Чтение онлайн

Каковы самые валсные его составляющие? Как построен этот процесс? Где он может быть обнаружен? Чему подобен его контекст? Какие конкретные подходы он предлагает? Затем, сосредоточившись на различных уровнях процесса преображения, мы сталкиваемся с такими вопросами: как реально представляется, вербализируется и интерпретируется преображение в творении? Как человек представляет себе духовное преображение? Какие пути преображения стали доступны? Какие модели представлены? По каким путям преображения в любви следуют? Как представляется преображение в славе? Короче говоря, чему конкретно подобна духовная форма, рассматриваемая как снаружи, так и изнутри? Методологически эти вопросы расположены на дескриптивном уровне, являющемся основной стратегией исследования в феноменологии.

Интерпретация знаков с точки зрения внутренней логики. Различение-распознавание — это форма познания, которая стремится осмыслить значение духовных текстов, путей и процессов жизни. Она не просто рассматривает события, состояние вещей и реальности так, как они происходят с точки зрения людей, но и пытается истолковать их значение с позиции Бога. Эта форма познания имеет большое значение, когда человек имеет дело с различными выражениями духовности: духовной автобиографией, духовной лирикой, описаниями духовных процессов, обрядами, нормами жизни и т. п. После того, как будет детально описана их поверхностная структура в связи с ее социокультурным контекстом, необходимо сделать второй шаг: понять их с точки зрения процесса развития божественно-человеческих отношений. В основе этих форм распознавания лежит формальная структура — осмысление данной вещи как знака и интерпретация этого знака как выражения (Ausdruck) опыта-переживания (Erlebnis). Это требует герменевтических знаний. Какая внутренняя идея раскрывается в этой форме? Какое внутреннее движение поддерживает эту форму? Какой лейтмотив содержится во внешней форме? Какова внутренняя логика этого духовного путешествия? Если сосредоточиться на пяти уровнях процесса преображения, возникают следующие вопросы: какое внутреннее движение поддерживает переход от небытия к бытию? Когда незрелость является выражением нового формирования (reformatie), и в чем заключается внутренняя обоснованность этого формирования? Какая структура опыта явствует из предлагаемой модели преображения? Каково внутреннее движение преображения в любви? Какая идея раскрывается в преображении в славе? Все эти вопросы объединяются в один вопрос: какова внутренняя логика, выражающаяся в этой духовной форме? Методологически эти вопросы встречаются на герменевтическом уровне, являющемся основной составляющей феноменологии [1991] . Очевидно, что тексты дают самое точное выражение опыта и, следовательно, предлагают наилучший путь к внутренней логике формы. Но все духовные формы (музыка, танцы, архитектура, видимые жесты, одежда и так далее) как таковые предлагают доступ к своей внутренней динамике.

Установление основополагающих факторов общего знания. Распознавание — это когнитивная деятельность, направленная на то, чтобы через критическое взаимодействие достигнуть знания, — проверенного и осознанного другими, — отличающегося от наивных самоуверенных взглядов. Для этого распознавание испытывает различные виды проницательности, поведения, памяти, ожиданий, этапов и так далее. Мы наблюдаем эту критическую передачу информации во всех школах духовности, в результате чего появились трактаты о духовности, проницательно рассматривающие наиболее важные аспекты духовности в их взаимосвязанности. При формальном рассмотрении эта когнитивная деятельность распознавания заключается в объяснении основных категорий и когнитивных процедур, структурировании коллективной памяти (канон, библиотеки, документация) и организации дискуссий, которые проверяют исследования. Это требует позиции критической передачи информации и взаимного обучения. В этой связи важными вопросами являются: какими совместными силами выявляется и сохраняется эта форма (поведение, убеждение, довод)? Какие здесь задействованы традиции? Какие основные идеи воспроизводятся? Какие ведущие принципы применяются? Более конкретно, отмечая различные уровни процесса преображения, мы должны спросить: какие силы считаются активными при преображении в творении? В каких категориях постигаются де-формация и ре-формация (reformatie)? Как вычерчиваются основные модели духовности? Какие основные слова выражают преображение в любви? Какие способы воздействия преобладают в преображении в славе? Все эти вопросы сводятся к одному вопросу: какие способы воздействия являются основополагающими для этой духовной формы? Методологически они осуществляются на систематическом уровне, который в феноменологии совпадает с вопросом, касающимся основополагающих факторов, применимых к определенной области существования.

Мистагогичеасая проницательности обостряющая предвидение конечного предначертания человека. Процесс распознавания — это когнитивная деятельность, которая постигает разницу между фактическим состоянием человека и его совершенством в Боге, видит проходимый путь, устраняющий эту разницу, и помогает другим действительно идти по этому пути, зная, что это Бог побуждает их идти этим путем. Для этого тому, кто осуществляет процесс распознавания, необходимо постигнуть разницу между человеческим субъектом и работой Бога, перевести возможности роста в проходимый путь, причем таким образом, чтобы в этом процессе не было утрачено главенство божественного «вхождения», и так далее. В основе этой когнитивной активности лежит формальная когнитивная структура: постижение возможностей роста человека и помощь в их развитии. Это требует агогических знаний, которые

в случае духовности являются мистагогическими по своей природе. Как педагог помогает ребенку развиваться до того, как он станет взрослым, как анд- рагог сопровождает взрослых в их дальнейшем развитии, так же и мистагог сопровождает человека в его росте по отношению к Богу. Важными вопросами в этой связи являются следующие: какова зрелая форма, направляющая реальное развитие формы человека? Чему подобна конечная цель в определенной духовной форме, и как она достигается на разных фазах роста? Более конкретно какая наивысшая перспектива задействована в преображении в творении? Какой идеальный образ просвечивается в процессах ре-формации? Какая перспектива предлагается в передаваемых моделях транс-формации? Какие побуждения приводят человека к преображению в любви? Какой высший совершенный образ руководит преображением в славе? Эти вопросы сосредоточены вокруг высшей перспективы, которая дает выражение росту и развитию человека на его духовном пути. Здесь решающими являются такие термины, как «предназначение» и «направление», а также способы, посредством которых они определяют природу этого путешествия. Методологически эти вопросы разворачиваются на мистагогическом уровне, на котором производят свой экзистенциальный анализ Хайдеггер, Бейтен- дейк и другие, но более всех — Левинас.

Эти четыре группы вопросов и основных точек выражают процесс распознавания и практическую мудрость в рамках феноменологически-диалогическо- го подхода к методологически согласованной дисциплине. Они конкретизируют формальный объект — преображение, составляющее точку зрения, исходя из которой изучается развитие божественно-человеческих отношений. Они содержат диапазон вопросов, которые могут быть поставлены перед объектом исследования и обобщены в четырех направлениях исследования: дескриптивном (описательном), герменевтическом, систематическом и мистагогическом. Эти четыре направления, которые в своей взаимосвязанности совместно составляют методологию изучения духовности, мы можем теперь изложить схематически. В части третьей они дополнительно разрабатываются на уровне методов, которым нужно следовать (внутри- и междисциплинарно).

5.3.1. Дескриптивное исследование формы

Понятие «форма», которое «по существу относится к языку философии» [1992] , было глубоко разработано западной традицией мышления [1993] в сочетании с широким диапазоном комплементарных антитез (форма — материя; форма — содержание; внутренняя и внешняя форма; неизменная и преходящая форма; определяющая и определяемая, и так далее). В начале XX века мы наблюдаем возобновление интереса к этому понятию. В эстетике форма (зачастую противопоставляемая содержанию) стала отправной точкой для этого подхода (Якобсон, Гункель, Ингарден). Люди говорили о формах жизни (Шпран- гер, Дильтей), формах чувств (Шелер) и символических формах (Кассирер) [1994] . Гуссерль также ориентировался на понятие «формы». Для него главная форма (эйдос) означает «саму по себе вещь».

В описании формы в феноменологии различаются три уровня описания. Первый следует простому восприятию феномена таким, каким он мне представляется. Вещь открывает себя мне как целое, то есть с очертаниями и ядром реального присутствия. Второй уровень обнаруживается на плоскости разъяснения: в конце концов, мы не только постигаем сторону, с которой сталкиваемся, но одновременно «видим» все другие стороны (заднюю, нижнюю, верхнюю), а также подразумеваемые аспекты (становление, развитие, рост, этапы, полезность). На этом уровне описания феномен развертывает свой внутренний горизонт, — развертывание, которое руководствуется особым интересом. Третий уровень соотносит феномен с другими феноменами (аналогичными или противоположными, знакомыми или незнакомыми), которые попадают в одно и то же поле восприятия. Это внешний горизонт со-существования объектов, которые вместе выявляют мир как конечный фон, на котором проявляется все. Теперь мы дадим краткое описание этих трех уровней.

Первый уровень: форма

Первый уровень описания следует элементарному восприятию: объект появляется в форме конкретного присутствия, которое постигается субъектом как единство в данном восприятии [1995] и поворачивается к человеку определенной стороной: «Физический предмет обязательно задается простыми “способами появления”, при которых необходимо постигается суть того, “что реально дано”»ж. Форма всегда постигается в рамках определенной позиции: «По необходимости физический предмет может быть задан только “односторонне”,

и это означает не просто неполно или несовершенно в том или ином смысле, а точно то, что предписывает представление посредством символов»®03. Описание придерживается предмета, данного в восприятии.

Таким образом, первый уровень дескрипции описывает феномен настолько, насколько он появляется как конкретная форма, постигаемая как единство в данности восприятия. Следовательно, когда он принадлежит к духовным формам, первый уровень описания касается конкретной формы, как она представляется в нашем восприятии. Мы можем определить эту форму как «синтез различных факторов (формы, пропорции, диапазона и духовного впечатления), которые придают данной духовности неповторимый характер, посредством которого она составляет органичное целое, сбалансированную, постоянную и устойчивую структуру» [1996] .

Второй уровень: внутренний горизонт

Форма, если ее рассматривать феноменологически, — это не только ядро присутствия, проявляющаяся в рамках своего образа, это также и та форма, которую принимает реальность, поскольку люди видят в ней многозначительные возможности, которые могут быть интерпретированы в действии [1997] . «Форма — это не что иное, как значение, которое человек видит в замысле и которое раскрывает себя только через него» [1998] . То, что непосвященному представляется бессмысленной констелляцией, посвященному открывает свою внутреннюю суть: «Форму следует интерпретировать как интеграцию множественности в интенциональное единство, а не как сочетание данных, которые связаны друг с другом реальной причинностью некоего типа» [1999] . В форме обнаруживается многозначительная логичность, поскольку кто-то открывает в ней проходимый путь.