Чтение онлайн

У нее были проблемы взрослой девочки. Их нельзя было легко решить словами или действиями. Они не могли просто исчезнуть.

Они были реальными, обоснованными и неизменными.

Всё, с чем можно было справиться, — это то, как Эмери на них реагировала и как вела себя на людях. Она не могла вдруг отрастить себе вторую матку, но всегда надеялась, что кто-нибудь ее полюбит.

Не из чувства долга, несмотря ни на что, а потому, что она значила для них так много, что всё остальное было неважно. Она задавалась вопросом, была бы эта любовь еще более чистой из-за того, что касалась бы исключительно ее и их, без каких-либо ожиданий дополнения.

Даже сделав этот выбор, в глубине души она знала, что заслуживает безусловной любви, не омраченной виной, не меньше, чем кто-либо другой.

Она просто ждала, когда кто-нибудь ей ее подарит.

Она хотела, чтобы это был Инграм. Она слишком боялась узнать уродливую правду и предпочла бы пожить в фантазии еще немного.

Есть вероятность, что я погибну в бою с Королем демонов. Разве… разве это неправильно — хотеть скрыть это на случай, если так и выйдет?

Никто из них не давал обещаний на большее. Если Инграм решит попросить ее душу, она скажет ему правду, потому что он должен знать. Что именно поэтому она не может просто взять и отдать ее ему.

Его реакция подскажет ей, что делать. То, что он скажет после, либо укрепит ее в правильности выбранного пути, либо она сдастся и просто станет его.

Она надеялась, что если этот день когда-нибудь настанет, он заберет ее сердце и душу одновременно, и она примет это полностью.

Если он этого не сделает, если никогда не захочет связать себя с ней, то и проблемы изначально не было. Выходит, она злилась и переживала зря.

Учитывая, как сильно он хотел вернуть Алерона, и то, что его не особо заботило, что Эмери могут принести в жертву по пути, она чувствовала, что знает, каковы его приоритеты.

И это не Эмери.

Какой смысл ему рассказывать, если это всё равно не имеет значения?

— Боже мой, какая же я сложная, — попыталась рассмеяться Эмери, сжавшись при виде своих рук, прежде чем поднять глаза на Маюми.

Губы Маюми сжались в ответной усмешке, но она быстро угасла.

— Ты не уверена в себе.

— Уф, — выдохнула Эмери. — Это неприятно.

— Разве это не правда? — ответила Маюми, скользнув взглядом по Эмери вверх-вниз. — Если тебе от этого станет легче, у меня полно фатальных недостатков. Мне просто повезло, что Фавн почему-то до безумия ко мне привязан. Честно говоря, думала, что умру в одиночестве, если бы не он.

— Теперь ты вообще не умрешь.

Губы Маюми скривились.

— Не напоминай, — проворчала она, хлопнув себя ладонями по лицу. — Ты знала, что я с ним всего месяцев девять? Извини, что задеваю больную тему, но мы уже ждем третьего ребенка. С такими темпами я стану единственной причиной, по которой мир наводнят сотни Сумеречных Странников. Человечество вымрет раньше, чем мы это поймем.

После того как она выговорилась и наконец-то получила возможность собраться с мечущимися мыслями, тема уже не казалась такой удушающей.

Она слабо, но искренне рассмеялась.

Пока до нее не дошло кое-что очень важное.

— Девять месяцев?!

Маюми расхохоталась, и в уголках ее глаз собрались морщинки.

— Долго же до тебя доходило. Да, период беременности у Сумеречных Странников — один месяц. У них нет ни органов, ни костей, так что формировать особо нечего. Для меня всё это было странно, когда я впервые приехала сюда за помощью для всех, и меня вот-вот должно было разорвать, когда мы добрались. А в пути мы были всего три недели. — В ее карих глазах заплясали смешинки, когда она посмотрела вдаль. — Ты бы это видела. Я устроила Фавну ад, а моя аллергия была такой жуткой, что я сказала ему просто избавить меня от страданий. Удивляюсь, как он не пожалел об этом настолько, чтобы больше никогда не хотеть через это проходить.

— Сейчас ты выглядишь нормально, — заметила Эмери, всё еще не в силах переварить новость про один месяц. Месяц?!

— После первого становится легче. Видимо, нам нужно привыкнуть к этой штуке с «тьмой внутри нас». — Затем Маюми шагнула вперед, но не стала прикасаться к ней, склонив голову. — Тебе уже спокойнее?

— Да, наверное, — пробормотала Эмери, потирая шею, прежде чем снова вытереть свое чертово лицо, на этот раз чтобы убрать подсыхающие слезы. — Сделаешь мне одолжение? Можешь никому об этом не рассказывать? Из-за моего лица люди и так ведут себя со мной, будто в комнате слон, не нужно это усугублять.

— С твоим лицом всё в порядке. — Маюми вздохнула и отступила назад. — В «Твердыне Хоторн» я видела вещи и похуже, и я сомневаюсь, что Делора или Рея стали бы относиться к тебе иначе из-за этого. Но да, конечно, хорошо. Я никому не расскажу, о чем мы сегодня говорили. — Затем она поджала губы. — Кроме Фавна. Если ему что-то любопытно, он не отступится. Будет доставать меня, пока я не сдамся.

Эмери усмехнулась.

— Ладно. Кстати, он мне нравится. Он довольно забавный.

— Да, он классный. — Маюми сделала шаг назад. — Хочешь зайти в дом поужинать или предпочитаешь пойти в палатку? У меня есть настольные игры, можем поиграть, если не хочешь быть одна. Если нет, уверена, мы придумаем, как удержать Инграма подальше от тебя еще немного, чтобы ты могла отдохнуть. Я удивлюсь, если они с Фавном уже не играют в мяч Соней. Им очень нравится, когда их подбрасывают.

При виде выражения лица Эмери в стиле «какого хрена», губы Маюми дернулись от смеха. С шумом выдохнув, миниатюрная экс-Истребительница демонов ответила:

— Всё нормально. Я не очень хочу заходить внутрь, но вам не обязательно задерживать Инграма. Он довольно хорошо обнимается.

Прямо сейчас больше всего на свете ей хотелось, чтобы большой, милый, прилипчивый Сумеречный Странник помог ей почувствовать себя лучше, даже если он не знал причины.

К тому же, есть кое-что, о чем мне нужно с ним поговорить, даже если я этого не хочу.

Она должна была рассказать ему то, что сидело в ее сердце и груди, словно кислотная яма, с самой первой ночи их встречи, когда он был связан и привязан к той доске в темнице. То, что она откладывала до тех пор, пока они не доберутся сюда.

Эмери чувствовала, что больше не может жить с этой виной. Это была стена между ними, стена, которую она возвела до тех пор, пока не сможет об этом рассказать. Стена, из-за страха перед которой она не могла подойти к нему ближе.

Стена, от которой нужно было избавиться, прежде чем она позволит ему снова к себе прикоснуться.

Я просто надеюсь… что он не возненавидит меня за это.

Глава 29

Сбежать от Маюми и Фавна оказалось труднее, чем думал Инграм.

В тот момент, когда самка вошла внутрь без Эмери позади нее, он попытался уйти. Маюми велела ему подождать, пока ужин будет готов, чтобы он мог отнести его Эмери, объяснив, что людей нужно кормить, чтобы они были счастливы.

Так что он с раздражением плюхнулся задом на землю и стал ждать.