Чтение онлайн

— Именно так, — согласился старец Кулик и добавил: — И в этом случае мы не вмешиваемся в структуру матрицы печени.

— Но мы вмешиваемся в процесс информационного обмена между печенью и управляющей её работой матрицей, — уточнил Антон.

— Вот именно! — ответил старец Кулик.

— И по результатам нашего воздействия эта матрица, то есть таблетки, — закончил мысль Антон, — совершает требуемые нам действия с печенью.

— Всё правильно, — похвалил юношу Вейзель. — Остаётся добавить, что вариантов воздействия на невидимую матрицу, управляющую работой печени, существует несколько. Можете ли вы их назвать, Антон?

Да, вполне! — согласился юноша. — Можно, например, молиться…

…Кстати, это не шутка. В этом случае воздействие осуществляется, по крайней мере, на базе самовнушения. В результате него человеческий организм формирует специфические информационные матрицы, которые способны оказать необходимое воздействие на матрицу, управляющую работой печени. И это воздействие сравнимое с воздействием таблеток и других медикаментов.

А можно оказать и прямое воздействие на тонкое тело человека. На тот его участок, что соответствует матрице, управляющей работой печени. Но это уже экстрасенсорика. Конечно, понятно, на этом месте многие воскликнут, что экстрасенсорика это не научно. Но никто, кроме Творца, не может определить однозначно что научно, а что не научно.

Если исходить из физики нового тысячелетия, то наше бытиё, в котором мы находимся, сформировано бесконечным множеством одномерных пространств. Среди них не только хорошо нам знакомые пространство расстояний и пространство времени, но и такие пространства, как пространство массы, пространство энергии и другие физические пространства.

В этом сонме бесконечных одномерных пространств найдутся и такие, которые будут нам казаться невозможными. Но это только нам будет казаться, что они невозможны. Другие гуманоиды вполне смело могут обходиться с самыми «невозможными», на наш взгляд, пространствами. А мы будем смотреть на последствия такого обхождения и удивляться.

Это, конечно, не значит, что нужно ввязываться во всё паранормальное. Но и заведомо отсекать, возможно, самый чудесный новый росток не нужно.

А для равновесия можно выпить травяного отвара, приготовленного по традиционному рецепту. В этом случае информационные матрицы другого живого организма — растения — будут воздействовать на клетки нашего организма. В результате получится такое же действие, как получилось бы оно и от таблеток.

— Давайте разберём ещё один пример, — встрял старец Кулик. — Допустим, вам захотелось, что бы ваш друг сделал стрижку. Какие есть пути для решения этой задачи?

— Первый, — ответил с улыбкой Антон, — взять ножницы и постричь его.

— Но он может и воспротивиться, — серьёзно ответил старец Кулик.

— Тогда — второй, — ответил Антон. — Сформировать соответствующее «общественное мнение». Это тоже матрица. Она управляет работой матрицы субъективной оценки вашим другом своего внешнего вида через реакции на него окружающих.

— То есть, сформировать моду?

— Да, — ответил Антон. — И если при этом в нужный момент ещё и найдётся «доброжелатель», который расскажет вашему другу о «правильной» причёске, то вы добьётесь своей цели — ваш друг сменит прическу.

— И, возможно, на нужную вам? — спросил старец Кулик.

— Да, на нужную мне или вам, — уверенно ответил Антон. — Матрица организма изменяется под воздействием самого организма или другого организма.

Конечно, пример со стрижкой самый простой. Но всем понятно, что по такому же сценарию осуществляются и другие, гораздо более масштабные, события. Массированная реклама управляет нашим сознанием, формируя потребительский вектор, который направляет нас на заранее определённый продукт. Политическая реклама управляет нашим «самостоятельным» и «независимым» политическим выбором. И социальная реклама управляет нашими любовными предпочтениями.

Если в прежние времена брюнетки на физкультуре стояли в конце шеренги и многими воспринимались как болезные особы, то сегодня под валом азиатской и южно-европейской пропаганды рамка считывания объектов мужского вожделения переместилась именно на конец шеренги.

— Мы не берёмся здесь судить о том, хорошо это или плохо. Мы лишь наглядно демонстрируем простое правило: матрица организма изменяется под воздействием самого организма или другого организма. И нс обязательно заниматься насилием или другим физическим воздействием, достаточно подтолкнуть ваш мозг в нужном для нас направлении, и вы дальше покатитесь сами. Пока однажды, незаметно для себя, не окажетесь в том самом месте, куда вы даже и не думали приходить. Можете возвращаться на свои места! произнёс Вейзель.

Как только эхо его голоса стало замолкать между излишне параллельными стенами зала, стало возвращаться и сознание тех двенадцати студентов, которые стояли на сцене, выстроившись в физкультурную шеренгу. Они с удивлением обнаружили себя в таком состоянии. Смущённо поулыбались, не зная, как реагировать на происходящее. И неловко стали возвращаться на свои места.

— Кто готов пройти тест на гипнотическую восприимчивость? — спросил Вейзель.

Студенты, развеселившиеся после только что завершённого «спортивного» опыта, тут же потянули вверх свои руки. Некоторые даже принялись трясти ими, как это обычно делают школьники. Никто и не догадался, что это школьное поведение как раз и показывает, что обещанный тест уже стартовал.

— Хорошо! — просто сказал Вейзель. — Давайте попробуем.

Студенты приготовились внимать. Они переглядывались и, улыбаясь непонимающими улыбками, посматривали то друг на друга, то на сцену, ожидая, что нот сейчас появится некий фокусник или гипнотизёр, и ребята станут свидетелям каких-то волшебных пассов и опытов. Однако ничего такого не происходило. Вообще ничего не происходило…

…Хотя студенты снова не заметили, как всё волшебство уже состоялось.

Незаметно оказалось, что сидят они на одной большой поляне, в каком-то неимоверно сказочном несу. Каждый студент находится в возрасте ребёнка. 11 каждый ребёнок одет в национальный костюм того или иного народа. А собрались эти дети — из разных i гран мира. Зачем собрались? А вот принялись решать: кто из них самый умный, талантливый и гениальный!

Не все в споре принимали одинаковое активное участие. Некоторые о споре том только лишь похихикивали.

Вот, сидят эти дети, камешками да прутиками играют. Говорит один, несколько более тёмный и губастенький, нежели остальные:

— Я, слышь ты, быстро могу слазить на пальму!

— Ну и что! — ответила ему тихая такая девочка, хроменькая почему-то на одну ножку и с усиками. — А я могу выучить наизусть целую энциклопедию!

— А ну вас! — отмахнулся мальчик с соломенными волосами.

— Я!.. — начал хвастаться паренёк из той страны, где лошади бегают с рогами и зовутся оленями.