Чтение онлайн

И он даже дотянулся краешком сознания до первой эпохи, даже этому предателю шанс на спасение "выделил", сделал его СВОИМ сыном, несмотря на то, что Иуда ведь - лишь носитель важной сущности... Он, на самом деле, - тот еще овощ. Даже то, что он тащил в себе до сих пор - благороднее самого Искариота в сотни раз и обрело-таки шанс иметь будущее, если станет жить! Но увы, Иуда совершил проступок, в ходе которого сам лишился этого шанса, передав его другому человеку - а впрочем, он всегда был трусом, а тот мальчишка, который принял на себя невольное преступление сущности и ее саму - храбрецом... И все же вмешался этот Сато - взял и узаконил факт кражи им своего личного пути! Сумасшедший! Зачем ему эта мина замедленного действия под боком? Только потому, что я Искариоту, моему братику - моральному уроду, в иной жизни рай пообещал? Так он в Пределе уже побывал - и даже там умудрился нагадить! Так зачем тогда? Ведь мог же, мог Сато побыть хоть раз прежним дьяволом - и перечеркнуть ему дорогу в будущее. Но нет, Элин, ты еще не поняла, насколько сильно изменился тот Сато, которого знала ты?! Которого прогнала сама Земля за бессердечность! И после всего этого я - псих, Элин, так ты считаешь? Нет, уже не я здесь сошел с ума заметнее всех нас, меня наконец-то переплюнул собственный сын - для того и рождаются у нас дети, чтобы превзойти! Впрочем, Джахаркха ждет долгий, нудный, страшный, длинный, садистский шанс, в ходе которого он будет оставаться прекрасным инструментом эволюции в руках Сато. Но окончится все благополучно, если только это необузданное детище Денеба не вырвется из паутины и не примется за старое. Да уж... Ты не видела, как все это происходило, Элин. Ты дистанцировалась, отошла в сторону, решила забыть все, что связано с нами, нашей семьей. Нашим проклятым родом кленового листа, при моих четырех словах и взгляде на него ставшего самым первым символом анимы, души, сути человеческой... В лилию он превратился благодаря как раз-таки Сато, сгладившему острые углы... Но ведь Мир, конечно, все почувствовал - и, наконец, узнал его! И потому - знаешь и ты, как бы ни стремилась забыть. Слишком красивый выходит результат, а ведь ты так любишь красоту... А Сато, меж тем, заметь, очаровал Амати до потери осторожности - и знаешь чем? А вот тем молодым человеком, стоящим неподалеку от нас с любезно блокированным мной сейчас чутьем на происходящее в духе. Очаровал именно возвращенным Им - совершенно юным и ничего не помнящим из своих прежних глупостей в на редкость богатой на рискованные идеи голове, - И не останавливающийся ни на секунду в своей "тронной речи шизофреника" экс-Люцифер экс-Кри и нынешний владелец компании "Феникс" ткнул указательным пальцем в изумрудном перстне на Виктора. А потом окончил свою речь, очень грустно, почти также тоскливо, как Виктор при одном упоминании "Солнышка", в которое он умудрился влюбиться:

– Мы с Амати теперь вам - не помощники, но...
– Он улыбнулся, явно вспоминая что-то совсем недавнее, какие-то свои предельно двусмысленные слова, кажется, - мы ведь и не будем помогать. Дело дошло до такой ступени посвящения, когда все встали наравне, и тайны теперь вскрываются пачками, тысячами, миллиардами, за просто так - как в подарок. И люди - не видят, но увидят, еще как увидят. Для этого им надо будет просто уснуть, а уж при Безмолвии-то... Такие горизонты! Такая прелесть-прелесть-прелесть! Вселенные, миры, планеты, галактики, новое, новое, новое... И, Элин, слышишь меня, слушай: материальное и живое! И времени, хотя и мало, но его мно-о-ого. Вы поймете, что его много. Ох, как вы это поймете. Когда все уснут - чтобы проснуться, пройдя свои личные испытания - отдельные, для каждого человека, ведь и души уникальны... Но возиться вы будете долго... Это как всех крокодилов из Нила выловить, а ведь их с каждым днем становится все больше... Да-да, не шутка все это, совсем не шутка...

Но с нашей стороны это уже не помощь - это наше общее Дело. У нас ведь есть и свой интерес, и своя доля. Значит, это уже "спасительный бизнес", а не испытание для вечных душ, и мы все теперь - "акционеры" этого предприятия. О да, какое прекрасное определение, а, Элин? Не нравится? Вновь сбежала в состояние наивной, не понимающей ничего девочки, способной вызвать Тайфун на левом побережье Малайзии, засуху в Антарктиде и столкновение айсбергов у берегов Мадагаскара - и все это одним раздражением? Да уж, прекрасный ты выбрала путь для отступления! А мой лабиринт - поломала, поломала! Мне снова его по кусочкам собирать, как собственный разум! Этот лабиринт - часть меня, между прочим, а я - его часть. Космос - мне души продолжение, как тебе - Мир!

Вика вдруг скривилась. Все-таки переиграл. Уже слишком далеко забрался в дебри фантазий - становится скучно.

– Ты случаем не перечитал сказок Роджера Желязны? "Дворкин" из тебя никакой. Ты у нас вроде - "Оберон".

– А, поддалась на провокацию!
– Вика от досады даже зубами щелкнула, вновь дистанцируя "перетекающую" обратно к сути сущность. И правда, шах и мат, лучше б молчала! Совсем забыла, что он - непревзойденный шахматист, - В общем, результат видится такой... Такой... Очаровательный, что куда мне, пещерному жителю, от него сбежать. Нет, никуда...
– А дальше Кри окончил совсем тихим и уже очень серьезным шепотом, - И ты будешь очень глупой дочерью и матерью обновленного Мира, если этого не признаешь. Но выбор, и правда, за тобой. Сато так решил. И я просто высказал свое мнение. И в конце, с последней точкой этого пути, ты поймешь, о чем я говорил. А сейчас - просто запомни то, что больше всего полюбилось из всех моих пророческих речей! Финита ля комедиа, чародейская ты наша красотка, позабывшая, кем была! Человечек ты наш неповторимый!
– И Вике почудилось, что над головой Кри в этот момент каркнул ворон, по голосу еще более жестокий в отношении хозяина, чем ворон Сато.

А все чудесное и волшебное как будто мгновенно померкло по мановению пальцев дирижера-Кри. Но не совсем исчезло - просто краски стали бледнее, обыденнее, куда менее насыщенными. Будто в воздухе до этого момента была растворена чистая эйфория высшего Эстрея, а теперь - только обычный, вполне земной, кислород. Вика стояла напротив одетого в форму охранника сорокапятилетнего на вид хозяина строительной компании "Феникс". Виктор подошел к нему, молча то ли прося, то ли требуя объяснений. "Охранник" протянул руку в приветственном жесте:

– Андрей Адамович Заря, хозяин сей убогой конторы, по которой только что "золотая орда" прошлась в компании цирка Шапито.

Витя улыбнулся и пожал протянутую руку. До Вики как-то с запозданием дошло, что он действительно не слышал или не запомнил ни единого слова из их диалога с "Андреем Адамовичем". А может, стерлись из его памяти и моменты ее "дикой охоты", либо же они и вовсе разговаривали мысленно. Кто теперь поймет, когда фонтан безумия уже умолк. Кри умел стирать произошедшее, как никто иной в этом мире - намного лучше самого Сато, превосходящего отца в компиляции того, что есть. Ясно, лучше и самой на время заглушить эти воспоминания. Не забыть... Просто притушить, чтобы не казались слишком важными... Космос, даже смоделированный, полон отражений, но ценных, важных, прочных и правдивых среди них - единицы, остальные миллионы существуют просто как украшения и лишь запутывают ум. И суть, распахнувшая было у нее за спиной все свои четыре крыла-лепестка, вновь чуть сжала "бутон". Вика улыбнулась. Вот теперь на душе стало куда спокойнее... И правда, простая студентка филфака. И что бы там ни говорил этот старый болтун... Она просто хочет пожить. Никуда не бежит. Нет, не бежит. Ни от чего и ни от кого не бежит!

Стало легче. Сердце Мира помнило, очень хорошо помнило, почему Кри заставили почти всю первую эпоху молчать, а после - не помнить свое прошлое. Он все был способен превратить в игру. Даже смыкание миров казалось ему не более чем шахматной партией с сильным противником в лице сложившихся обстоятельств. И все казалось таким легким и простым - на раз-два осуществимым: Кадма - на Е5, Сато - на С4... А потом изменялось, изменялось, изменялось... И истину становилось невозможно отличить от лжи. Ни сама Вика, ни даже Мир не могли сейчас понять, сколько в произошедшем было правды, сколько - вранья, сколько ощущений исходило от сути, а сколько - были лишь продолжением личного безумия первого мага, разлившегося космической эйфорией в стенах офиса. Вика поняла: только в таких условиях первомаговской помешанности на творении, царящих в том самом космическом варианте Безмолвия начала эпох, все еще такой же загадочный, как и при встрече, Сато мог придумать самый первый электронный кристалл, способный справиться с любыми расчетами просто потому, что способен был справиться с эйфорическими парами догадок и найти в нем единственно верную цепочку рациональных зерен, затерянную среди отражений идей Кри. Примерно так. И делал он этот кристалл - из твердых, проверенных фактов, позволяя связям и смыслам между ними возникать как угодно. Главное - чтобы в знаменателе выходило прочное, продуктивное и... красивое знание.

Потому она Вика - это факт. Ее друг Виктор - дитя индиго, это тоже факт. Предел существует и история его уже неизменна - и это факт. Ее нынешние приключения начались с таинственного незнакомца - это также факт. Он, предположительно, - Сато, но это уже не факт, лишь версия Кри. Он, кажется, скрыл свое настоящее имя, которое никак не удается вспомнить. И "Феникс" - одна из точек на ее пути. Отнюдь не последняя, ведь дорога еще не вернулась туда, откуда началась, - и это факт. Она не знает ничего доподлинно о том, что случится в момент смыкания миров - и это факт. Нужно приложить все силы, чтобы их правильно соединить - и это факт. Род кленового листа поголовно сумасшедшие, каждый - очень по-своему, - как ни обидно было Вике это признавать, но ощущение оказалось, увы, предельно правдивым. Они слишком крепко оказались связаны с силами, порожденными собственными мыслями и душами, а такой след отражается на сути раз и навсегда - и это, увы, тоже факт, ведь душа - бессмертна. Остальное - своеобразный бред в духе Кри и вполне себе в репертуаре Люцифера. Залечил душу с ее помощью, восстановил память - да и ладно, значит, заслужил. Но и правда ведь, "непутевый". А ей надо разбираться в реальности дальше, не падая целиком и полностью в его лабиринт иллюзий - как раз-таки путь искать, а не кромешное, нетореное, извечное бездорожье его души. А то ведь даже с ее дарами из него потом не выбраться так просто - такие путешествия скорее по части Сато с его сугубой логикой или Виктора с его причудливым "танцем", ей же намного ближе чувства и ощущения.

Андрей Адамович при этих ее мыслях отвлекся от деловитого разговора с Виктором и подмигнул Вике, ободряюще кивнув головой. Он, кстати, не любил, когда в его безумии тонули надолго. Кажется, когда-то даже говорил примерно так: "Отведайте его, как вино, проживите, как жизнь, уложенную в секунду, и после выплюньте на ковер вишневую косточку - чтобы не отравиться моим змеиным ядом". Его родовым тотемом была когда-то ядовитая змея. Гюрза, кажется... Впрочем, они менялись, очень часто менялись - эти тотемы. Но ядовитая змея возвращалась с завидной регулярностью - и об этом всегда следовало помнить. Фантазия - отравляет в таких объемах. Потому Кри вынужденно молчал. Но видимо, те времена прошли - и теперь придется как-то с ним разговорчивым рядом уживаться, зажимая уши, что ли, и закрывая глаза. А то ведь, и правда, отравит однажды... "Вылечила" на свою голову, называется.

Вика как-то двусмысленно улыбнулась сама себе, смотрясь в близлежащее, уже обычное зеркало на стене. Просто тень легла на левую сторону лица. Легкая. Пройдет. След от разрушительной стороны дара и всплывших воспоминаний. Ничего, условно "темная" сторона - всегда добавляет крепости условно "светлой" стороне души. А в такие особенные времена, и правда, еще надо разобраться, какая из них - темная, а какая - светлая. Только мозг себе ломать пребыванием в этом месте - и Вика вышла из здания, ожидая, когда наговорится с Кри Виктор, так и не понявший, что общается именно с Творцом, а не просто с бывшим Люцифером. С этим субъектом наговорятся они еще, определенно, успеют - а Витя обещал ей две вещи: во-первых, рассказ про куда менее зыбкий и более определенный, чем "космические" фантазии Кри, Предел детей индиго. А во-вторых... научить ее играть в пинг-понг. Сам он умел делать это просто мастерски! И Вике, глядя на друга, тоже захотелось научиться.

Да. Все-таки это оказался радостный день. Почти что счастливый.

Да, ты сумел отворить заветную дверцу, Но мир, что Бог сотворил, рожден был из сердца... Тот, кто сердца лишен, жизнь дарить не способен - Жаль, но ведь ты не прошел испытанья любовью... (с) Мюзикл "Последнее испытание", "Властелин Ничего"

Со звонким стуком шарик отскочил от стены за спиной и пребольно ударил Вику по локтю. Девушка в досаде бросила ракетку на стол. Ну не получалось у нее играть в пинг-понг также быстро и аккуратно, как это делал Витя! То она била по шарику слишком сильно, то слишком рано. Уловить его движение казалось слишком сложно. Друг улыбнулся и помахал ей ракеткой: