Два билета из декрета
Шрифт:
От обиды я чуть было не выпалила, что он ужасно целуется, но вовремя прикусила язык.
– Да помолчите вы, не хочу, чтобы нас заметили.
– А то что? Пойду махаться, мне терять нечего. Все равно ничто не сравнится с порванным пиджаком.
– Ой, пиджак! Я случайно, правда! Я все отработаю, - пискнула я.
– Не сомневаюсь, Яна, - ответил Игнатов и серьезно посмотрел на меня.
Вдруг стало не смешно ни ему ни мне. Розовый мультяшный свет, черные глаза напротив, ритмичный стук сердца. Я почувствовала себя пленницей зеленого короля, случайно уснувшей в лесу. Захотелось на свободу. Домой. Дышать глубоко и ровно, потому что сейчас мне совершенно не хватало воздуха.
В нескольких метрах от нас хрустнула ветка. Кто-то тяжелый и медлительный был рядом.
Я зажмурилась и закрыла ладонью рот Игнатова, потому что тот намеревался мне что-то сказать. Только не сейчас, когда мы так близки к спасению!
– Шипа,да удрали они уже.
– Ищите лучше, они точно здесь, - раздалось справа от меня. Говоривший был так близко, что я могла бы протянуть руку и дотронуться до края его ветровки, если бы не зеленая стена, скрывавшая нас от глаз посторонних.
Мы замерли. Смотрели друг на друга, боясь пошевелиться, не смея вздохнуть. Я еще крепче прижалась к Игнатову, его дыхание просто обжигало мне ладонь, но убрать руку от его лица я не могла. Казалось, что любое движение выдаст врагам наше укрытие.
– Шипа, - заканючил первый.
– Я слышал, тачка отъехала, это наверняка они.
Кто-то справа шумно втянул ноздрями воздух, будто пытался найти нас по запаху. Секунда, другая. И я услышала медленные удаляющиеся шаги.
Наконец стало тихо. Во дворе больше не было никого, кроме меня, Игнатова и безграничного чувства счастья, распиравшего мое нутро и рвавшегося наружу.
Я привстала на цыпочки и поцеловала картавого в щеку. Легко и непринуждённо, будто делала это всю жизнь. Он непонимающе уставился на меня и дотронулся ладонью до лица, не веря в то, что я сделала.
– Так, - хрипло раздалось у меня над ухом, - и зачем? Что это было?
– Не знаю, - на выдохе ответила я, - я на адреналине такую дичь творю, прямо как вы без него! Ну что, идем?
И легко подтолкнула ошарашенного Игнатова обратно на свободу.
Глава 8. С любовью из ГДР
Я слишком ленивый,
чтобы держать на тебя злость.
Ледниковый период
– Яночка, вас к себе Виталий Геннадьевич вызывал, - прямо на пороге Мельницы из ниоткуда материализовался дядя Гриша.
Мой взгляд уперся в цветовое пятно у него на груди, именуемое качественным свитером из комиссионки ГДР, и на душе стало тепло и радостно, отчего губы неконтролируемо растянулись в улыбке.
– Давно вызывал?
– Уже минут двадцать, поди.
Улыбку ластиком стерло с лица. Двадцати минут хватит, чтобы педантичный шеф рассказал все текущие новости, заметил мое отсутствие и начал гневаться. Я поспешила к кабинету Игнатова, попутно запихивая бутылку кефира в рюкзак. В последние недели времени на обед не хватало и приходилось ограничиваться обезжиренной кисломолочной бурдой, лишь бы не грохнуться в голодный обморок.
Из-за закрытой двери раздавались приглушенные голоса. Если там собрался весь наш отдел, то мне удастся проскочить незамеченной на ближайший стул из второго ряда.
Увы, оказавшись в кабинете, я увидела, что это было очень скромное совещание, фактически VIP-тусовка. За большим дубовым столом сидел верховный картавик всея Мельницы, там же рядом, но не такая уверенная как обычно, его наместница Гобра. Сашенька с блокнотом и ручкой что-то телеграфировала у дальней стены, когда я, прожигаемая неодобрительным взглядом В.Г., прошмыгнула к ней на соседний стул. Когда я уселась, шеф снова посмотрел на меня и отвернулся, стоило нашим глазам встретиться.
– Раз уж Птаха почила нас своим присутствием, я продолжу. Что по аренде?
– Внесли залог.
– Еда для персонала?
– Нашла кейтеринг. Меню простое, чтобы быстро и чисто, никаких салатов, как в прошлый раз.
– Такси сопровождающим?
– Сняла автобус, так дешевле и никто не разбредется, ищи их потом.
По монотонным вопросам шефа я поняла, что обсуждают съемки клипа какой-то незнакомой мне группы. Концепцию и сопровождение взяла на себя Мельница, а значит, мы должны были создать максимально комфортные условия для съемочной команды. Внутренне я порадовалась, что этот проект запустили еще до того, как взяли меня обратно в штат, ведь тогда никаких вопросов ко мне нет и можно спокойно плевать в потолок. Лафа!
– Пиджак для Володи?
Гобра молча вытянулась в струнку и затихла. Ох, видимо, потолочные плевки отменяются, так что я, последовав примеру Сашеньки, подалась вперед и расчехлила уши.
– Его не будет, - бесцветным голосом ответила Катя.
– Кого не будет, пиджака или Володи?
– Пиджака.
– Я надеюсь, к съемкам его все-таки успеют доставить? – Катя виновато опустила голову, и Игнатов с нажимом произнес: - Екатерина Сергеевна, я не люблю повторять свои вопросы дважды. Когда ты получишь пиджак?
Ответа я не расслышала, но, судя по почерневшему лицу начальника, произнесла она что-то совсем трагичное.
– Позволь узнать почему?
– Я его не купила, - еле слышно прошептала Гобра.
– Позволь узнать почему? – с нажимом повторил Игнатов, и тон, которым он это произнес, не сулил ничего хорошего.
– Виталик, ну просто это было очень дорого, не может тряпка столько стоить, даже винтажная!
– затараторила Катя.
– Я ждала, что сбавят цену, но кто-то его, видимо, перекупил.
– Пере… что?
Ох. В черных глазах Игнатова ярким всполохом зажглась ярость. От напряжения и страха у меня пересохло во рту. А ведь я даже не за свою жопу боялась. А за вражескую пятую точку ненавистной чешуйчатокрылой Гобры. Если бы во мне было хоть немного смелости, то я бы подорвалась к столу и прикрыла собой застывшую фигуру начальницы, до того жалкой она выглядела в тот момент. В.Г. вскинул голову и уставился на меня так, словно умел читать мысли:
– Яна, выйдите, пожалуйста, из кабинета.
– Что? В смысле, да, сейчас. – Я опасливо глянула на Гобру, гадая, задушит он ее голыми руками или забьет дыроколом до посинения. И что в таком случае придется делать мне: давать показания полиции или закапывать тело начальницы в ближайшем палисаднике? Гнева Игнатова я боялась больше, чем стражей правопорядка.
– Яна, захватите с собой Александру, кажется, она потеряла дорогу к выходу, - произнес шеф и с нажимом добавил: - Пожалуйста.
Я подхватила с пола рюкзак и малодушно потопала к двери, стараясь не оглядываться. По напряженной тишине в кабинете было понятно: сейчас разразится буря. И лично мне не хотелось быть свидетелем выяснения отношений этих двоих.