Чтение онлайн

Вот пронзительно завизжал наждак, а мастеровой принялся прямо здесь острить нож, привлекая внимание.

Китаянка вся подобралась, но стакан из руки не выпускала. Но вот случилось, то, чего она так долго ожидала. Вниз, со второго этажа, спустилась Маклакова. Что- то тихо сказала точильщику, и тот оставив скарб, пошёл за ней к чёрному ходу.

— Гаврилыч, подержи — Юйлань отдала свой чай дворнику, и дождавшись, когда мужчина и женщина скроются за углом, просто помчалась к главному входу.

Она давно так не бегала, но дыхание не сбилось. Туфли из «Мюр и Мюрилиз» оказались на диво хороши для бега. Женщина перескакивала через ступеньки, и вот, добралась до своей квартиры… Быстро открыла дверь. пробежала через коридор, и оказалась в гостиной, спрятавшись за портьерой. Всё заняло буквально несколько секунд. И тут, она услышала, что открылась дверь чёрного хода…

***

— Зоя Ивановна, — говорил мужчина, — мигом всё вскрою! Не беспокойтесь!

— Сделай красиво, что бы чистенько всё… Замок не сломай, и отверстие для ключа… Я всё как по нотам сделаю, и останется господин Стабров виноватым, что платежная ведомость пропала и полис тоже.

— А доверенность? Доверенность от « Текстиль и обувь»? Мы то с ребятами зря что-ли на станции «Перово» шуровали? Сколько раз под смертью ходили?

— Так вы с Мерзляевым и так груз с вагонов торгашам на Ильинке задвинули? Что, мало денег получили?

— Да если бы… Пустые были вагоны, не было там ничего, Зоя Ивановна! Подстава это была!

— Так купец Артамонов нам ещё и дохлого мерина подсунул? И на грузе заработал, и с нас долю требует? А Петрушевский, значит, и честным компаньоном оказался? Чего раньше не сказал?

— Да в бегах мы были с Мерзляевым, после всего этого на станции. Как всё это случилось в 1906 году… Сама знаешь, мы из Гельсинфорса десять дней как вернулись. А Прыткий где? Он де с тобой оставался?

— Нет больше Прыткого, умер он, — твердо ответила кухарка, — Тогда надо было мне сказать, как приехали. Когда я в доме на Солянке сидела. И путейца можно было не трогать… — тихо произнесла Маклакова.

— Да чего уж теперь… Сто пятьдесят тысяч возьмём! Дело верное…

— Трудись давай, Тимоха…

И Тимофей работал ловко своими отмычками, звенел не громко. И вот, две дверки отличного стола Стаброва отворились, и вперёд вышла, понятно, опять Зоя Ивановна.

— Здесь аккуратно надо… — прошептала предводительница бандитов.

— И точно, вещи-то не твои! — крикнула Юйлань, и тут же ребром ладони ударила Тимофея по шее, отправив того в тяжкий сон.

— Руки ко мне, — громко командовала китаянка Маклаковой, держа револьвер в левой руке, — я этой стреляю хорошо, не промахнусь…

— Вижу, красавица…

Но всё же Зоя Ивановна рискнула. Выдернула револьвер из разреза своей юбки, но китаянка, подпрыгнув, ударила коленом ноги противницу прямо в нос, а правой ладонью добавила по шее. Маклакова без чувств упала на ковёр.

— Чёрт, — зашипела Юйлань, как обиженная кошка, успев положить под лицо бандитки салфетку.

Из носа поверженной злодейки толчками сочилась кровь. А ковёр-то персидский, цены немалой! Но мадам Стаброва не медлила а быстренько связала обоим преступникам руки и ноги. Ну что? Жалко, конечно, как подумала китаянка, что нет Шульца с его фотоаппаратом. Запечатлеть такую картину.

Но, надо было звонить мужу, а то всё у него расследование не складывается… Она не спеша подняла трубку аппарата «Эрикссон», крутанула ручку, и произнесла:

— Барышня, соедините с Сыскной полицией, с полицейским чиновником Стабровым… Да ожидаю…

Ждать пришлось недолго, она смотрела на двоих преступников, лежащих на её любимрм персидском ковре. Сказать честно, это было ей просто неприятно.

— А, любимый… — заговорила Стаброва, — Приезжай срочно домой… И прихвати Никулина, Минакова и Шульца. На пироги? Нет, всё интереснее…

ГЛАВА 25 Арест

Она смотрела в окно, как во двор заехал автомобиль, и четверо мужчин быстро покинули его салон, и пошли к подъезду их дома. Анна Аркадьвна терпеливо дождалась звонка в дверь, и открыла.

— И что случилось? — слегка напряженно спросил Стабров.

— Заранее прости. Но выхода другого не было, — с ходу оправдывалась Юйлань, — как можно было преступников взять с поличным?

— Преступников? — переспросил Сергей Петрович, и повесил свою кожаную куртку на крючок вешалки.

Минаков, Никулин и Шульц переминались, стоя в прихожей. Чувствовали сея не в своей тарелке, тем более, назревала семейная ссора. Ситуация, точна была явно непростая…

Стабров всё же просто пожал плечами, усмехнулся и пошёл в гостиную.

— Что это? — раздался его удивленный крик, — Анна, что такое?

— Пойдёмте со мной, — хозяйка дома непринужденно позвала подчиненных мужа, — будете свидетелями…

Китаянка шла спокойно и уверенно, муж же не веря своим глазам, наблюдал за связанными людьми.

— Зачем это? — показал он на связанную Маклакову — это же кухарка. Её же убить хотели в квартире Рашке на Солянке? Опять ты за старое?

— Нет, к сожалению. Эта женщина — главарь банды, а этот, — и она показала на мужчину, — Тимофей, её подручный.

— Точно… — выдохнул разом Минаков, и поправил котелок на голове, — Сергей Петрович, да это же Тимоха — Зыгарь, медвежатник известный. Давно его ловим. Ходили слухи, что в Гельсинфорсе прячется. Просто удача!

— Она провела его в квартиру, у меня есть свидетель- дворник Акимов. Пытались вскрыть твой стол, — объясняла Юйлань, — я их опередила.

— Отлично… — заметил Стабров, — Николай Григорьевич, снимите с обоих отпечатки пальцев. Револьвер Маклаковой не забудьте оприходовать, — и он показал на оружие, так и лежащее на ковре, — Нужен аммиак, привести их в чувство. Да и надо будет Юшкова отпускать, Александр Владимирович! Ну, а очную ставку мы в Сыскной полиции организуем.

Тем временем Шульц и Никулин занимались сбором доказательств преступного умысла этой зловещей шайки. Вскрыый стол, связки отмычек. Да и про отпечатки пальцев полицейские не забыли.