерживаясь за ствол дерева, ощущая пальцами наросты коры, и разогнувшись, встал с травяного покрова.

В ожидании встречи с парнями я шлялся, вдыхая какофонию запахов парка и бронехода, из машинного масла, смазки и влаги, прямо под окнами дворца, из-под которых не так давно усвистывал от преследующих меня магов-катайцев. Медленно шагая в такт своим мыслям, я думал о предстоящих планах и днях, обещающих быть непростыми. Пашка же от нечего делать присел на скамейке неподалеку, наблюдая по сторонам. Сделав очередной шаг по газону и подняв мыском своих штиблет траву на газоне, увидел, как из-под моего ботинка, сделав кульбит, мелькнула, поднятая из травы, массивная печатка с большим зеленым глазом-камнем.

Наклонившись и пошарив рукой, нащупал увиденное кольцо в траве и поднес к глазам. Печатка представляла собой массивное кольцо с прямоугольным зеленым камнем в потемневшей от времени серебряной оправе, рисунком в центре повторявшим форму глаза посреди большой, похожей на египетскую, пирамиды. По бокам оправы по кругу струилась витиеватая надпись, текст которой сразу не разобрал -требовалась лупа.

– Пашк! Глянь, что я тут нашёл?!
– негромко говорю я Бардину. На мой возглас тот быстренько вскочил со скамейки и направился ко мне. Увидев находку в руках, он с каким-то сомнением на лице протянул:

– Верно, магическая. И старая. Сдал бы её от греха подальше. Авось зараза какая, в этом ни капли не понимаю. Аль кому принадлежит. Я бы отдал. Или бросил прямо тут.

– Вот еще. Такими вещами не разбрасываются. И вообще, что с возу упало, пиши пропало.
– сунул я найденную печатку в карман, рассчитывая заняться ею позже на досуге, ведь на горизонте появились наши.

– Княже, не может быть?! Снова дело?!
– вопили деревенские, узнав, какая работа нам предстоит в ближайшее время: -Да мы только за. Только кликни.

Едва встретившись, команда принялась вспоминать и выпытывать друг у друга новости и детали событий прошедших дней. Приятного услышать довелось мало. Едва нас разделили, меня с Александрой и детьми определили в больничку к лечащим врачам, а за команду принялась контрразведка на пару с армейскими и флотскими. Первых интересовали детали их собственного провала на пару с историей нашего фееричного появления у дворца. Я скосил глаза на Павла, ведь ведь жук, братец названый, ничего мне не рассказал. Тот же, воздев небу очи, вел себя, будто бы ни в чем не бывало. Армейских и флотских больше всего интересовали тактико-технические характеристики и боевое применение диковинного оружия в реальных условиях. Узнав, что все они самоучки и реального боевого опыта с кот наплакал, скрывать свое разочарование они не стали, но вопросов к деревенским меньше не стало, продолжая выпытывать у парней разные детали. Вроде описания особенностей механизма управления движением бронехода и способа стрельбы из паровых орудий. Не укрылось от глаз контрразведки то, что ребята были из староверов. Пришлось им рассказывать об обстановке в знакомых селениях. Про семьи и быт. Ну и про события, предшествовавшие их появлению здесь, досконально, путем перекрестных опросов. В общем, контрразведка тянула из парней жилы, выкачивая из них любые знания, могущие пригодиться либо сейчас, либо потом.

Поняв, что команда бронехода не опасна и совсем не враги Империи, испытующие от них отстали, на всякий случай на время поселив неподалеку от паровой махины, в казармах дворцового Семеновского полка. Где парни и столовались под приглядом занявшего пустые койки погибших гвардейцев Преображенского полка, срочно вызванным по тревоге в столицу. И сейчас бы обретались, дурея и мучаясь от хронического бездействия, скуки и полной неизвестности, пока к ним не прибыл посыльный.

– Так мы до самой столицы шагать будем?! Оп-ля, лады! Столицу увидим. Знал бы тятяня, ни за что не отпустил бы. Ей-ей, не пустил бы, знамо дело.
– радостно комментировал Шушило. Ему вторил и подначивал Хмара Удалой из машинного и Берендей из крюйт-камеры, смехом говоря парню, что вовремя тот сбежал: -Да, Шушило, да батя твой дальше хлева и савраски никак не пустил бы. Точно тебе кажу.

– Да убег бы со двора! Не впервой!
– пытался защититься паренек.

– Без Акинфия-то?

– Не галди, пареши! Тихо! Дай князю слово казать!
– встрял и остановил начавшийся гомон команды Акинфий.

Когда парни подуспокоились, я принялся говорить:

– Значит, так! Нам поручено помочь с уборкой территории дворца, где мы хорошо погуляли. Во-первых, нужно сдернуть катайский бронеход со стены дворца. Во-вторых, Павлу с приданной ему такелажной командой необходимо разобрать этот бронеход и на дирижаблях вывезти отсюда в военно-морской порт. Мы же, подготовив наш бронеход к походу, все необходимое для этого нам доставят сюда, идем в порт самостоятельно, с приданными нам сопровождающими и под охраной. Чтобы не пугать людей. В порту нас будет ждать новая команда этого бронехода из военных, которых Павел и все мы должны будем обучить всем премудростям, что теперь знаем сами. За это нам обещали заплатить.
– объяснил я враз загрустившим и притихшим от новостей ребятам: