Чтение онлайн

–  Добрый день, - жизнерадостно поприветствовал его Солнечный Друг, сел на высокий табурет и опёрся локтями на затёртую стойку.

Камиец насторожено оглядел странную одежду гостя:

–  Что угодно господину?

–  Господину угодно выпить, - дружелюбно ответил Валентин.

Трактирщик равнодушно пожал плечами, взял с полки глиняную кружку и доверху наполнил её бурой жидкостью с резким запахом дрожжей. Солнечный Друг брезгливо поморщился:

–  Что это?

–  Брага.

–  Дорогой мой, это не брага, а опасное пойло, от которого может случиться, как минимум, расстройство желудка, - подняв палец вверх, наставительно произнёс Валентин, но всё же пригубил подозрительную жидкость.
– Да-а… Вы, ребята, рискуете здоровьем, употребляя столь некачественное питьё.

–  Другого нет!
– раздраженно буркнул трактирщик.

–  Плохо… - Валечка побарабанил пальцами по стойке и встрепенулся: - Вот что, дружище, научу-ка я тебя пиво варить!

Камиец ошарашено уставился на диковинного гостя:

–  Пиво?

–  Ну да.

Солнечный Друг махнул рукой, и на стойке возникли две литровые кружки со светлым пенистым напитком. Землянин с удовольствием хлебнул пива, и, увидев, что камиец не спешит пробовать незнакомый продукт, с добродушной улыбкой произнёс:

–  Отведайте, друг мой. Как эксперт заявляю - вкусно и полезно!

Трактирщик с опаской понюхал пиво и взял в руку кружку. Правда, на лице его при этом застыло выражение отчаянно-безнадёжной решимости, словно он добровольно собирался выпить яд. Но стоило камийцу сделать глоток, глаза его засветились восторгом.

–  Вот это да! В жизни не пробовал ничего лучше!

–  Ещё бы!
– хмыкнул Валентин и самодовольно заявил: - Это Вам не "Жигули" какие-нибудь, а настоящее баварское пиво!

Камиец ничего не понял и на всякий случай представился:

–  Я Эмин, трактирщик в пятом поколении!

–  А я - всемогущий целитель, по прозвищу Солнечный Друг!

–  Так Вы маг!- запоздало сообразил хозяин трактира и боязливо попятился.

Землянин укоризненно покачал головой:

–  Не нужно бояться меня, уважаемый! Я, прежде всего, целитель и не убиваю без нужды. Напротив, раз уж я здесь, то готов оказать медицинскую помощь всем желающим.

–  У нас нет денег, господин.

–  Да и фиг с ними. Зачем мне ваши жалкие гроши? Я лечу бесплатно!

На лице камийца появилось недоумение:

–  Бесплатно?!

–  Абсолютно, - подтвердил Солнечный Друг и встал: - Так есть в этом селении страждущие?

–  Полно, господин.
– Эмин сорвал с себя фартук и выбирался из-за стойки.
– Я провожу Вас.

Они вышли из трактира и почти побежали по единственной улице бедной умирающей деревушки.

–  Начнём с самого важного, - на ходу бормотал Эмин.
– Если успеем, конечно. Достопочтенный Томар совсем плох! А без кузнеца Фёста совсем захиреет.

Солнечный Друг не вслушивался в бормотание камийца, он с интересом вертел головой, разглядывая низкие обветшалые дома и покосившиеся заборы, возле которых бродили тощие пёстрые птицы, похожие на земных кур. Кое-где на огородах копались женщины в просторных тёмных шароварах, серых широких кофтах и ярких платках. Возле одного из домов, под присмотром девочки лет десяти, возилось несколько малышей. Внимательно посмотрев на них, Валентин поморщился:

–  У большей части рахит, да и остальные - здоровьем не пышут! Почему вы так живёте, Эмин?

–  Недород, господин. Четвёртый год подряд в наших краях стоит засуха. Раньше, мы собирали богатые урожаи пшеницы, на склонах гор рос чудесный виноград, а сейчас… - Камиец мрачно вздохнул.
– Каждый выживает, как может.

–  Не очень-то у вас получается. Ладно, об этом позже…

Эмин привёл целителя к большому, некогда богатому дому и заколотил по воротам деревянной колотушкой. На стук вышла женщина с большим животом. Тяжело ступая, она подошла к калитке, отодвинула засов и быстро поковыляла обратно к дому.

–  Плохо дело, - прошептал Эмин и умоляюще взглянул на Валентина: - Идёмте скорее!

Они стремительно пересекли двор, вбежали в дом, и в нос землянину ударил запах гниющей плоти со слабой примесью целебных трав. Солнечный Друг обогнал трактирщика, решительным жестом отодвинул с дороги беременную камийку и влетел в комнату, где на широкой, низкой кровати, лежал мужчина средних лет с серым, землистым лицом. Грудь его судорожно вздымалась, воздух с хрипом выходил из лёгких. Белая простыня, которой он был покрыт, пестрела грязно бурыми пятнами, в воздухе витал запах разложения и смерти.

–  Минут десять, - буркнул себе под нос Валентин и гаркнул: - Все вон!

Женщины и дети, безмолвно стоявшие вокруг постели, повернули головы к неожиданному гостю, и бледный подросток лет пятнадцати тихо спросил:

–  Вы пришли взыскать долг, господин?

–  Я пришёл вылечить вашего отца!
– рявкнул Солнечный Друг, и мальчишка недоумённо захлопал глазами:

–  Но это невозможно…

–  Делай, что тебе говорят, Назим!
– раздражённо прошипел трактирщик.
– Чтоб через секунду духу вашего здесь не было!

–  Как скажете, господин Эмин, - опустил голову подросток, бросил прощальный взгляд на отца и глухо произнёс: - Мы уходим!

Повинуясь его словам, женщины и дети покинули комнату, и только беременная наложница хозяина упрямо замотала головой:

–  Я останусь со своим господином до конца.

–  Ладно, сиди, всё равно ты мой следующий пациент, - махнул рукой Валентин и шагнул к Томару.

Прислонившись к стене, трактирщик и наложница наблюдали за целителем. Сначала им показалось, что маг просто стоит над умирающим, но спустя несколько минут судорожные вздохи стихли, дыхание стало ровным и спокойным, лицо порозовело. Белая простыня растворилась в воздухе, и камийцы замерли: гниющие язвы заживали прямо на глазах. Веки больного дрогнули, поднялись, и Валечка жизнерадостно произнёс:

–  С возвращением, кузнец!

Томар машинально кивнул, поднял руку и с недоумением уставился на неё.

–  Я умер или выздоровел? Гория!

–  Да, мой господин, - сквозь слёзы промолвила женщина, ойкнула и закусила губу: под её ногами растекалась лужица.

–  Я же говорил!
– воскликнул Солнечный Друг, сотворил халат и потрепал исцелённого камийца по плечу: - Вставай, дружок! Роды принимать будем.

–  Гория!
– Кузнец вырвал из рук Валентина халат, подскочил к женщине и, подняв её на руки, перенёс на кровать: - Где эти бездельницы? Эй, кто-нибудь! Сюда!