Чтение онлайн

— Аки…

— По-мол-чи… — она накрыла пальчиком мои губы, провела по ним кончиком указательного, при этом прикрывая глазки и словно наслаждаясь прикосновением. — Время для слов прошло. Сейчас время для действий.

А у меня в голове внезапно что-то щелкнуло. Что-то было не так. Нет, мне безусловно не на что было жаловаться, и, будем честны я много раз представлял себе разные вариации происходящего сейчас, но… во всем этом было что-то смутно неправильное.

А именно — прежде Аки была намного… скромнее и застенчивей. Да, она меня подкалывала, вгоняла в краску, заставляла попадать двусмысленные ситуации, причем с ее участием, но… например, тогда в горячем источнике она провоцировала, при этом прикрывалась и краснела как малолетка. А сейчас…

— Аки?

— М-м?

— Не поделишься… что означает слово «тамайори»?

Она прикрыла глазки, и легонько улыбнулась, облизываясь, словно голодная кошка на банку сметаны. Медленно опустила руки, и расщёлкнула застежку юбки-шортиков, тут же отбросив их в сторону. Взяла мою правую руку и нежно поцеловала, слегка пройдясь языком по указательному пальцу… чем еще больше озадачила. Это не просто флирт, а уверенное и целенаправленное соблазнение. Опытное и профессиональное.

— Ты ответишь? — осторожно настоял я, запустив пальцы ей в волосы.

— Какой ты… нетерпеливый… — прошептала она, подтягивая меня ближе, проводя руками по коже и прижимаясь лицом. А потом решительно взялась за край полотенца, и развязала его, отбросив в сторону. Ее нежные пальчики легли на мою слишком выпирающую часть, которую уже ничто не скрывало.

Все еще гладя ее волосы за ушком, я так и застыл, удивленный таким резким напором, одновременно силясь понять, что меня тревожит. И это я сейчас не о прекрасной юной соблазнительнице, целующей мою нижнюю часть живота, спускающейся все ниже и глядящей снизу вверх.

В дверь неожиданно тихонько постучали, и мы оба повернули голову на звук, а потом посмотрели друг другу в глаза.

— Не открывай, — подмигнула она и приоткрыв ротик, демонстрируя свой влажный и горячий язык. Насколько он горячий я понял буквально в следующую секунду, потому как ощутил его прикосновение впродоль…

Сердце колотилось как бешеное, я уже едва сдерживался чтобы не схватить ее за волосы и не насадить по самое… Вот только, на душе по-прежнему было неспокойно. Что-то было не так.

Мой взгляд упал на ее безжалостно отброшенную темную юбку-шорты. Казалось бы, ничем не примечательная деталь одежды, вот только… а как она ее сняла, не поднимая от пола свои несомненно обворожительные ножки? Что это за нахрен? Магия? Или…

В дверь постучали снова, более настойчиво, но мне было абсолютно не до этого, и не потому что сейчас я отлетаю от возможно самого кайфового минета в своей жизни.

Отрешаясь от ощущений влажных прикосновений на своем дружке, которые уже стали не просто откровенными, я усилием воли в своей памяти вернулся в тот момент и запустил перепросмотр ситуации. Вот она тянется к застежке юбки-шортов, медленно расходится молния, и… она ее отбрасывает в сторону. Но молния сбоку — только слегка ослабляет узкую поясную часть, позволяя спустить ее через широкие бедра девушки, но никак не полностью раскрывает, к тому же нижняя часть — все-таки скреплена, ведь это именно шорты… Значит все-таки магия? Но зачем?

Мои глаза резко сузились. Не совсем понимая, с какой целью я это делаю, поднял указательный палец, и сделал движение по диагонали слева направо прям перед носом девушки, произнеся формулу тенебриса, развевающего магию. Вообще, я только один раз видел, как Малисса погасила им собственные иллюзорные огоньки, и не был уверен что именно получится…

— Arcanum Negare…

Раздался тоненький звук порвавшейся гитарной струны, и… в одну секунду девушка изменилась, словно кто-то сорвал с нее покров, или убрал фильтр с фотографии.

Твою мать! Я ожидал чего угодно, только не этого. В полумраке блеснули уложенные в каре серебристые волосы, с небольшим хвостиком сзади, застёгнутом драгоценной заколкой в форме лисьей головы. Темное и очень тонкое, как ниточка, нижнее белье (только низ), едва что прикрывающее, два больших но удивительно изящных бидона с маленькими розовыми бусинками, мерцающие золотом в темноте глазки, и наглая самоуверенная улыбка, слегка обнажающая два тоненьких идеально белых клыка.

— Китсу!! — опешил я. — Что это значит? Ты… что здесь… делаешь… — выпучил глаза я, но мой собственный организм предавал меня, вызывая слабость и дикое желание перестать строить «праведный гнев».

В ее глазках на мгновение проступило изумление, но потом выражение лица снова стало похотливым.

— М-м-м, — выдохнула она грудным голосом. — Раскусил. Неужели ты мне не рад? –ответила она вопросом на вопрос, и облизнула губы, переводя взгляд на мой пах. — Ну не-е-т, рад да еще и как… Я никогда не видела настолько огромной… радости.

Я был абсолютно нагишом, а мой… был… ну скажем так захвачен более чем наполовину, и требовал заткнуться и сдаться на милость победительницы.

— Китсу, я серьезно. Что это все значит? Во-первых — почему ты здесь а не дома? Тебе запрещено выходить… во-вторых — что это за маскарад? Ты используешь ё-дзюцу чтобы меня обмануть? Зачем?

Вместо ответа эта хитрюга растянула губки в похотливой улыбке, прикрыла глазки и принялась совершать короткие движения качая головой, явно подталкивая меня к кульминации несмотря ни на что. По коже ударил легкий порыв ветерка или сквозняка со стороны входной двери, и я дернулся повернув голову.

— Ярик, я хотела сказать… Nanishiteruno?! — раздался со стороны двери звонкий вопросительный вскрик. — Naze koko ni kita nodesu ka?

Мы оба вздрогнули и повернулись на звук, причем Китсу — не выпуская… его. Спиной к входной двери стояла Аки, на этот раз — настоящая. Ее щеки были пунцовыми, а на лице блуждала дикая смесь удивления, с какой-то обидой и… было еще что-то третье, но мне было не до размышлений. Я отстранился от губ Китсу и подхватил с пола полотенце.

— Я… вы… — Аки оскалилась и прикрыла глазки, сжав кулачки. Ее руки тряслись. А еще, мне показалось, или на мгновение у нее и правда глаза были на мокром месте? Но она тряхнула головой, словно отгоняя наваждение, лицо стало насмешливым и презрительным. — Все ясно. Ты… — Аки опустила голову и выдала: — Могла бы и открыто сказать, для чего его взяла! Нафига из меня дуру сделала? Я бы тебе не мешала!

Мне было настолько неловко, что я лишь сделал несколько шагов назад, закрываясь полотенцем и закрепляя его на бедрах и стараясь слиться с мебелью.

— Молодец-ц-с, — проговорила Китсу каким-то грудным голосом, скривив злобную мину, словно Аки сделала ей что-то подлое и нелицеприятное. Отвела руку назад, оттопыривая запястье в очень знакомом жесте, а вокруг ее ногтей заплясали знакомые огоньки, правда с голубоватым оттенком. — Наконец-с-с до тебя дошло… Дам тебе совет, дура ты малолетняя: не стоит соваться за закрытые двери, если тебя не приглашали, дабы не разочаровываться… А теперь, когда ты все поняла — проваливай, не мешай нам!

Аки вдруг всхлипнула, и по ее щеке потекла слеза. И что вообще за хрень происходит?