Чтение онлайн

" Это у нее каждое утро так? Бедная! " — сочувствующе поднял обе брови, представляя как мучилась девушка весь первый триместр. Приложил ладонь в область солнечного сплетения и сделал медленный глубокий выдох через нос. Отпустило. Но, как выяснилось — ненадолго. Как только в кухню выплыла Юлька, демонстративно потягиваясь, Макар снова ощутил тошнотворный спазм в желудке.

— Доброе утро! Извини, взяла твою футболку с кресла, не планировала ночевать, ничего не взяла с собой, — расплылась в кокетливой улыбке и положила руку на спинку стула.

Макар посмотрел пристально и поймал себя на мысли, что успел забыть, какая она невыразительная без косметики.

— А где Анна Андреевна? — сделала вид, что искренне удивилась её отсутствию.

— На рынок поехала, — процедил, покручивая чашку длинными пальцами.

— Ой, вот это я проспала, — посмотрела на часы и округлила глаза. — А что так темно- то? — нахмурилась, глядя сквозь занавески.

— Дождь..

— Ты позавтракал? — окинула взглядом полупустой стол.

— Не. Гренки в контейнере, все уже остыло, — отвел взгляд и задумчиво посмотрел в одну точку, прислонившись спиной к холодной стене. Хотелось встать и выйти, но, к сожалению, физический побег ничего бы не изменил, разговора не миновать. И Макар прекрасно это понимал.

— Ничего, я приготовлю что — нибудь, если ты не против? — подошла к холодильнику и словно случайно приподнялась на цыпочки, заглядывая на верхнюю полку. Из — под короткой футболки показались кружевные трусики, с кокетливой вышивкой на попе.

Кивнул и нервно сглотнул.

"Вот так живешь себе и не знаешь, на что способен" — отвел взгляд, от греха подальше. Еще вчера готов был поклясться Ксюше, что никогда не стал бы больше связываться с Юлькой. Злобно посмотрел в область ширинки, прекрасно понимая, что есть одно единственное оправдание… И оно не является веским. Всю сознательную жизнь считал, что нормальный мужчина способен управлять инстинктами, и были случаи, когда приходилось тормозить на полной скорости. "Почему же вчера не смог"? — выпрямил ноги и поменял позу.

— А ты давно встал, ведь так поздно уснули..? — обернулась, держа в руке кусок сыра и лаваш. — Будешь конвертики с сыром?

"Картина маслом- заботливая женушка" — просверлил бирюзовыми глазами еще одну дырку в сыре. От этой нарочитой томности начало подтрясывать.

— Час назад. Нет, спасибо.

–  Я не очень сильно на тебя ноги забрасывала? Ты же знаешь, это моя дурная привычка… А кровать такая узкая..

— А как ты вообще оказалась в моей постели? — поднял одну бровь и взглядом следователя пригвоздил девушку к стенке.

— А ты не помнишь? — захлопала ресницами так часто, словно в попытке взлететь. Явно нервничала и не была готова к дальнейшему детальному расспросу.

— Местами..- неуверенно покачал головой из стороны в сторону.

— Какими? — подняла плечи вверх и сделала кукольно — невинное личико. Как говорится, в любой сложной ситуации достаточно прикинуться дурой.

Макар промолчал. Не хотелось бы уточнять- какими..

— Ты поедешь после обеда? Можно я с тобой? — отвернулась к столешнице и принялась, наконец, ваять завтрак.

Молчал. А Юлька продолжала: ее явно не интересовал ответ, она все давно пропланировала и решила.. — Можно заехать по пути в тот Гипер, помнишь, рядом магазинчик с живыми раками? Я тут с твоей мамой поговорила, она мне подсказала, как ты их в детстве любил. Я даже могу тебе приготовить вечером.

Капля за каплей — точно по темечку. Тюк- тюк- тюк. С каждым последующим словом все невыносимее слушать. Макар надул щеки и выдохнул, словно закипевший чайник:

— Послушай, надо поговорить. Бросай свой лаваш, садись, — решительно подвинул пустой стул. Девушка перестала неистово натирать сыр. Его тон, до боли знакомый, не выражал ничего хорошего. Но делать нечего — отложила в сторону терку и всполоснула руки. Села напротив, положив ногу на ногу. Спина напряжена, перекрещенные руки, словно струны легли на колено.

— Я не буду говорить, что ты прекрасная женщина, — решил пошутить, но осекся, заметив, с какой внимательной серьёзностью смотрит Юля. — Ты и так об этом знаешь… (пауза). В общем, давай начистоту (пауза), то, что мы вчера переспали — это жесткий косяк с моей стороны. Прости! Я не планировал, правда не понимаю, как это могло получиться, — потер холодный лоб рукой и поправил браслет часов. Брюнетка впиявилась взглядом, словно клещами.

" Переспали? Показалось, или в голубых глазах действительно вспыхнула искра удивления, но он не придал этому значения.

Вместо того, чтобы по своему обыкновению трещать, девушка молча смотрела куда- то сквозь стены. Макар не стал форсировать и также взял паузу, вытащив сигарету из пачки. Странное чувство- извиняться за содеянное, которого совершенно не помнишь. Как в детстве, когда ты сожрал огромный пакет конфет, заныканных бабушкой под кроватью, она тебя за ухо поймала через неделю и орет:

–  Стыдно тебе, засранец?

Говоришь стыдно, ой как стыдно..

А самому ну нифигулечки не стыдно, потому что ты искренне и бесповоротно забыл о содеянном.

— Удобная позиция, Макар, воспользоваться моим опьянением, шептать о любви, а на утро умыть руки, — на голубом глазу нависла большая крупная слеза. Отвернулась к окну и покачала головой. Начало постановки получилось многообещающим.

— Я о любви говорил? — поперхнулся дымом и закашлялся, как туберкулезник.

Юлька демонстративно опустила ресницы. Отступать было некуда.

— Выпил много, я не помню и на меня это вообще не похоже, — отрицательно покачал головой и постучал зажигалкой по столу.

– — На попятную, значит… ну поняла, я наверное, за все это время не заслужила элементарного уважения! Зачем ты меня топчешь, Макар? Как можно так разбрасываться людьми? Сколько сил и времени на тебя потратила и все впустую, получается? Ты даже не можешь дать шанс нашим отношениям? — сменилась в лице и пустила аккуратную красивую слезу. Теперь отчетливо осознала, что ей никак не удается пробить стену отчуждения.

— Юль, отношения — это не поле для инвестиций. Выгоды здесь не может быть, сама понимаешь. И гарантий ни у кого из нас не может быть, уже обсуждали, люди сходятся и расходятся, по разным причинам, через месяц, год, и двадцать лет. Уходят от беременных, с детьми, инвалидов, — ответил, пытаясь сменить угол зрения брюнетки. — Помнишь, я тебе рассказывал о приятеле, он десять лет прожил с женой, двое детей, бизнес не маленький был, а влюбился в свою повариху и сейчас живет в двушке, в Бутово. Жена все отобрала, ездит он на старой "мазде" и не жалуется. Я его тут встретил- не узнал, с виду счастливый мужик.

— Макар, это крайности, бес в ребро, называется, но большинство людей работают над отношениями. Все можно скорректировать, проходить вместе через кризисы? Или ты по жизни бросаешь все, что тебя хоть немного не устраивает? — смахнула слезу и прямолинейно посмотрела в зеленые глаза.

— Это не тот случай. Зачем мне вытягивать отношения? Если на этапе старта уже тяжело, ты реально думаешь дальше будет проще?

— Я не знаю, Макар, но так все бросать, это тоже неразумно..

— Ты можешь понять, мы жили рядом, но не вместе! Мы