Двадцать три раны Цезаря
Шрифт:
Тут Варичев прикусил язык, подумал и сказал, обращаясь к алмазу:
— Но ты у меня долго не задержишься, так что не надо приносить мне несчастье. Я тебя отдам в другие руки, профессиональные, которые придадут тебе еще больший блеск, и ты засверкаешь в мире людей, тобой будут любоваться и восхищаться. Так что потерпи, я недолго буду прятать тебя.
Андрей посмотрел на часы и присвистнул, пора было собираться на работу. Но куда спрятать камень? Нет, он с ним теперь не расстанется ни на минуту. Только когда получит за него достойную такого красавца сумму.
Андрей выдвинул ящик тумбочки, отыскал толстую иголку и суровые нитки. Ножницами подрезал верхнюю строчку на своем ковбойском поясе, вложил в образовавшийся «карман» алмаз и аккуратно зашил по старой строчке. Получилось отлично.
Затем Андрей принял душ, побрился, переоделся и бодро направился в столовую.
Весь день его точно током пробивало. Забудется: работает, спорит, рассчитывает, смотрит образцы руды и вдруг до боли пронзает мысль: «А в поясе у меня целое состояние. А в поясе у меня свобода. А в поясе у меня Лиссабон для Эстеллы».
Вечером, когда собрался в деревню к Эстелле, незнакомое чувство опасности едва не заставило его повернуть обратно. «Глупо будет погибнуть, имея такое состояние! Впрочем, удача смелых любит!»
Эстелле сказал, что решил в Москву не возвращаться, а, договорившись с летчиками, на самолете долететь до Луанды, там нанять небольшое судно и на нем доплыть до Сан-Томе…
Эстелла не дала ему договорить, она обвила его руками за шею и, поджав ноги, повисла на нем.
— Андре! Андре!.. Мы уедем с тобой. Мы уедем и будем счастливы. А деньги? — погрустнела она. — У тебя тоже нет денег, ты ведь советский… Ну да ладно, у меня есть несколько мелких алмазов, доберемся до Сан-Томе, там посмотрим.
— Не волнуйся. Нам хватит денег. Я кое-что нашел.
— Ах, Андре, — со слезами на глазах, обхватила она ладонями его лицо. — Ах, Андре!.. Но когда?
— Нам надо дождаться самолета, командир которого мой приятель. Иначе опасно, могут сдать КГБ.
Но, как назло, знакомый летчик был отправлен в отпуск. Пришлось задержаться на «Катоке». Вначале это расстроило Андрея, но потом он вдруг понял, что еще не продав и карата от своего алмаза, он уже богач и может вовсю наслаждаться жизнью.
С таким настроением Андрей и заснул. А вот Роман все ворочался, правда, осторожно. Смутил его друг. Поставил под сомнение все его жизненные принципы. Нет, Роман не думал осуждать Варичева, что тот решил удрать из СССР; он думал, как он сам вернется обратно и как будет жить дальше. Ведь Андрей прав, Ангола — это возможность попасть в другой мир…
«Ну вот я вернулся, — начал Роман, — и что? Мальцев, гад, обманет. Вместо обещанной двухкомнатной, однокомнатную даст, а то и вообще слова не сдержит. Скажет, мол, ситуация непростая сложилась, ты, как коммунист, должен понимать…
Ирка опять начнет неудачником называть, дети смотреть жалостливыми глазами, выпрашивая лишний стакан сока или пирожное. А Ленка уже большая, ей одеваться надо. Джинсы подавай самые модные, комнату свою хочет. И кого они винят в том, что ничего этого у них нет? Меня! Так зачем я им нужен? Что со мной, что без меня. Но хуже всех в этой ситуации мне. Ведь я помимо того, что муж, отец, я еще и человек, мужчина. Мне тоже чего-то хочется. Я, правда, уже научился отводить глаза, ухмыляться, мол, это не про меня, а почему не про меня? Вон Андрей уедет со своим камешком да с девчонкой, что приглянулась, и будет счастлив. А я?.. — Тоже мне друг. Найди, говорит, несколько стоящих алмазов и айда со мной. Нет, чтобы сказать, у меня, друг Рома, есть один камешек, нам его на троих хватит. Но нет, не берет меня в компанию. Черномазую берет, а меня, друга, нет. Эх!.. Другой на моем месте настучал бы уже и Торопкову, и в Москву, и отобрали бы у тебя, Андрюша, алмаз твой, а вместо него статью дали, и отправился бы ты далеко от надоевшей тебе Москвы. Но я себя знаю, я на такую подлость не пойду, — вздохнул Роман. — А вот интересно, что у него там за камень? Может, так, ничего особенного? Взглянуть бы!» — с этой мыслью и заснул.
На другое утро, пока Андрей умывался, Роман отрезал от катушки длинную нитку й заложил ее себе за пояс, пусть засалится, пропитается потом и пылью.
Нитка уже давно потеряла свою первозданную белизну, а вот случай посмотреть, что за камень зашит у Андрея в поясе, не представлялся. Шагу Андрей без этого пояса не делал.
Но неожиданно все сложилось как нельзя лучше. После работы Варичев в спортивных брюках и майке прилег на кровать, и вдруг вбегает в их комнату Копытов и кричит:
— Андрей, тебя срочно Бедов вызывает. Звонят из Москвы по поводу оборудования. Ну и вопросов массу задают. Немедленно!
Копытов выдал информацию с таким напором, что Андрей, позабыв обо всем, вскочил с кровати и, как был в спортивных брюках, помчался в домик Бедова.
Роман не мешкал ни секунды. Вытянул пояс из джинсов Варичева, разрезал ножницами в месте уплотнения строчку, вынул камень и охнул:
— Вот это да!.. С таким камешком можно не то что в Португалию, а в Нью-Йорк ехать. Его отшлифовать да продать — до конца жизни хватит и еще останется. А он мне: «Найди себе алмазиков и давай с нами». Кому нужны эти алмазики?! А такой камень можно всю жизнь искать и не найти. Вот это удача! Воплощенная мечта, сверкающая, осязаемая и безумно дорогая.
Уманцев очнулся, вдел в иголку свою истрепанную нить и стежок в стежок вновь зашил алмаз. Вставил пояс в джинсы и, закрыв дверь на замок, пошел в столовую играть в бильярд.
Андрей опомнился, когда Бедов положил телефонную трубку. Лицо его побелело, взгляд заметался. Бедов, заметив, что Варичеву стало не по себе, отпустил его. Андрей со всех ног помчался к своему домику. Дернул дверь за ручку — закрыто, стал колотить кулаком, звать: «Рома! Роман!»
Тут кто-то, проходя мимо, сказал:
— Да Ромка твой в столовой с ребятами в бильярд играет.
У Варичева немного отлегло от сердца. Он пошел в столовую. Уманцев был в ударе, шары так и разлетались по лункам.
— Ключ дай, — сказал он Роману.
— А! — в заднем кармане, — ответил тот, готовясь к новому сокрушительному удару.
Войдя в комнату, Варичев схватил джинсы, ощупал пояс и перевел дыхание. Ему и в голову не могло прийти, что Ромка Уманцев, этот обыкновенный бесхитростный парень, уже не только знает об алмазе, но и видел его.
Уманцеву тоже захотелось в Португалию. Он считал, что Андрей как друг, просто обязан выделить ему долю от своей удачи. Как-то даже рискнул намекнуть, что вот если бы он нашел какой-нибудь приличный камешек, то тут же бы они все вместе дали деру из городка.
— Что говорить?! — пожал плечами Роман. — Мы друзья, и к чему скрывать, что здесь даже лишний день находиться опасно. Два месяца прошло, как я приехал, сначала стреляли раз-два в неделю, да и то по ночам, а сейчас уже и днем перестрелки завязываются. Я думал бандиты из УНИТА только черные, а там и белые, вооруженные до зубов.